Третьего удара Зоя противнику не дала. Раньше, чем тот успел переместиться, она рубанула сверху вниз наискось, алый меч только поднимался и прикрыть своего владельца не мог.

Тонкая, размытая в воздухе серебристая полоса перечеркнула грудь, и оттуда на пол полилась самая настоящая багровая кровь.

В голове Радима всплыло какое-то воспоминание, он где-то читал про заклятые клады… Точно, у Васильева очень похоже, но сейчас не время…

Страж стал бледнеть, словно из него чернила выкачивали. Он, неуверенно подняв меч, шагнул вперед, и тут же схлопотал белую молнию в район паха. Зоя не стала продолжать обмен ударами, а просто добила алого. Это было концом, из дыры хлынул самый настоящий поток, много, очень много крови, залившей пол. Видимо, страж сундука поглощал ее с убитых им мародеров. Спустя несколько секунд исчез клинок воина, потом и он сам, превратившись в туман. Радим хотел приказать девушке поглотить врага, но не успел даже отдать мысленную команду. Сундук тут же перестал светиться, и Зоя, совершенно спокойно откинув крышку, отступила на пару шагов.

— Все кончено, — вынырнув из сознания спутницы, произнес Радим, помассировав виски, — она устранила угрозу. Пошли смотреть что же там так хорошо охранялось.

— Может, расскажешь, что там было? — не скрывая любопытства, спросил Шаров.

— Конечно, призрак там был, к сундуку привязанный, наполненный кровью, словно чернильница.

— Круто, — вздохнул огорченно Матвей. — Повезло тебе с помощницей, а вот меня Старостин обломал, тебе плашки отдал.

— Такова жизнь, — ответил Вяземский и, пройдя по костям, приблизился к сундуку. — Я ему за них отдал кучу демонических.

— Знаю, — отмахнулся напарник, — даже мне кое-что перепало.

— Ох, и кровищи тут, — заглядывая в комнату, произнес Шаров, — словно во рту пригоршню меди подержал.

Радим был с ним абсолютно согласен. Ее, конечно, было не по колено, но по щиколотку точно. Выражение «омыть кровью сапоги» становилось уже не метафорой. Да и привкус металла был неприятен.

— Зоя, бери сундук и тащи его сюда, — приказал он.

Девушка ухватилась за две кованые ручки, легко оторвала от пола довольно вместительный сундук и понесла его к выходу. Видимо, в этой комнате обитал законченный параноик, поскольку в стене что-то щелкнуло, и ей в грудь прилетел огненный росчерк, который и застрял в ее не совсем реальной плоти.

Дождавшись, когда спутница покинет зону кровавого разлива и поставит трофей на сухое, Радим вырвал из ее груди железный болт. Материал точно такой же, как у иголок и копий, которые он подобрал, только на этом на трехгранном наконечнике был выведен незнакомый символ.

— Огненная руна? — предположил Матвей, разглядывая трофей вместе с Вяземским.

— Возможно, — согласился с выводом напарника Дикий. — А может, пробитие. Зоя, не встречала такого в воспоминаниях жреца?

Бомбистка с пару секунд изучала знак, потом лишь отрицательно покачала головой.

— Слишком мало осталось от личности призрака.

— Ну что, давай глянем что нам Зоя добыла, — предложил Радим, склоняясь над сундуком. — Кстати, если бы не она, этот призрак, несмотря на наши умения, пустил бы нас в расход за пару секунд. Так что с такими вещичками на будущее надо быть очень осторожными. Слишком быстр, ее защиту с одного удара снес, плюс телепортация, перемещался мгновенно, раз — и уже за спиной.

— А кровища откуда? — поинтересовался Шаров, разглядывая содержимое сундука, но не спеша тянуть к трофеям руки.

— Блин, забыл, — хлопнул себя по лбу Вяземский, — помнишь, в «Гарри Поттере» был дневник Воландеморта?

— Ну, так, — неопределенно ответил старлей, — один раз смотрел с девчонкой, которая мне нравилась, лет десять назад. Фанатела она от этих книг и фильмов. Хотя по мне — так себе.

— А мне нравился, — возразил Радим, — но не о том речь, так вот, этот призрак, что сундук охранял, был накачан кровью убитых им людей, словно чернильница, и когда Зоя вскрыла его мечом, то тот стал, скажем так, протекать и слабеть.

— А Поттер при чем? — озадачился Матвей.

— Так там дневник пробили клыком василиска, и из него чернила полились.

— Ну да, похоже, ладно, давай смотреть, что там добыли.

Сверху лежал черный костюм, наподобие штурмового, что были на них, только более обтягивающий и без карманов. Справа от него пара ботинок, тоже черных, сшитых из какой-то кожи, на довольно мягкой подошве, что странно.

— Может быть, чтобы тише ходить? — предположил Шаров. — Мы ведь на базе наемных убийц.

— Может, — согласился Радим. — Но пока я не вижу того, что нужно было бы так защищать. Но тут другой мир, может, все это зачаровано, а мы не видим свойств, поскольку не умеем этого делать.

— Ага, +5 к сокрытию в тени за штаны, +7 к бесшумности за ботинки, — развеселился Матвей.

— Ну, а что? И такое возможно, — прокомментировал Радим. — Мы с тобой рунами качаемся и артефакты таскаем, чем не РПГ?

— Хм, — озадачился старлей. — Никогда не думал о таком.

Переложив одежду и обувь на распахнутую крышку сундука, Вяземский продолжил изучение поступившего в их распоряжение имущества.

Следующими на свет появились парные клинки невероятной красоты, цельнометаллические, цвета крови, хотя не совсем, темнее артериальной и светлее венозной, нечто среднее. По лезвию шли черные тускло-светящиеся прожилки. Было в этих кинжалах что-то знакомое, во всяком случае, в дизайне. Радим наморщил лоб, силясь вспомнить. Точно, «Стражи галактики», там у Дракса были похожие ножи.

— Почти как у красного мужика из «Стражей галактики», — пришел к тому же выводу Матвей.

Радим взвесил их в руке, удобные. Интересно, что могут, поскольку его демонические пока были куда как лучше. Он положил их сверху на костюм, и Шаров тут же завладел ими.

— Как делить будем, командир? — поинтересовался он. — Один тебе, один мне?

— Думаю, они парные, и разделять их не имеет смысла, — прокомментировал Радим, изучая оставшееся содержимое. На самом дне остались лежать три пузатых мешочка. — Предлагаю просто подбросить монетку. Будет честно.

— Согласен, слепой жребий. Уж больно понравились, но ты ведь не уступишь?

— Просто так не уступлю, — усмехнулся Радим, — я тоже от железок прусь. Уже представил, как они у меня над камином будут смотреться…

Он вытащил первый мешочек и, распустив завязки, заглянул внутрь. Золото, но немного, монет десять. Не сказать, что большие, но вполне приличные. Он достал одну, слегка потертую, с одной стороны был мужик в капюшоне, на второй женщина, закутанная во что-то типа простыни. Прикинул вес, чуть тяжелее царского червонца, грамм, наверное, одиннадцать. Он выложил мешочек рядом с остальными трофеями и достал второй.

— Серебро, — подвел он итог, быстро изучив одну. — Изображения идентичны с тем, что на золотой, монеты мелкие, но их много. Вес, наверное, грамм пять, не больше, и там таких штук тридцать-сорок.

Он вытащил последний мешочек, тот был довольно легким, там были явно не деньги. Развязав завязки, Радим раскрыл горловину и тут же увидел исходящий оттуда тусклый свет. Ну, что сказать? Снова черные кристаллы, и не чета тому, что они подняли с крысы, или как эта хренотень называлась? Их было прилично, больше трех десятков точно, размером с ноготь большого пальца, а некоторые вообще с фалангу, правда указательного, но таких было всего три, во всяком случае из того, что он видел.

— Защищали либо их, либо клинки, — прокомментировал Шаров, — больше тут ничего ценного нет.

— Вот тут ты не прав, — покачал головой Радим. — Мы не знаем стоимость золота в этом мире. Возможно, на этот десяток монет можно прикупить дом или замок. Ладно, давай решим судьбу ножей, остальное, кроме денег, отправится в хранилище.

Достав золотую монету, он покрутил ее в руках, после чего оправил большим пальцем вверх.

— Баба или мужик? — спросил он Шарова, когда та еще только крутилась в воздухе, не достигнув наивысшей точки.