— Ваше сиятельство, — произнес вышибала, почтительно отступив в сторону, — а что за стрельба на главной площади была?

— Понятия не имею, — соврал Константин.

Его уже начало мутить от этого обращения, еще немного, и он начнет стрелять в живот всем, кто скажет «ваше сиятельство». Как же хорошо было, пока он оставался обычным Странником. Надо выяснить, как привязать к себе прозвище.

— Юлия, — позвал он, заходя в услужливо распахнутые здоровяком двери.

— Да, Ваше сиятельство. Чего изволите?

— А ты стерва, — заметил Воронцов. — Скажи мне, как можно привязать к себе прозвище? Ведь ни у кого не вызывает сомнений, что человек, назвавшийся Шрамом, имеет другое имя.

— Это даже дети знают, — озадачилась боярышня.

— Я потерял память, тут помню, тут не помню, — привычно соврал Константин.

— Ну, хорошо. Для благородных, нужно зарегистрировать прозвище в любой герольдии, и после этого прозвище станет твоим официально.

— Позволь предположить, герольдию можно найти только в крупных городах?

— Верно, а еще там же можно сделать запрос, в каких боярских родах есть боярышни с именем Юлия. Константин, помоги мне вернуться в тело, и мой род тебя вознаградит.

Константин отпер дверь и кивнул сверток с купленной одеждой на кровать.

— Соглашение? Ты помогаешь мне по мере сил, отвечаешь на вопросы, я навожу справки и, если выгорит, постараюсь доставить тебя к семье.

— Принимаю, тем более я бы не смогла отказать тебе, сейчас я полностью в твоей власти.

Константин задумался. Это, наверное, даже хуже рабства.

— Юлия, а можно как-то разрушить твое слепое подчинение? Мне претит эта мысль. Прислужник — это одно, но ты…

— Нет, к сожалению. Но если хочешь, чтобы я относилась к тебе, как другу и соратнику, а не как к хозяину, постарайся избегать жестких приказов.

— Договорились, боярышня.

Он быстро переоделся в обновки.

— Совсем не боярин, — глянув в зеркало, с усмешкой произнес он.

— Я вообще не понимаю, кто ты, — тут же подключилась Юлия. — Ни один боярин не будет одеваться так, по-простонародному, даже в вольных землях, где не признают их власть. Одеться так — это потеря уважения, урон роду.

Константин скривился. Права, чертовка, ох, права. Он-то боярин липовый, а род вообще уничтожен. Только, как это сказать сущности из кольца?

— Странник, — без стука вваливаясь в его комнату, почти выкрикнула Лада, — я нашла, как сделать то, что ты просил.

— Это хорошо. А еще благодаря тебе от моего инкогнито ни черта не осталось, мне теперь каждый встречный кланяется и говорит «ваша светлость».

— Привыкай, — нашла в этой ситуации плюс Калинина. — А что, собственно, случилось?

Воронцов хмыкнул и быстро пересказал историю с попыткой задержания, а следом рассказал и про покушение.

— Только этого не хватало, — нахмурилась Лада.

— Да, — согласился Константин. — И я прошу тебя, впредь быть осторожней и держать себя в руках, поскольку одно действие иногда несет очень много негативных последствий, как мелких, так и крупных. Так что, теперь на улицу без защиты ни ногой. Горд в себя не пришел?

— Нет, ему до следующего обеда храпеть.

— Ясно. Значит, еще на сутки тут застряли. Так что там с руной?

— Да все очень просто. Есть такой артефакт, ведуны его часто заказывают у артефакторов. Не сказать, что сложный, но есть нюанс, он требует сферы. Так что, цена его начинается от шестидесяти золотом, ну а дальше все зависит от материалов. Ведуны часто используют первый план для передвижения на не слишком большие расстояния. Кроме того, в случае начала боя ведун может уйти в подпространство, и выйти за спинами противника, и всех спалить. Так что, плюсов много.

— Сможешь сделать такой?

— Да, но мне нужен набор для работы с материалами. Чудец для зачарования, который у нас есть, как у меня в запасах, так и тот, что ты вытащил из сундука Авии. Ну и, наконец, материал для работы. Наилучший результат даст коготь арга, той твари, что убила Авию. Ну и, — она тяжко вздохнула, — нам придется прокачать меня еще на пару умений. «Работа с кожей», про которое я забыла, и самое затратное — три сферы — на изучение «работы с костью проклятых». Итого — сам сосчитаешь до четырех?

— Пошли, только куртку надень. Мне нравится твой внешний вид, но, боюсь, местный не поймут.

Лада озадачено посмотрела в зеркало. Похоже, она целиком ушла в науку, видимо, в комнате было жарко, и она расстегнула пуговицы до пупа. Поскольку корсетов она не носила, а понятия «бюстгальтер» еще не существовало, то теперь ее левая красивая грудь выглядывала из-под блузы, с интересом изучая мир.

— Да уж, — согласилась она, ничуть при этом не смутившись. — Так торопилась рассказать, что забыла застегнуться. Не будем местных шокировать, — и Калинина покинула его комнату, на ходу застегивая пуговицы на блузе.

— Странные вы, — раздался в его голове голос Юлии. — Ты не благородный, хоть и имя носишь по праву. Кто ты?

— Потом, — мысленно ответил Воронцов.

В принципе, он прекрасно представлял, что, в отличие от прислужника, которому плевать, какое место занимает его хозяин на социальной лестнице, боярышня быстро разберется, что он самозванец. Слишком много для него чуждого в сословном обществе, слишком многого он не знает и не понимает.

Юлия в ответ на это ничего не сказала.

Константин же взял брошенный на стул сюртук, оделся, застегнул на все пуговицы. На этот раз «Монарха» оставил висеть на спинке стула, а на пояс устроил кобуру с револьвером. Посмотрел на часы, время действия веды «призыв тени» истекал через десять минут, вот только сразу обновить не выйдет полчаса ждать, теперь передвигаться по Горкам станет опасней. Лада в своем плаще появилась через минуту.

— Мы как пара комиссаров, — прокомментировала она однотипный прикид, — не хватает ремней и маузеров.

— Наганы тоже ничего, — хлопнул рукой по кобуре с револьвером на правом боку Константин. — Беляш, за мной, — приказал Воронцов, трущемуся у ног прислужнику.

Они спустились вниз и, провожаемые заинтересованными взглядами посетителей и Викула, вышли на улицу.

Несколько секунд бывший детектив стоял на крыльце, прикрывшись, как бы невзначай, опорным столбом, и изучал крыши и окна домов напротив. Стрелка он не обнаружил.

— Выстрела ждешь? — тихо, так, чтобы не услышал стоящий в двух шагах вышибала, спросила Лада.

— Как ты догадалась? — с максимальным сарказмом спросил Воронцов.

— Ну, я же извинилась.

— И толку от твоих извинений? Ладно, пошли, один раз живем, авось пронесет. Если начнут в нас стрелять, ищи укрытие, и желательно, чтобы это не прошивалась пулей. За вот такую фанерку, — он указал на ставню, — не прячься, прошьет навылет вместе с тобой.

Вообще нужно было бы провести занятие с Ладой по тактике и огневой, он сам, не бог какой спец, но ее надо слегка поднатаскать, если, конечно, она будет с ним путешествовать. Ну, а если запрется в какой-то артефактной лаборатории, то и возиться не стоит.

До капища дошли без проблем, если не считать два десятка любопытных, которые решили поприветствовать боярина. От слов «Ваша светлость» начинало реально мутить. И ведь даже наорать нельзя, запретить, скажут царь не настоящий.

— Теперь я начинаю понимать, — произнесла Калинина, беря его за руку для перехода границы места силы. — Реально задалбывает.

— Вот поэтому я и хочу прописать себе прозвище в герольдии, так мне Юлия сказала.

— Я смотрю, вы начали плотно общаться?

— Да. Только не говори, что ты ревнуешь?

— Нет, я поняла, что мы парой никогда не будем. Так что, не волнуйся, я не планирую вытаскивать за космы баб из твоей койки, трахай, кого хочешь.

— Ну, спасибо, что разрешила, — рассмеялся Воронцов. — Пошли уже, Страж сейчас наверняка ругаться будет.

— Приперлись, — раздался веселый голос хранителя места силы, — ночные приключения повторить?

— Да, нужно добрать недостающее, — согласился Воронцов.