— Кэйли! — позвала я.

Маленькая фея тут же появилась рядом, преданно заглядывая мне в глаза, точно верный пёс.

— Какой сейчас год?

— Три тысячи сто сорок второй.

«Солидно», — подумала я.

В моём родном мире на момент моего ухода шёл только девятьсот девятый.

Если не учитывать дневники с отсутствующей датой, самой первой «богиней» была Сэйна.

Первая запись в её дневнике была сделана в мае 93-го года. А последняя — в июне 857-го.

«Ничего себе продолжительность жизни, — удивилась я. — Может, она была эльфийкой?»

В моём родном мире было много мифов о прекрасных бессмертных эльфах, которые ушли в Священные чертоги, оставив мир людям.

Сама Сэйна в своих записях ни словом не обмолвилась о том, кто она такая и откуда пришла. Зато очень подробно описывала свою жизнь в роли богини. Особенно первый год.

Именно она возвела храм в лесу и собственными руками вырезала статую, напитав её своей магией.

«Силу любому богу дают его верующие, — писала она. — Чем больше верующих и чем чаще они обращаются к своему богу за помощью, а тот им её оказывает, тем сильнее становится этот бог».

А вот это было уже интересно. Возможно, мне не удаётся использовать свои силы, потому что у меня до недавнего времени не было верующих?

«Но как тогда я несколько раз перемещалась к Адаларду? — возник в связи с этим закономерный вопрос. — И как вызвала снежную бурю?»

Ответ на эти вопросы также нашёлся в дневнике Сэйны.

«Силы, врученные мне, тесно связаны с водами озера Хэико, — писала она. — Но не только с ним. Весь лес словно продолжение меня. Каждое деревце, каждая травинка… всё это часть меня. Я защищаю их — они отдают мне часть себя».

Звучало несколько туманно. Лично я не чувствовала никакой связи с лесом. Впрочем, возможно, потому что сейчас зима и лес «спит»?

«Весной нужно будет проверить», — решила я и вернулась к чтению.

Мои догадки относительно «зова» оказались верными: Сэйна тоже писала о том, что сама магия переносит её туда, где её зовут.

«Но это крайне ненадёжный способ, — также указала она. — А вдруг человек попадёт в беду и не сможет произнести моё имя? Или просто не будет его знать? А ведь ещё есть маленькие дети, которые пока не умеют говорить и всё равно нуждаются в защите и покровительстве».

Мне очень понравилось, как Сэйна относилась к людям вокруг неё. Она не называла себя богиней, лишь «носительницей божественной силы». И искренне переживала о своих соседях (так она величала людей в своих записях), всячески стараясь им помочь.

Мне подобный подход очень импонировал, а сама Сэйна вызывала бесспорное уважение.

Решение проблемы Зова она нашла, и спустя пару страниц я увидела рисунок небольшого деревянного амулета — довольно точной, только уменьшенной копии статуи богини.

«Если Сэйна сделала такие амулеты для всех своих верующих, у неё золотые руки и небывалое терпение», — подумала я с восхищением.

Столь кропотливая работа явно потребовала много времени. Хотя, учитывая, сколько Сэйна прожила, нехваткой времени она точно не страдала.

Сама я, к сожалению, вырезать по дереву не умею. Однако сама идея с амулетами пришлась мне по душе. Осталось только найти альтернативу, которую мне будет под силу воплотить в жизнь.

«И обязательно один вручить Адаларду, даже если будет сопротивляться, — решила я. — Чтобы больше не смел упрекать меня, что я не прихожу на зов».

Никаких особых навыков, кроме вышивания платков и гобеленов, у меня не было, и я впервые пожалела, что так и не освоила мастерство вязания. Так можно было бы хоть шарфиков навязать…

Однако мысль о неудачном опыте вязания привела за собой другую, тоже родом из детства.

Когда мне было лет семь, я очень часто общалась с дочерью кухарки. И та научила меня плести фенечки — тоненькие браслетики из разноцветных ниток.

Украшение это, конечно, было весьма сомнительным, зато его изготовление занимало совсем немного времени, да и простому рабочему человеку сподручней будет подобный «амулет» носить на постоянной основе, чем деревянную фигурку или что-то в этом роде.

Я попросила Кэйли раздобыть мне ниток — просьба была выполнена, как всегда, в самый кротчайший срок, — и засела за рукоделие.

Как и следовало ожидать, браслет получился несколько кривоватый и совсем несимпатичный. Однако нити магии легко переплетались с обычными нитками, так что свою главную функцию это убожество точно сможет выполнить — призовёт меня на помощь, если её владельцу будет угрожать опасность.

Теперь осталось только найти первую «жертву», которая согласится надеть эту «красоту» — мне нужно было убедиться, что я по собственному желанию смогу не только почувствовать браслет, но и переместиться к его владельцу.

Однако на этот раз удача улыбнулась мне — едва я успела закончить свою работу, как ощутила знакомый рывок в районе солнечного сплетения, после чего оказалась на поляне возле статуи богини.

Перед ней, сложив руки в молитвенном жесте, стояли Тео с Эльзой. И никаких взрослых вокруг не наблюдалось.

— И снова вы одни бродите по лесу, — укоризненно проговорила я, заставив детей испуганно вздрогнуть.

— Мы в этот раз были осторожны, госпожа Диана, — тут же принялся оправдываться Тео как самый старший. — Да и метели не было.

— Всё равно не стоит в одиночку ходить по лесу, тем более зимой, — строго сказала я, и чтобы немного смягчить свои слова, добавила: — Вы ведь уже взрослые и должны понимать, что помимо мороза, здесь есть и другие опасности. Например, хищные звери. Или дурные люди

— Но ведь здесь вы, — наивно заявила Эльза. — Вы не дадите нас в обиду.

Подобная вера немного пугала. И вынуждала соответствовать.

— Да, я всегда приду, если вы меня позовёте, — клятвенно пообещала я. После чего попросила: — Дай руку.

Малышка, не задумываясь, протянула свою крохотную ладошку. Я опустилась перед девочкой на колени и аккуратно повязала свой неказистый браслетик на тоненькое запястье.

— Это оберег, — пояснила я, ласково погладив Эльзу по плечу. — Он принесёт удачу и защитит тебя от зла.

Это, конечно, не совсем так работает. Но более лёгкого объяснения я придумать сходу не смогла.

— Спасибо!

Эльза лучезарно улыбнулась мне и бросилась мне на шею — я неловко обняла малышку в ответ, ощущая приятное тепло, медленно распространившееся по всему телу.

А потом я заметила взгляд Тео, направленный на нас.

Нет, мальчик не злился и не обижался. Но было очевидно: его задело, что подарок из моих рук получила только его сестра.

— Ты тоже хочешь такой? — прямо спросила я.

— Не нужны мне девичьи побрякушки, — отведя взгляд, пробурчал он со смесью смущения и раздражения.

— Тео, ты чего! — Эльза тут же отлипла от меня и бросилась к брату. — Не расстраивайся. Хочешь, я тебе его отдам? Ой! — она взволновано оглянулась на меня. — Госпожа Диана, можно я отдам браслет брату? Ему удача и защита важнее, он же старший. Тем более что мы всегда ходим вместе, а значит, они и на меня будут распространяться.

Это было очень мило. И мне ничего не стоило согласиться. Только вот пойдёт ли это на пользу?

— Не стоит разбрасываться подарками, Эльза, — с напускной строгостью проговорила я. — Передарить подарок — выказать неуважение дарителю.

На лице девочки тут же отразилась вина, и она потупила взгляд. Я же прямо посмотрела на Тео.

— Не храни в сердце тёмные чувства, — посоветовала я. — Зависть и обида — плохие советчики и ещё худшие спутники. Лучше порадуйся за сестру — она получила божественное благословение. Разве это плохо?

Божественное благословение… меня аж саму покоробило от этого словосочетания. Но его пафосность сейчас были как нельзя кстати.

— Не плохо, — твёрдо заявил Тео и добавил понуро: — Простите, госпожа Диана.

Я вздохнула, подошла к нему и погладила по голове, стряхивая с шапки снежинки.