Ободряюще погладив по спине, Лада помогла Коле приподняться и протянула бутылку с водой. Пить он отказался.

— Прости меня, пожалуйста.

— Ни о чем не беспокойся. Сделай глоток, — осторожно настояла Лада.

На местах стало заметно прохладнее, а вода и умиротворяющее присутствие лучшей подруги помогли Коле прийти в чувства. Лада показала ему коробочку с таблетками:

— Понимаю, что поздновато, но, может, попробуем? — Она достала капсулу и поднесла к губам Коли. Очень доверчиво он принял лекарство и согласился попить.

Лада разобралась с механизмом навороченного кресла и обустроила пространство так, чтобы Коля мог прилечь. Он с удовольствием опустил голову на ее руки, подтянул колени выше и уткнулся носом в ледяную руку. Почувствовав охлаждающее облегчение, Колли не прекращал мысленно благодарить вялую циркуляцию крови в конечностях подруги. Сон наступил мгновенно.

Видеть Колю таким изможденным было тяжело. Его сияющая улыбка всегда оставалась частью образа, будто он был запрограммирован на вечный оптимизм. Болезни и проблемы обходили его стороной, и Лада, сама того не осознавая, привыкла полагаться на эту неизменную стабильность.

Лада осознавала, что ситуация досадная, и совестливо отгоняла внезапно появившееся чувство умиления. Ни за что на свете она не хотела, чтобы с другом повторились подобные недомогания, но сейчас, когда все уже случилось, она испытывала трепетную нежность от возможности проявить заботу и впервые в жизни быть ему полезной.

— Дальше я справлюсь сама, — над головой прозвучал претенциозный голос Майи.

— Пусть он поспит немного. — Лада приложила палец к губам, призывая собеседницу снизить тон.

— Уж как-нибудь разберусь. Пройди к своему креслу. — Майя включила над головами ребят индикатор вызова стюардессы, после чего бесцеремонно потянула Ладу за локоть.

От импульсивных движений Коля очнулся, не сразу сообразив, где находится. Лайнер сделал просадку, пассажиров подбросило, а Колли набрал полные легкие воздуха и тяжело приподнялся с места. Лада молниеносно вскочила, уступая проход, но выйти он не успел: Майя плюхнулась на освободившееся кресло и, мурлыкая беспечные слова, начала нещадно сжимать Колю в объятиях.

— Пожалуйста, ему нечем дышать, — Лада не оставляла попыток вразумить собеседницу, но было поздно. Колли, бледный как полотно, удрученно прижал обе ладони к лицу, прощаясь с последней попыткой угомонить вестибулярный аппарат. От густого запаха дорогих духов Коле стало совсем плохо, и содержимое его желудка переместилось на колени соседки. Майя выругалась так, что пассажиры сзади ахнули, вскочила с места и тут же заняла единственный туалет в носу самолета, перетянув внимание стюардесс на себя.

Лада помогла Колли добраться до уборной в хвосте салона, куда подоспело надежное подкрепление в лице Тимура, который умело подхватил часть забот.

Друзья не оставляли Колю ни на минуту, грамотно балансируя между уместным юмором и обильной заботой. Они подбадривали его, внимательно следили за самочувствием и давали понять, что будут рядом, даже если ситуация повторится. Вскоре ему стало заметно лучше. Лада окончательно успокоилась, когда Колли и сам начал подшучивать над происшествием.

— Что она здесь делает? — Тим не планировал поднимать щекотливую тему, но не сдержался.

— Хотела ближе узнать мой внутренний мир. Нельзя сказать, что не вышло, — на красивом лице Коли проступила смущенная улыбка.

Втроем они сидели в безлюдном хвосте самолета. Лада крепко держала любимчика за руку, Тим вспоминал университетские истории, отвечавшие повестке дня, а Вета даже не проснулась, что помогло без дополнительной суматохи привести друга в чувства.

Пилот объявил о начале снижения, и Тима, всегда внимательный и заботливый, проследил, чтобы товарищ без проблем добрался до своего места. Они двигались по узкому проходу, осторожно огибая других пассажиров, а Лада, готовая в случае чего прийти на помощь, не спускала с молодых людей глаз. Ребята завели разговор. На первый взгляд он казался безобидным, но по мере того, как самолет снижался, беседа вызывала все более бурную реакцию у Тима. Его лицо помрачнело, а напряжение простреливало сквозь мимику. Лада наблюдала за парнями, ощущая, как сердце в очередной раз сжимается в груди. Она знала, что Тим редко выходил из себя, но когда это случалось — волна негодования могла захлестнуть всех окружающих.

С усилием, заметным лишь тем, кто знал его достаточно хорошо, Тимур поборол возмущение и вернулся на место, погруженный в глубокие раздумья. Лада заметила, как его обычно твердая и уверенная походка стала чуть замедленной, словно мысли тяжким грузом давили на плечи. Он уставился в окно, не обращая внимания ни на суету стюардов, ни на постепенно приближающуюся посадочную полосу.

Разговор ребят затронул нечто важное и словно изменил динамику полета. Беспокойство Лады росло с каждой минутой, но она понимала, что сейчас не время для расспросов. Самолет мягко коснулся земли.

— Добро пожаловать в международный аэропорт Екатеринбурга, — начал вещать пилот. — Город населяет один миллион пятьсот тридцать шесть тысяч человек…

«Из которых меня волнует только один… — закончила про себя Лада. — Что происходит с другом? Почему Майя на борту? О чем Коля и Тим переговаривались?»

Лада подытожила все новое, что узнала сегодня о жизни. В двух словах: она продолжается.

Семья Бордеров — это ходячие традиционные ценности. Первое, что четверо друзей и Майя увидели, покинув территорию аэропорта, — это старенький семейный пикап, за рулем которого находился Лева. На капоте сидел Миша с табличкой:«Добро пожаловать на Землю, звезды».

Лада невольно расплылась в улыбке. Подумать только! Она знает ребят исключительно по переписке в соцсетях, но они ощущаются настолько родными, словно это ее собственные братья.

Лев вылез с водительского места и с разбегу схватил Вету и Ладу в охапку, расцеловывая их во все щечки. Миша кинулся к Колли и Тиму, раз девушек уже заняли вниманием, и, обменявшись кулачками с Тимуром, уткнулся носом в жилетку любимого брата:

— Пахнешь, как пес, Коля.

— Ребята, салют. — Приветственная идиллия продлилась недолго: Майя благополучно перевела всеобщее внимание на себя.

Братья оторвались от гостей и вопросительно посмотрели на незнакомку.

— Ну что за красавчики. — Актриса подошла ближе и по очереди протянула Леве и Мише руку. Выглядело это движение так, словно она ждала, что парни поцелуют тыльную сторону ее ладони. Недоумевая, ребята переглянулись в поисках подсказок, а затем бережно, один за другим, прикоснулись к руке в знак приветствия.

— Я — подружка Коли, — легко, но как гром среди ясного неба, Майя обрушила нежданную информацию.

Братья удивленно вскинули брови. Миша даже приглушенно крякнул. Оба молниеносно уставились на Колю, ожидая хоть какого-то комментария. Тим обхватил Ладу за плечи, но не рассчитал силу, и на ее тонкой коже проступили красные следы пальцев. И только с уст Ветрианы вот-вот бы сорвались неприличные слова, если бы Коля вовремя не смерил ее взглядом и не остановил почти невидимым жестом руки. Телепатический способ общения этих двоих не мог не вызывать восхищения. Практически с первого дня знакомства Вета и Колли могли понимать друг друга без слов.

Под давлением немного затянувшегося молчания Майя с беспечным видом взяла Колю под руку.

— Ой, надо маму предупредить, что нас будет больше, — как-то невесело нарушил тишину Мишка. — Ее хватит удар, если для кого-то из гостей не будет готова комната…

Компания растерянно направилась к автомобилю.

Колли и Тим не спеша сложили вещи подруг в пикап и с двух сторон открыли двери к задним сиденьям, пропуская Вету и Ладу вперед. Обе девочки были молчаливы и послушно выполняли действия, которые от них требовались.

Колли помог Ладе забраться на слишком высокую для ее роста подножку и немного помедлил, закрывая дверь. Он подождал, пока она удобно усядется, и затем собрал полы ее платья, чтобы не прищемить дверью.