Это была очевидная проверка. И я не могла сходу придумать способ, чтобы её избежать.

— Это ни на что не влияет, — тихо проговорила я, обречённо взяв брусок в руку. Естественно, ничего не произошло, и он так и остался простым куском дерева. — Я всё равно выполню возложенную на меня миссию.

— Как, позволь узнать? — в голосе Адаларда слышался едва сдерживаемый гнев.

— Я уже говорила: я была ведьмой до того, как переместилась в этот мир и стала богиней. Да, божественные силы меня покинули. Но мои собственные остались при мне.

В качества доказательства я с помощью чар левитации переместила врученный мне брусок на стол.

Эта демонстрация Адаларда нисколько не успокоила. Напротив, он нахмурился ещё сильнее.

— То есть ты всё ещё владеешь магией, но теперь ты человек? — уточнил он напряжённо.

— Да, — подтвердила я. И повторила: — Это не станет проблемой. Просто не говорите об этом остальным.

Адалард скрипнул зубами, и опалил меня гневным взглядом. После чего стремительно покинул каюту.

А мне же осталось только гадать, что именно настолько вывело его из себя и что он собирается делать с полученной информацией.

Адалард вернулся спустя минут двадцать. И принёс с собой небольшую резную ширму, которой отгородил мой угол от остальной каюты.

— Гальюн в конце коридора справа, — сухо проинформировал он меня. — Обед подадут через час. У тебя есть какие-то предпочтения?

— Никаких, — ответила я, поражённая подобной предупредительностью.

— Если ещё что-то потребуется — скажешь.

И снова ушёл, чтобы вернуться с небольшой подушкой, тонким матрацем и одеялом, которые и вручил мне.

— На голой доске спать неудобно, — пояснил Адалард свою неожиданную щедрость.

Похоже, моё внезапное очеловечивание что-то сдвинуло в его голове. К добру это или нет — время покажет. Пока же я намерена с благодарностью принять этот небольшой подарок судьбы.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я Адаларда, неуверенно улыбнувшись.

— Не за что, — буркнул он и скрылся за ширмой.

Некоторое время я неподвижно сидела, поглощённая своими мыслями. А затем, аккуратно уложив Буно поверх одеяла, поднялась и вышла из-за ширмы.

Адалард сидел за столом, и перед ним лежала какая-то толстенная кожаная папка со стопкой исписанных пергаментов.

— Мне дозволено спросить, чем вы заняты, милорд? — осторожно поинтересовалась я, не безосновательно опасаясь вызвать у мужчины очередную вспышку гнева.

— Нудной бумажной работой, — последовал равнодушный ответ. — Его Величество, отправляя нас в посольство, не особо интересовался моими делами. А у меня, как лорда, между тем, есть обязанности, которые это путешествие не отменяет.

— Понимаю.

Я немного помялась, не зная, что делать дальше. Словно почувствовав моё замешательство, Адалард отложил бумаги в сторону и повернулся ко мне.

— Полагаю, теперь развлечение в виде плетения венков и браслетов из ниток тебе недоступно, — задумчиво проговорил он.

— Мои руки при мне, — усмехнулась я и, подняв согнутые в локтях руки на уровень груди, многозначительно пошевелила пальцами. — Только смысла в этих браслетах не будет. Но как способ скоротать время вполне подойдёт.

Адалард поднялся из-за стола, подошёл к своему сундуку, открыл крышку и, немного порывшись в его недрах, достал небольшую книгу в потрёпанном переплёте.

— Вот, — он протянул книгу мне. — Ты ведь умеешь читать?

— Вполне, — заверила я его, забирая книгу. — Спасибо.

Адалард только неопределённо пожал плечами и вернулся за стол. Я же, секунду поколебавшись, не стала возвращаться на своё место за ширмой, а уселась на край его кровати.

Книга оказалась сборником легенд, так что я с головой погрузилась в чтение и даже не заметила, как прошёл целый час и один из матросов, вежливо постучавшись, принёс большой поднос, заставленный разнообразной снедью.

— Полагаю, сегодня от совместной трапезы ты не откажешься? — насмешливо уточнил Адалард, убирая бумаги обратно в папку, тем самым освобождая стол.

— Не откажусь, — подтвердила я.

Положив раскрытую книгу на кровать корешком вверх, я переместилась за стол, заняв второй свободный стул.

Адалард же, продолжая проявлять чудеса галантности, разлил по бокалам клюквенный морс и переложил ко мне на тарелку с общего блюда несколько аппетитных кусков запеченного мяса с овощами.

— К сожалению, свинина, а не телятина, — сообщил Адалард будничным тоном. — Но, учитывая ситуацию, надеюсь, ты не станешь капризничать.

«Надо же, он запомнил», — мысленно рассмеялась я. Вслух же сказала: — Ничего страшного, свинина тоже подойдёт.

Адалард многозначительно хмыкнул и сосредоточился на еде.

Мне же в голову пришла мысль, что его внезапное благодушие можно использовать, чтобы прояснить несколько моментов.

— Милорд, могу я задать вам вопрос?

— Спрашивай, — милостиво разрешил он, не поднимая взгляда от своей тарелки.

— Эир сказала мне, что является вашей невестой чисто номинально, и таким способом вы защищаете её от мачехи и возможного нежеланного брака. Это правда?

Адалард на мгновение замер, так и не донеся вилку с наколотой на ней долькой помидора до рта. А затем криво усмехнулся.

— У Эир язык без костей, — заявил он и как ни в чём не бывало продолжил обедать.

Ни да, ни нет. Он просто снова меня игнорировал. И это сильно меня задевало.

— Так да или нет? — с нажимом повторила я, не собираясь в этот раз отступать.

— Эир — дочь моего единственного друга, — ровным голосом проговорил Адалард. — Бартэл был умелым воином и большую часть своей жизни провёл в походах. Как и я, он в своё время похоронил жену и долго горевал. Но потом всё же нашёл в себе силы двигаться дальше. — Адалард скривился. — Рэнейт буквально свела его с ума, и он женился на ней спустя всего неделю после знакомства. Однако, несмотря на влюблённость, догадался подстраховаться на случай непредвиденных обстоятельств. — Адалард поднял глаза и прямо посмотрел на меня. — Он попросил меня заключить предварительный брачный договор, который делал меня, как жениха, официальным опекуном Эир в случае кончины её отца. В прошлом году Бартэла не стало, и этот договор вступил в свою силу.

— Эир сказала, как только ей исполнится восемнадцать, ты разорвёшь этот договор и позволишь ей самой выбрать себе мужа.

— Почему тебя это так волнует? — проигнорировав моё замечание, в свою очередь спросил Адалард.

— Мне неприятна мысль, что я провела ночь с мужчиной, связанным обязательствами с другой женщиной, — я решила ничего не выдумывать, а сказать правду.

— Если смотреть с юридической точки зрения, то так и есть, — Адалард был беспощаден. — А если с моральной, то я совершенно свободен от каких-либо обязательств перед любой женщиной. — Его губы дрогнули в намёке на улыбку. — Я знаю Эир с самого её рождения. Я видел её первые шаги и слышал первые слова. Для меня она скорее дочь или младшая сестра. Но никак не будущая жена.

Его слова окончательно меня успокоили, и я улыбнулась.

— Спасибо за откровенность, — поблагодарила я его и вернулась к прерванной трапезе.

— Ну, а что ты? — Адалард, однако, не собирался на этом заканчивать наш разговор.

— А что я? — недоумённо переспросила я, растерянно взглянув на него.

— У тебя есть обязательства перед кем-то из мужчин?

Теперь моя очередь откровенничать, не так ли?

— Юридически я всё ещё за мужем, — прохладно откликнулась я. — Однако очутилась в этом мире я потому, что мой супруг возжелал заключить новый брак, а меня приговорил к смертной казни. Я считаю это обстоятельство достаточной причиной, чтобы считать наш брак более недействительным.

— И у тебя в том мире не осталось кого-то, кого ты хранишь в своём сердце? — продолжил допытываться Адалард.

Я горько рассмеялась.

— Отец выдал меня замуж, когда я была совсем юной девчонкой, — заметила я. — Не такой, конечно, как Эир или Бьянкой, и всё же… — Я тяжело вздохнула. — Я хотела стать жрицей и служить Богине. У меня даже в мыслях никогда не было связывать свою судьбу с мужчиной. Однако мой отец решил иначе.