— Да, причем очень серьезные.

Через двадцать минут тело бывшего майора было завернуто в старую простыню и перемещено в гараж. Радим же, поцеловав на прощание Ольгу, которая как раз закончила убирать осколки зеркала из коридора, перешел к себе, до рассвета оставалось еще часов пять, так что, он просто завалился в кровать.

Когда начало светать, он загрузился в свой вранглер и поехал в гараж. К десяти утра он был весь в мыле и долбил своей лопатой промерзлую землю, радуясь тому, что с руной силы это куда проще. К обеду все было кончено, Беглый похоронен на берегу реки на опушке леса в пятнадцати километрах от города, в безлюдной местности. На всякий случай, Радим вбил ему в голову ржавый гвоздь-сотку. Черт его знает, как правильно надо зеркальщиков хоронить.

Забравшись в машину, он глотнул из термоса крепкого кофе и раскочегарил айкос. Так он сидел минут двадцать, глядя в серое небо. Час назад снова нагнало тучи, и, скорее всего, скоро пойдет снег, который скроет его следы. Достав телефон, он набрал Старостина.

— Что-то ты зачастил, Радим, — раздался в трубке голос полковника.

— Я не виноват, что после того, как я познакомился с зазеркальем я постоянно наступаю в дерьмо. Я с новостями, одна новость хорошая, одна — плохая. Беглый мертв, сегодня ночью он вывалился в моей квартире и после короткой беседы умер, я только что его закопал, как он просил, в лесу, подальше от людей.

— И вправду хорошая новость, — согласился Старостин, но голос его говорил совсем об обратном, грусть в нем слышалась, — задолжал он нам всем. Как он умер?

— Я добил, но ему всего ничего осталось, демоническое проклятие. Он меня сам об этом попросил.

— Он был сильным ходоком, куда сильнее Жданова. Беглый сказал, кто его достал? — тут же стал серьезным полковник.

— Сказал, и здесь начинаются плохие новости. Он столкнулся с разведчиком демонов. Нас ждет война…

Глава 20

Радим решил не рисковать и перешел сразу в поселение клана Хорн. Больше он не чужак, и это было видно с первых же шагов. Никто не требовал, чтобы он дождался провожатого, наоборот, встречные вполне дружелюбно улыбались. Первым делом он все же решил повидаться со Стрефом, нужно засвидетельствовать почтение, узнать, как дела, что слышно в округе.

Но первой, кого он встретил, была Лирея, белоголовая зеркальная ведьма вылетела ему навстречу и тут же повисла на шее.

— Вернулся, — и она, никого не стесняясь, чмокнула опешившего от такого натиска Радима в губы.

— Так, — с трудом отодрав девушку от себя, произнес он строго, — нам надо поговорить.

— Конечно надо, я уже спрашивала деда, он сказал, что за тебя отдаст.

Радим помрачнел, внутри него все взбурлило, и сейчас он был готов взорваться. С трудом усмирив гнев, рвавшийся наружу, он взял Лирею за руку и потащил внутрь кланового дома.

— Ну-ка, пойдем туда, где потише, и людей нет. Разговор, чувствую, будет куда как серьезней.

Они обосновались в той же переговорной, в которой проходила первая встреча.

— Так, Лирея, давай-ка сразу договоримся, ни о какой свадьбе и речи не идет. У меня есть женщина, которую я люблю, и с которой мне хорошо. И я не собираюсь менять ее на тебя.

— А и не надо, — вклинилась в паузу девушка, — она там жена, я тут, она не знает про меня, ты не рассказываешь про нее мне, всем хорошо.

— А вот я так не могу, — покачал головой Радим. — Я воспитан так, что женщина, пока есть с ней любовь, должна быть одна. — Правда, он тут слегка приврал, с Ольгой целовался, пока еще был в отношениях с Владой.

Лирея скисла, казалось, еще секунду, и разревется.

— Ты красивая, спору нет, но ты воспользовалась тем, что я напился, и прыгнула ко мне в койку, сама, не спрашивая разрешения. Это нехорошо, но я смолчал. Но эта ночь будет единственной. Жить на два дома, ходить от одной к другой, я не стану. Мы поняли друг друга? Не надо планировать свадьбу и давить на деда. У моего народа есть поговорка — насильно мил не будешь.

— А ребенок? — робко подала голос Лирея. — Я уже знаю, что понесла. Чувствую, что беременна.

— Это ребенок клана, — спокойно ответил Радим. — Мне твой дед, когда мы торговались, говорил, что нужно дитя заделать, а клан воспитает. Про отцовство разговора не шло. И я вообще-то от этого пункта отказался, но ты решила иначе. Но я тебе так скажу, я от долга отцовского бегать не буду, я, правда, мало знаю о детях, но рассчитывать ты на меня в этом отношении можешь. Итак, Лирея, мы поняли друг другу?

— Поняли, — тяжело вздохнула девушка. — Неужели я тебе совсем не нравлюсь? Неужели она лучше, чем я?

— Что такое лучше или хуже? Я встретил ее чуть раньше тебя, и полюбил, и ты мне нравишься. Возможно, не было бы Ольги, может, у нас с тобой бы и вышло, но судьба распорядилась иначе. А теперь мне нужно с твоим дедом повидаться и навестить мастера Редана.

Лирея кивнула и повела Вяземского на второй этаж, кабинет Стрефа находился в правом крыле.

— Что, расстроил мне внучку? — улыбнулся глава клана, глянув на лицо девушки, после чего погрозил ей пальцем. — А я тебя предупреждал, милая, не твой это мужчина.

Та понуро кивнула и скрылась за дверью, плотно прикрыв ее за собой.

— С чем пожаловал? — проводив внучку и указав на стул, поинтересовался Стреф.

Радим занял предложенное место и покачал головой.

— Ни с чем важным. Хочу проведать мастера Редана, обсудить пару вопросов, новости узнать. Может, клан что-то слышал?

— Может, и слышал, — степенно кивнул глава. — Тебя что-то конкретное интересует?

— Сегодня ночью погиб ходок, он давно жил в зазеркалье, кличка Беглый. И то, что его убило, враг всем. Он пришел ко мне, рассказал и умер.

— Я слышал про него. Но мы — маленький клан, мы далеко от больших общин, так что, он в наших местах не появлялся. Кто его убил? Такие люди не умирают своей смертью.

— Он сказал, что его проклял разведчик демонов, — Радим сделал паузу, глядя в ошарашенное лицо Стрефа, — и что нас ждет война. Слышал ли клан что-то о демонах?

— Разведчик — еще не войско, — немного успокоившись, произнес глава клана. — Но это плохие новости. Если пришло время разведчиков, значит, они почти готовы. Демоны давно хотят захватить зазеркалье. Мы им не нужны, им нужна прямая дорога в твой мир. Я пошлю весть союзным кланам, они пошлют ее дальше. Даже если Беглый погиб, повстречав одинокого разведчика, и угрозы нет, то все равно лучше, если все кланы будут знать, что грядет беда, и готовятся к ней, чем она придет и застанет нас врасплох.

Радим кивнул, он пересказал в точности, что сказал Беглый, только умолчал, естественно, об артефактах и дневнике предка.

— Вести ты принес тревожные, но последнее время меня только внучка радует, да и ты, но, правда, косвенно. Забеременела она. — Увидев, как Радим напрягся, старик покачал головой. — Никто на тебя ничего не вешает. Ребеночек даже вне договора возник, нежданная удача. Клан позаботится о нем. Но если ты захочешь участвовать в его жизни, никто против слова не скажет. Слушай, Дикий, а тебе что, правда, Лирейка не глянулась? Неужели у тебя лучше есть?

— Я уже внучке твоей говорил, и тебе, старый сводник, повторю, лучше, не лучше, но есть, и я эту женщину люблю. И не надо говорить, что она там, а Лирея здесь, ты сильный, справишься. Не справлюсь. И в итоге потеряю кого-то из них.

— Все, понял, — выставил руки Стреф, — я это уважаю. Ох, как внучка вовремя подсуетилась, а то иначе и без ребеночка мы остались.

Радим на это только хмыкнул. Они поговорили еще минут пятнадцать, после чего Вяземский отправился к Редану, а Стреф вернулся к делам поселения.

Редан был на месте и весь в делах. Бросив на Радима недовольный взгляд, он соизволил сказать, чтобы раньше, чем истекут два месяца, тот ему с вопросами о маске не надоедал. На что Вяземский соврал, что он по другому поводу, и тут же купил у мастера артефакт по поиску миродита. Внешне он очень напоминал компас, пользоваться им было просто, кладешь на ладонь и идешь с ним, стрелка из миродита, исписанная рунами, укажет на артефактный металл в радиусе двадцати метров.