Мои пальцы, будто живя собственной жизнью, тут же опустились на его макушку и начала нежно перебирать тёмные пряди.

— Я рад, что ты здесь, — заявил Адалард, мягко улыбнувшись. — Теперь я знаю, что такое счастье.

Моё сердце сладко защемило от этих простых слов.

— Я тоже, — тихо призналась я и, наклонившись, коснулась его губ нежным, практически целомудренным поцелуем.

Тогда я ещё не знала, что наша только-только наладившаяся тихая, размеренная жизнь разрушится уже буквально спустя шесть дней.

Я была занята тем, что удерживала над пшеничным полем огромную тёмную тучу, из которой, как из ведра, сплошной стеной лил дождь (в последние дни стояла невыносимая жара, и крестьяне обратились ко мне с мольбой о спасении урожая), когда Зов Адаларда резко выдернул меня с поля и переместил в замок.

— Диана, — Адалард взволновано обратился ко мне, при этом выглядел так, словно находится на грани помешательства. — Мне нужна твоя помощь.

— Всё, что угодно, — не раздумывая, ответила я.

— Я получил письмо от Хродерика — он протянул мне лист бумаги. — Эир заболела. Он подозревает, что её отравили.

Я взяла письмо и быстро пробежала глазами по неровным строчкам, вычленяя подробности, которых, к сожалению, было совсем немного: Эир стало внезапно плохо, началась сильная лихорадка, однако её личный врач считает, что это не может быть банальной простудой.

От Адаларда я знала, что за время моего отсутствия его подопечная неожиданно сблизилась с Хродериком и, несмотря на солидную разницу в возрасте (целых семнадцать лет!) согласилась выйти за него замуж сразу после своего восемнадцатого дня рождения.

Хродрик же, зная о сложностях Эир с её мачехой, перебрался в дом невесты, чтобы следить за её безопасностью.

Но, видимо, всё же не уследил.

— Письмо шло до тебя несколько дней, — заметила я, быстро обдумывая ситуацию. — За это время её состояние наверняка ухудшилось.

— Ты ведь можешь перенести нас на побережье? — Адалард пристально посмотрел мне в глаза. — А я в облике дракона переправлю нас через море.

Звучало не очень безопасно. Тем более что если с Эир всё и правда настолько плохо, как пишет Хродрик, её придётся срочно доставить сюда, чтобы я могла хотя бы попытаться ей помочь. Но хватит ли Адаларду сил на подобное путешествие?

— Тебе может не хватить сил на перелёт, — озвучила я свои опасения. — Особенно если нам сразу же придётся возвращаться назад, да ещё и с Эир.

— Я поклялся её отцу, что буду защищать её, — с нажимом проговорил Адалард. — И я исполню эту клятву даже ценой своей жизни.

«Упрямец…» — обречённо подумала я.

Интересно, он хотя бы отдаёт себе отчёт, что в данной ситуации как раз его жизнь в наименьшей опасности? В отличие от моей.

— Хорошо, — сдалась я, понимая, что у нас нет времени на препирательства. — Во время полёта я буду поддерживать тебя своими божественными силами, пока они у меня есть.

— Это не обязательно… — попытался было возразить Адалард, но я его перебила.

— Это не обсуждается! — отрезала я.

После чего решительно подошла к Адаларду, обняла его за шею и притянула к себе, чтобы спустя мгновение мы оказались на пирсе.

Адалард тут же отошёл от меня на несколько шагов и, встрепенувшись, начал увеличиваться в размерах, принимая драконий облик.

За самим процессом трансформации наблюдать было не особо приятно, поэтому я перевела взгляд на безмятежную водную гладь, окрашенную золотистым светом заходящего солнца.

Моё сердце болезненно сжалось в тревоге. Я не сомневалась: пришло время расплаты, — и лишь надеялась, что Богиня заберёт только мою жизнь, а Эир продолжит жить.

У Эир дела, и правда, были плохи.

Когда мы до неё добрались, девушка представляла собой просто жуткое зрелище: неимоверна худая, она напоминала скелет, обтянутый тонкой желтоватой кожей.

Не нужно было быть целителем, чтобы понимать: счёт идёт на минуты.

— Забирай нас, — даже не прикоснувшись к Эир, велела я Адаларду. — И мчись назад во весь опор.

Никто не стал задавать никаких вопросов. Хродрик бережно поднял на руки бесчувственное тело своей невесты и вышел вместе с нами во двор, где Адалард за считанные мгновения обернулся драконом и предельно аккуратно в одну лапу взял Эир, а во вторую — меня.

Пока мы летели домой, я, обхватив лапу Адаларда обеими руками, по крупицам вливала в него магию, чтобы силы не покинули его в самый ответственный момент. А когда мы пересекли невидимую границу королевства и ко мне вернулись божественные силы, я взмахнула руками, подняв огромную волну, которая накрыла Адаларда и перенесла нас ко мне в дом.

Огромному дракону в маленькой гостиной было крайне тесно: неловко развернувшись, Адалард тут же хвостом сшиб диван, который с жутким грохотом отлетел к стене, разлетевшись в щепки.

Подчиняясь моей воле, пространство дрогнуло, и комната расширилась, а уничтоженный диван за считанные секунды собрался воедино, став как новенький.

Дракон тряхнул треугольной головой и вернул себе человеческий облик, после чего аккуратно опустил Эир на диван и повернулся ко мне.

— Диана, — взгляд Адаларда был полон тревоги.

— Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы её спасти, — заверила я его, опускаясь на край дивана рядом с девушкой.

— Я в этом даже не сомневаюсь, — заверил меня Адалард. — Я хотел сказать не об этом.

— А о чём? — вежливо поинтересовалась я, одновременно обхватывая тонкие запястья Эир и запуская в её тело щуп магии.

— Можно ли в ритуале обмена использовать жизненные силы сразу двоих?

Я растерянно моргнула и с непониманием уставилась на него.

— Что ты имеешь в виду?

— Мэрен рассказывала мне, что этот ритуал подразумевает вливание не столько магической силы, сколько жизненной, — объяснил Адалард. — Вот я и подумал, почему бы вместо того, чтобы опустошить одного человека, не использовать силу двоих? Ведь в этом случае больше шансов на успех.

Он поставил меня в тупик своим предложением.

С одной стороны, чисто теоретически, эту звучало вполне осуществимо. Но, с другой стороны, никто из моих предшественниц до столь простого и логичного решения почему-то не додумался.

— Диана, — видя мои сомнения, Адалард с мольбой посмотрел на меня. — Я не смогу жить, если потеряю тебя.

Его слова болью отозвались в моём сердце и подтолкнули к принятию решения.

— Хорошо, — сдалась я. — Я попробую. Но ничего не обещаю.

— В худшем случае, мы оба умрём, — моментально приободрился Адалард.

— И тебя это устроит? — удивилась я.

— Предпочту умереть рядом с тобой, чем жить без тебя.

Я улыбнулась ему, а затем поманила к себе. Когда же Адалард наклонился, я подалась вперёд и нежно коснулась его губ своими губами.

— Забирай Эир, — велела я ему. — Мы идём к алтарю.

В принципе, ритуал обмена можно было проводить где угодно — обычно это делалось в доме пациента или на озере Хэико. Но раз уж Адалард уговорил меня пойти на риск и нарушить привычный ход ритуала, делать это нужно с умом, заручившись максимальной поддержкой.

На этот раз путь через Пустошь мы преодолели за рекордно короткое время.

Уложив Эир на алтарь, Адалард вопросительно посмотрел на меня, как бы спрашивая, что ему делать дальше.

— Дай мне свою руку, — попросила я, и Адалард тут же протянул мне левую ладонь, которую я обхватила дрожащими пальцами. — А теперь расслабься и, чтобы ни случилось, не сопротивляйся и держи в голове мысль, что ты добровольно отдаёшь свои силы, чтобы Эир жила.

Адалард коротко кивнул, показывая, что всё понял.

Сделав глубокий вдох, как перед прыжком в воду, я положила ладонь на голову Эир и мощным потоком начала вливать в неё свою магию, щедро сдабривая её силой Адаларда.

«Великая Мать, — мысленно обращалась я к Богине, понимая, что сейчас всё зависит только от неё. — Отдаю себя на волю твою. Исцели это дитя и даруй ей долгую, счастливую жизнь».