— Как скажете, милорд, — откликнулась я бесцветным голосом.

Адалард же, похоже, полностью удовлетворившись таким ответом, прикрыл глаза.

Карета между тем, как и накануне, быстро обзавелась пышной зелёной кроной, полностью закрывшей окна, создав внутри интимный полумрак.

Кэйли на этот раз благоразумно не стала составлять мне компанию, предпочтя нервировать своим мельтешением рыцарей и оруженосцев.

«Очень умная девочка, — подумала я. — И тактичная».

Я не сомневалась, что от совместной поездки она отказалась из-за Адаларда, чьё поведение в очередной раз ставило меня в тупик.

Некоторое время мы ехали в абсолютной тишине. Я неподвижно сидела, устремив взгляд перед собой, думая одновременно обо всём понемножку и ни о чём конкретном. Однако вынужденное безделье мне очень быстро надоело — я по натуре была человеком деятельным, и роль живой подушки для Адаларда меня совершенно не устраивала.

В идеале, мне стоило скинуть его голову со своих колен и пересесть на сиденье напротив. Только вот почему-то у меня рука не поднялась нарушить сон мужчины.

Так что, обречённо вздохнув, я откинулась на спинку сиденья и принялась неспешно перебирать волосы на макушке Адаларда, одновременно едва слышно мурлыча колыбельную, которую в своё время мне пела няня.

— Почему ты ушла от меня ночью? — неожиданно спросил Адалард, похоже, и не думавший спать.

— Остаться было бы неуместно, — ответила я, продолжая пропускать сквозь пальцы блестящие чёрные пряди.

— Почему?

Я горько усмехнулась.

— Любовницам не положено оставаться на ночь. Точно так же как вор, сделав своё дело, не остаётся в ограбленном доме, а стремится как можно быстрее сбежать.

— Глупости, — возразил Адалард. — Любовница сбегает, когда есть кто-то, кто может в чём-то её обвинить. Чьих обвинений тебе бояться?

«Собственной уязвлённой гордости и давно попранной чести», — подумала я, ощущая терпкую горечь, разлившуюся в груди.

— Я сама себе и обвинитель, и судья, — глухо проговорила я.

Адалард перевернулся на спину и направил на меня пронзительный взгляд.

— И в чём же ты себя обвиняешь? — поинтересовался он.

Я не нашлась, что ему на это ответить. Как объяснить ту бурю чувств, что болью отзывается в сердце и вызывает отвращение к самой себе?

Адалард не поймёт. А возможно и вовсе высмеет меня.

— Неважно, — я вновь отвернулась к окну, хотя из-за листвы в нём ничего видно не было. — Сделанного уже всё равно не вернёшь.

— Ты сожалеешь о том, что произошло между нами.

Это не был вопрос, Адалард был уверен в своих словах. И всё же я ответила:

— Да.

— Ясно.

Ломая ветки, Адалард высунул голову из окна и крикнул кучеру остановиться, после чего стремительно покинул карету, оставив меня одну.

День мы провели в пути с небольшим привалом в полдень, во время которого я старательно избегала Адаларда, а тот, в свою очередь, игнорировал меня.

Как восстановить наши окончательно испортившиеся отношения, я понятия не имела, хотя и понимала, что оставлять всё, как есть, ни в коем случае нельзя — обида Адаларда вполне может вылиться мне боком. Вдруг он захочет отомстить?

На ночь мы разбили лагерь прямо в поле, не доехав всего чуть-то до какого-то небольшого города — крыши домов уже маячили впереди, когда Адалалрд приказал остановиться.

— Милорд, быть может, всё же доберёмся до города? — обеспокоенно спросил один из рыцарей. — На постоялом дворе нам будет всё же комфортней.

— Нет, — отрезал Адалард. И не стал никому ничего пояснять.

Спорить с ним никто не осмелился.

Я помогла слугам поставить шатры и очистила карету от наросших за день веток. Кэйли маячила у меня за спиной, однако, словно почувствовав моё подавленное состояние, даже не пыталась завязать разговор.

Мне же хотелось вернуться домой, закрыться в кабинете и спрятаться от всего мира среди книг, лишь время от времени выходя на Зов.

«Зря я согласилась на это путешествие», — тоскливо подумала я, неспешно бродя по полю чуть в стороне от лагеря.

«Как будто у тебя был выбор, — презрительно бросил внутренний голос. — Королю не отказывают. Да и не смогла бы ты жить спокойно, зная, что могла предотвратить войну, но не сделала этого».

Тяжело вздохнув, я неспешно двинулась в сторону тёмных макушек деревьев, видневшихся впереди.

— Госпожа Диана? — впервые за день подала голос Кэйли. — Вы собираетесь уйти?

— Нет, просто немного погуляю, — успокоила я её. — А ты вернись в лагерь. Если кто-то будет меня искать, передашь, что к утру вернусь.

Сейчас мне совершенно не хотелось ни видеть, ни слышать кого-либо из людей Адаларада (как, впрочем, и его самого). Так что прогулка по незнакомому лесу показалась мне неплохим способом скоротать время и избавиться от мрачных дум.

В конце концов, самое страшное, что со мной может случиться — я банально заблужусь. Но в этом случае мне достаточно будет позвать Кэйли, и она перенесёт меня обратно в лагерь.

О том, что в лесу могут водиться какие-то опасные твари, способные причинить мне вред, я даже не подумала.

— Ну, и куда ты собралась?

Недовольный голос Адаларда, раздавшийся позади меня, стал неприятным сюрпризом.

— Прогуляюсь, — лаконично ответила я.

— Ты должна быть постоянно на виду.

Я презрительно фыркнула, но никак не прокомментировала его смехотворное заявление. Просто продолжила упрямо идти в сторону леса.

Как ни странно, Адалард последовал за мной. Он уже успел избавиться от кольчуги, однако ножны с мечом были при нём.

«И зачем человеку, умеющему превращаться в дракона, меч? — отстранённо подумала я. — Разве не проще избавиться от любого противника, просто дыхнув на него огнём?»

Озвучивать этот вопрос Адаларду я, разумеется, не стала. Хотя очень хотелось.

— Ты хотя бы умеешь ориентироваться в лесу? — спустя некоторое время спросил Адалард, видимо устав от тягостного молчания.

— Нет, — просто ответила я.

— И что ты будешь делать, когда заблудишься? — в голосе Адаларда слышалось раздражение.

— Вернусь в лагерь.

Я не была настроена на разговор. Вообще-то, я направилась в этот лес как раз для того, чтобы этих самых разговоров избежать!

— Здесь наверняка водятся хищники, — между тем продолжил действовать мне на нервы Адалард.

— Уверена, ваш меч сразит любого монстра, — равнодушно отозвалась я.

— У тебя нет меча.

— Зато у меня есть магия.

И снова между нами повисла гнетущая тишина.

— Ты идёшь в какое-то конкретное место или просто издеваешься надо мной? — спустя ещё минут пять задал Адалард следующий вопрос.

Я резко остановилась и повернулась к нему лицом.

— Я иду, куда глаза глядят, только бы не видеть и не слышать вас, милорд! — запальчиво заявила я. А затем спросила, не пытаясь скрыть своего возмущения: — Зачем вы преследуете меня?

— Моя задача обеспечить твою доставку в Дианем, — ровным голосом ответил он. — В целости и сохранности. Поэтому, нравится тебе это или нет, я буду следить за тобой.

— Потому что так приказал король?

— Да.

Я обречённо вздохнула. И тут мой взгляд скользнул по траве, и я не сдержала нервного смеха.

— Ну, по крайне мере, заблудиться в ночном лесу я точно не смогу!

Вдоль тропинки, по которой мы шли, распустились мелкие белые цветы, достаточно ярко светящиеся в темноте — очередной побочный эффект моего божественного дара.

И почему-то их вид заставил меня расслабиться и отпустить тяжёлые мысли, весь день роившиеся в голове.

Наклонившись, я сорвала один цветок и, ни секунды не колеблясь, протянула его Адаларду.

— Что ж, милорд, раз я так важна для вашего короля, я не стану доставлять вам лишних хлопот, — натянуто улыбнувшись, сказала я. После чего добавила: — Возвращаемся обратно в лагерь.

И именно в этот момент рядом с нами раздался громкий хруст ломающихся веток и приглушённый угрожающий рык.