– Охренеть новости, – озадачился Глеб, – но похоже на правду. Что с языком сделал?

– Добил, – просто ответил Крут, – эта скотина разговаривать не хотела, все пугала, крепкий парень был, Слон над ним хорошо поработал. Короче, раскололся он в прямом смысле слова. После этого только добить оставалось. Да и поганый, человек оказался, нечего печалиться.

– А где дружки его, он сказал?

– Сказал, и это одна из причин, почему я вас отсюда увожу. Они заняли часть высотки МГУ на Воробьёвых горах.

– Мда, соседство так себе. Но это не они нас атаковали. Сыр сказал, там славяне были, да и трупы в гараже явно славяне.

Крут согласно кивнул.

– Похоже, закончили, вон Пират идёт.

Глеб улыбнулся, новое погоняло к бывшему вертолётчику прилипло мгновенно. Пустую глазницу закрывала чёрная повязка из кожи, на которой кто-то из девчонок вышил белыми нитками веселого Роджера. Получилось нереально круто, да и Офицер охотно отзывался на новое прозвище.

– Готово, – доложил Семён, – можно двигать.

– Много не влезло?

– Пару тонн, не больше, в основном дешёвые водка и французское вино.

– Ну и хрен с ним, – махнул рукой Крутов, – пусть упьются, двигаем домой.

Все разбежались по машинам, Штырь полез в кабину бульдозера, который был минимум в два раза больше прежнего. Правда, скорее всего, и жрал столько же.

– Сыр, в собачью будку за РПД, – приказал Глеб. – Старшой, за руль. Остальным стволы в амбразуры, смотреть в оба. – И он запрыгнул на переднее сидение, пристроив АКМС на коленях.

Крут обернулся на конвой, все уже заняли места, ждали только его. Он снова повернулся к зданию банка. Откуда-то взялась сентиментальная грусть, словно он покидает свой родной дом, хотя, пожалуй, так и было, этот дом приютил их и защищал.

– Спасибо, и прощай, – произнёс он и запрыгнул на высокое сидение Носорога. – Поехали, – бросил он Мальборо. – Пора домой.

Юра и Жанна поженились ещё в институте. Да и странно было, если бы подобного не случилось — родственные души. Юра чуть старше, он пришёл сразу на второй курс после армии — красивый, высокий, с коротким ершиком светлых волос и шрамом, тянущимся от виска к затылку. Он редко рассказывал о службе, был молчалив и загадочен, и это влекло к нему всех девчонок курса. В отличие от парней на потоке, он выглядел мужественно, никаких джинсов в обтяжку, рейверских прикидов, чёлки, закрывающей подведённые глаза. Одним словом — мужик.

Несколько раз Жанна пыталась подкатить к нему на различных тусовках, но парень общался вежливо, и сразу было видно, что ему она совершенно не интересна, одна из многих. Жанну это задевало, она не была одной из многих, хотя это свойственно красивым женщинам, мнящим о себе слишком много. Да, у неё была довольно броская внешность — невысокий рост увеличивался с помощью правильно подобранной обуви, довольно крупная высокая грудь, подчёркнутая одеждой, привлекала внимание, вздёрнутый зад, обтянутый мини-юбкой или джинсами, заставлял мужчин оборачиваться и смотреть ей в след. И главный козырь — волосы, густые, прямые чёрные волосы, великолепно сочетающиеся с большими серыми глазами. Но всё это Юра упорно игнорировал, и Жанну подобное злило. Она поставила себе цель — завоевать неприступного парня. Остальные девочки смирились, а некоторые даже стали распускать о нём обидные слухи, первым из которых — Юра нетрадиционной ориентации. Жанна посмеялась, всех пацанов на курсе можно причислить к пидорам, только не Юру.

Всё изменилось в один день. Подруга экстримальщица предложила Жанне прыгнуть с парашютом, и неожиданно для себя девушка согласилась. Когда она вошла в класс и увидела, кто сидит за столом инструктора, сердце пропустило удар. Яна решительно подтолкнула замершую в дверях девушку внутрь.

— Ты чего? — зашипела она, когда подружки уселись за одну из парт. Первый ряд был уже занят, пришлось устроиться на втором.

— Ничего, — ответила Жанна.

Только что она разгадала тайну Юры. Никто не знал, куда Краснов исчезает после лекций, прыгнув в старенькую ржавую девятку. Теперь всё встало на свои места. Инструктаж занял час, после чего всех переодели в прыжковые комбинезоны, помогли надеть парашюты и усадили в старый кукурузник. И только когда самолет набрал высоту, а Юра распахнул дверь, выстроив парашютистов и перекрикивая ветер, выдал последние указания, Жанна осознала, что сейчас ей предстоит шагнуть в пропасть. Жуткий страх охватил девушку. Стоящая перед ней Яна обернулась и показала большой палец. Несмотря на то, что этот прыжок тоже был для неё первым, пьянящий восторг совершаемого лишил её страха. И Жанна, стиснув зубы, взяла себя в руки.

— Все прыгают, и я прыгну, — уверенно сказала она сама себе и слегка наклонилась влево, чтобы видеть, что происходит возле двери.

К выходу подошёл первый кандидат. Юра хлопнул его по плечу, показал большой палец, а потом легонько подтолкнул, и парень рефлекторно шагнул вперёд. Дальше стало проще, подруга вообще прыгнула сама с криком «свобода».

Жанна замялась, она шла последней. До этого момента уверенность, накопленная за последние минуты, мгновенно испарилась: не то, что шагнуть в пустоту за дверью, туда смотреть-то страшно. Юра хлопнул её по плечу, и громко крикнул:

— Приготовиться!

Жанна не поняла к чему, а потом почувствовала легкий хлопок по заднице. Она уже собиралась возмутиться, когда поняла, что летит. Самолёт удалялся, а над ней раскрывался белый купол парашюта. Жанна посмотрела вниз, всё было очень маленьким и далёким. И в этот момент она испытала самый настоящий оргазм, он сотряс её тело мгновенно, и девушка поняла то, что она испытала здесь, в воздухе, не мог ей дать ни один из её любовников. На землю Жанна приземлилась счастливой, опьянённой падением и полётом.

— Тебе понравилось? — раздался за спиной чуть хрипловатый голос.

— Очень, — обернувшись и посмотрев в Юрины светло-голубые глаза, ответила Жанна. — Я ещё хочу!

— Это называется — заболеть небом, — ответил он и медленно пошёл к группе ребят, стоящих возле самолёта.

На следующий день, когда они столкнулись в аудитории, Юрий подмигнул ей. Теперь у них была общая тайна. Именно этот прыжок позволил Жанне начать путь к своей мечте. То, что она испытала в воздухе, шагнув в распахнутый люк старого самолёта, заставило её пересмотреть свои взгляды на мир. У девушки не было проблем с деньгами, папа, работающий помощником губернатора, фактически серый кардинал, спонсировал любое начинание дочки, в которой он души не чаял.

Уже на следующий день Жанна в сопровождении Юры отправилась в магазин и купила лучшее снаряжение, которое можно было достать. Через неделю она с Юрой совершила совместный прыжок, а потом события покатились, как снежный ком — несколько недель на Кавказе, азы альпинизма, сплав по горной реке на катамаране, зимой катание на лыжах в Альпах. И везде с ней был Юра. Общим увлечением стали посещения стрельбища, в Жанне проснулась ещё одна любовь — любовь к оружию. Юра научил её стрелять, а затем занялся тактической подготовкой. Поначалу они играли в пейнтбол, потом создали собственную команду по страйкболу и даже заняли четвертое место в российском чемпионате.

А три месяца спустя Жанне пришлось в реальной жизни испытать, что такое война, не совсем настоящая, но такая же реальная и жестокая своей бессмысленностью, когда вокруг гибнут люди, безоружные обычные туристы, пытающиеся спастись, а люди в чёрных балахонах с замотанными арафатками лицами расстреливают бегущих. Они ворвались в тунисский отель, как ураган, стреляя во всех, кто попадался на пути. Сколько их было, Жанна не знала. В зал, где они обедали, ворвались сразу двое. Старые обшарпанные АК мгновенно выдали поток свинца. Люди падали, одни просто стараясь укрыться, другие уже мёртвые.