Я мысленно восхитилась хитростью этой женщины. Вот это я понимаю стратегическое мышление! Мне, определённо, есть чему у неё поучиться.

— Ну, раз уж все в сборе, предлагаю прервать нашу занимательную экскурсию и отобедать, — бодро заявила герцогиня.

— А после обеда показывать особняк и его окрестности мне будет уже Ролдэн? — уточнила я, забавляясь ситуацией.

— Вот именно, — кивнула София, весело сверкая глазами. — Приятно видеть, Кьяра, что вы не только красивая девушка, но ещё и умная.

— За попытку убийства лорда полагается смертная казнь, — вкрадчиво проговорил Адалард.

Одна его рука переместилась с моего плеча на шею, и пальцы слегка сжались — недостаточно, чтобы перекрыть кислород, но достаточно, чтобы обозначить возможность подобного исхода.

— То есть защищать свою собственность простым смертным уже не дозволено? — криво усмехнувшись, уточнила я. — А вы, милорд, можете творить всё, что вам вздумается?

Под моей спиной таял снег, превращаясь в лужу — я могла воспользоваться этой водой и сотворить с Адалардом что-нибудь нехорошее. Например, превратить её в сосульку и пронзить его насквозь.

Только вот, несмотря на очередные угрозы в свой адрес, зла я ему всё ещё не желала.

— Разве ты делаешь не то же самое? — в свою очередь спросил Адалард. — Ты укрываешь беглянку и противишься воле своего лорда.

— Претензия была бы справедливой, если бы я скрывала от правосудия преступницу, — парировала я, прямо глядя ему в глаза. — Я же всего лишь защищаю беспомощную девочку.

— У этой девочки есть родители! Она принадлежит своему роду!

— Сейчас она принадлежит мне! Причём пришла она ко мне добровольно, и остаётся в моём доме тоже по собственному желанию.

Краем глаза я заметила Талия, Бьянку и остальных, настороженно наблюдавших за нашим разговором.

Интересно, если дело дойдёт до настоящей драки, чью сторону они примут?

Выяснять мне совершенно не хотелось.

— Ты должна вернуть Бьянку отцу, — чуть сжав пальцы, с угрозой проговорил Адалард. — Иначе я буду вынужден применить силу.

— Снова угрозы? — усмехнулась я. — Я вас не боюсь.

— Не испытывай моё терпение…

— Не то что? Снова попытаетесь разрушить храм? Или вновь пришлёте людей уничтожать мой лес? — я пренебрежительно фыркнула. — Так я очень сильно сомневаюсь, что найдутся желающие бросить мне вызов. Во всяком случае, не из числа местных так точно.

Адалард склонился совсем низко надо мной, и в какой-то момент моё сердце пропустило удар, потому что мне показалось, что он собирается меня поцеловать.

— В древности было много богов, — шепнул Адалард мне на ухо, отчего по моей спине пробежали мурашки. — Сильнейшие боги войны, покровители охотников и лесные стражи. Где же они все сейчас? — лицо Адаларда искривила зловещая гримаса. — Все мертвы, даже память о них стёрлась из умов людей. Только и осталось, что мимолётные упоминания в ветхих манускриптах.

Адалард разжал пальцы на моём горле и поднялся одним слитным, весьма изящным движением.

— Ты уже давно злоупотребляешь моим расположением, — как ни в чём не бывало продолжил он говорить уже нормальным голосом. — Я закрываю глаза на твоё самоуправство, но не переходи черту. В противном случае, тебя постигнет судьба остальных.

Мне, признаться, все эти угрозы несколько надоели.

— Талий, — я повернулась к купцу. — Думаю, вам и вашим людям пора возвращаться в деревню.

Повторять дважды не пришлось, строители тут же пришли в движение и, раскланявшись со мной и своим лордом, стремительно скрылись среди деревьев.

Кэйли, всегда маячившая за спинкой Бьянки, когда та покидала мой дом, тоже показала себя крайне сообразительной малюткой и, не дожидаясь отдельной просьбы с моей стороны, забрала девушку.

Убедившись, что на поляне мы остались одни, и никакие мои действия не повредят авторитету Адаларда, я взмахнула рукой. И тут же его по рукам и ногам оплели гибкие корни, выскочившие прямо из-под земли.

— Слова, слова… одни сплошные слова, — ровным голосом проговорила я, разглядывая обездвиженного мужчину. — Сначала прогоняете меня, потом закрываете глаза на моё существование, а теперь снова грозите смертью. Мне кажется, вы сами, милорд, не знаете, чего хотите. Оттого и беситесь.

Я подошла вплотную к кокону и ласково провела пальцами по гладковыбритой щеке Адаларда.

Его рот не был ничем занят, и я ожидала, что Адалард продолжит сыпать угрозами или, в крайнем случае, потребует его освободить. Но он лишь молча стоял, нечитаемым взглядом глядя на меня.

И в этот момент я остро пожалела, что не умею читать мысли.

Я бы многое отдала, чтобы понять, что за каша творится в этой голове… Возможно, тогда мы смогли бы найти общий язык?

«Мы и сейчас можем найти общий язык, — мелькнула в голове странная мысль. — Мне достаточно лишь подыграть ему в его заблуждении и дать то, чего он так хочет — любви и внимания Мэрен».

Это была крайне соблазнительная мысль. И очень опасная.

Я уже состояла в отношениях с нелюбимым мужчиной и точно не желаю повторять этот малоприятный опыт.

И уж тем более не хочу быть чьей-то заменой.

Но как тогда добиться от Адаларда если не уважения, то хотя бы принятия?

Находиться в состоянии вечной войны, каждую минуту ожидая какой-нибудь провокации или подлости, я точно не желаю.

— Я знаю, чего хочу, — сообщил Адалард, прямо глядя мне в глаза. — Это ты продолжаешь играть со мной, как кошка с мышкой.

Я тяжело вздохнула и щелчком пальцев заставила кокон распасться, а корни вернуться обратно под землю.

— Никаких игр, — заверила я его. — Я максимально честна с вами и откровенна. Вы просто не хотите меня слышать, предпочитая находиться во власти заблуждений.

— Сменив внешность и взяв другое имя, ты не стала другим человеком, — насупившись, заявил Адалард.

— Да Великая матерь! — экспрессивно всплеснула я руками, чувствуя, что моё терпение находится на исходе. — Надо же быть таким упрямым бараном… — Я твёрдо посмотрела на Адаларда и сказала: — Ничего я в себе не меняла. Это, — я указала на своё лицо, — моё настоящее лицо. То, с которым я родилась. И имя я назвала вам то, которое дано мне при рождении.

— Значит, ты обманывала меня раньше, — Адалард сделал из всего сказанного потрясающий по своей нелогичности вывод. — Влюбила себя поддельным лицом и заставила называть фальшивым именем.

«Просто непроходимый тупица», — раздражённо подумала я.

— Мне надоел этот цирк, — заявила я. — Идите-ка домой, милорд. А то такими темпами мы не только окончательно рассоримся, но ещё и подерёмся.

Я взмахнула руками, поднимая вокруг него небольшой снежный вихрь, и переместила в замок — в ту единственную комнату (не считая ванной), в которой успела побывать сама и вид которой могла представить перед внутренним взором как конечную точку перемещения.

На всякий случай я потом отправила Кэйли убедиться, что Адалард достиг пункта назначения, и я ничего не напутала. Малышка, побывав в замке, успокоила меня, что «лорд дома, и он в бешенстве».

— Пусть бесится, — легкомысленно отмахнулась я. — Лишь бы только никого не покалечил.

Следующие три дня прошли спокойно: Бьянка взяла на себя роль смотрительницы храма, поэтому я позволила себе внести некоторые изменения в здание, а именно с помощью магии добавила жилые помещения: спальню, кухню, кладовую и ванную с уборной.

«Ну, и славно, — подумала я, когда девушка съехала от меня в свой новый дом. — Так она сможет продолжить общаться с обычными людьми. Глядишь, вскоре и вернётся в деревню. Пусть не к отцу, но к этому своему Марку. Или найдёт ещё кого-то, кто придётся ей по душе».

Я хотела приставить к Бьянке Кэйли в качестве помощницы и своеобразной защитницы, но впервые малышка позволила себе заартачиться и оспорить мои указания.