— Ну и что теперь, Тамара? — прошептала я самой себе, сев на тёплый белоснежный пол. — Что ж тебе дома то не сиделось, а? С чего ты вообще, вдруг, решила, что Ларисс не справиться?

Владыка переиграл всех нас. И теперь он знал. Про план. Про Ориса, Риана… Ларисса. Наверняка их где-то уже ищут. А может, ловят. Или — не дай бог — прямо сейчас их собираются казнить.

Я прижала ладони к вискам, словно хотела выжать оттуда новые идеи. Но там была только тишина и липкий страх. До боли в животе. До дрожи.

Я не могу просто сидеть. Я должна что-то сделать.

Я пыталась связаться с драконом. Мысленно. Мы же уже общались мысленно раньше, должно ж получиться... Я знала, что у него есть нечто — разум, глубже человеческого, древнее. Я знала, что если позову, то он обязательно услышит.

Но здесь…

Кажется, стены пульсировали каким-то подавляющим полем. Я почувствовала, как мой разум бьётся о глухую преграду — не стену, а именно поле или щит или как это у демонов называется. Оно отзывалось тягучей пустотой, как будто мои мысли терялись в вязком киселе, растворялись, не долетая ни до кого.

Я начала ходить по комнате кругами. Сначала просто шагала. Потом быстрее. Потом бегала, пока не сбилась с дыхания. Хотелось разодрать ногтями стены, завыть, разбить кулаки в кровь. Но я прекрасно понимала, что всё это бессмысленно.

И тогда я упала на колени. Без звука. Мягко. Просто сдалась.

Я сложила ладони, прижала ко лбу. Закрыла глаза.

Риарх… Родненький…

Ты ведь слышишь, правда? Где бы ты ни был. Ты уже спасал меня. Я прошу тебя ещё раз. Только один.

Ларисс…. Он правда невиновен. Всё это ловушка, грязная и коварная. Они хотят его сломать. Нас всех. А я… я уже ничего не могу. Но ты — можешь.

Если ты сейчас свободен… умоляю, лети на Северные земли. Найди правду. Добудь доказательства. Ради меня. Ради нас.

И если мы выберемся… если снова будем дышать под одним небом — сожги это место к демонам собачьим. Сравняй до пыли. Сделай так, чтобы даже пепел побоялся остаться.

Я не знаю, сколько времени сидела так. Говорила мысленно, снова и снова. Повторяла. Просила. Молилась, хотя никогда не была особо верующей.

И тогда — я не уверена, это был сон, наваждение или настоящий отклик — я почувствовала лёгкий трепет где-то внутри. Как будто тёплая ладонь накрыла сердце. Не ответ. Не голос. Просто… надежда.

Я распрямилась. Осталась сидеть на коленях, руки лежали на бёдрах. Медленно выдохнула.

— Ты слышишь, да? — шепнула я. — Только это мне и нужно.

Всё остальное — потом.

Сейчас я просто ждала. И верила.

***

Ларисс

Мы с Орисом и Рианом всё ещё находились в лаборатории, пытались выяснить, что за сообщения передавали по закрытым каналам.

Как внезапно раздался грохот. Стены замка начали пульсировать. Низкий, вибрирующий рёв прорезал тишину, так что заставил пол содрогнуться у меня под ногами. Я замер, как и двое моих соратников. Мы переглянулись. Не надо слов. Мы все поняли: дракон.

Кажется, тот самый на котором прилетела моя Тамара.

Я даже шагнул к ближайшему окну, из-за портьеры выглянул, и успел увидеть, как на небе скользит громадная тень. Его черная чешуя отливала серебром на солнце, и сердце у меня сжалось. Он улетал. На север.

«Что ты задумала, Тамара?» — подумал я, сжимая кулаки.

— Он только что покинул двор, полетел на Север… странно, — прошептал Орис, вжимаясь в стену. — Это был дракон Тамары, да?

Я кивнул. Не знаю, что она ему сказала… Но я был уверен, он не просто так улетает. Он собирается сделать что-то важное.

— Ларисс, — тихо позвал Риан, и я оторвался от окна, — У меня получилось…

Он протянул мне клочок бумаги. Почерк размашистый, острый, будто вырезанный лезвием. Проклятые старые демонические руны, но мне хватило пары мгновений, чтобы понять: это заклятие связи. Не просто связи — это было приглашение.

И адресовано оно было не кому-нибудь, а наследнику из дома Яр'Тан. Северные земли. Род древний, враждебный. Почти вымерший, но, как видно, не совсем.

— Значит, он действительно связан с Севером, вот только не с их владыкой… — пробормотал я. — И всё это время мы смотрели не туда…

-40-

Яр'Тан.

Имя это давно стерлось из большинства хроник, но не из памяти тех, кто знал, где копать. Род воинов и колдунов, чья магия была как мороз на стекле — красивая, смертоносная и абсолютно безжалостная. Их считали вымершими. Или… почти вымершими. Последний из них, говорят, исчез после войны за Кровавую Тень. Погиб, проклят, рассеялся по льду — как всегда, мнения расходились. Но вот же оно: письмо. Живое. Подтверждение, что кто-то из них не только выжил, но и активно участвует в играх нашего времени.

Я почти слышал, как в голове щёлкают шестерёнки. Один за другим выстраивались в ряд подозрения, отрывки разговоров, случайные взгляды Терестина, мелочи, на которые раньше не обращал внимания.

Орис выругался сквозь зубы:

— Нас водили за нос.

— Не просто водили, — отозвался я, бережно складывая пергамент, — нас кормили ложью, прикрываясь высокими словами и полунамёками. Терестин знал, с кем играет, и что поставлено на карту.

Риан замер, нахмурился:

— Ты думаешь… он работает на Яр'Тан?

— Или он сам один из них.

Тишина повисла между нами, тягучая, как патока. Никто не хотел верить. Советник Терестин — величайший дипломат последнего столетия, тонкий стратег, признанный даже среди врагов… и шпион? Нет, хуже. Предатель, который всё это время подставлял нас изнутри.

Но всё сходилось. Слишком многое.

— Что теперь? — спросил Орис. — Мы не можем просто так пойти к владыке. Он нам не поверит.