В дверях остался только охранник.

– Господин, мы не знаем этого человека. Он вырубил Гришу! – Охранник ткнул в лежащего на полу коллегу. – Он может быть опасен!

– Не опаснее тебя. – Я вытащил из кармана лицензию. – Барон Андрей Николаевич Гордеев. Императорский Охотник!

Аргументов у охранника больше не нашлось. Ему было понятно – если у человека есть лицензия Охотника, то как минимум в тварях Искажений такой человек должен разбираться намного лучше него.

Поклонившись, охранник покинул кабинет.

Белозёрский смотрел на меня с любопытством.

– Значит, Гордеев… – Он почесал подбородок. – Наслышан! Это же вы устроили дуэль на Испытании в Совете аристократов?

– Нет. Я её не устраивал. Я всего лишь принял вызов и победил.

Мой ответ ему понравился.

– Вы сможете убить эту тварь? – Адвокат смотрел на меня с надеждой. – Заплачу любые деньги!

– Деньги меня не интересуют. А вот консультация и качественные юридические услуги вполне подойдут.

– Меня это устроит! – Белозёрский с готовностью кивнул. – Обеспечу всё в лучшем виде как самому привилегированному клиенту!

Этот ответ меня устроил. Убить монстра для меня не сложно. А если я при этом получу верного и преданного мне специалиста своего дела, то это будет очень к месту.

В ближайшее время я собирался многое сделать. Поддержка хорошего адвоката мне не помешает…

– Тогда не будем откладывать. – Я прикрыл глаза и по мысленной связи обратился к питомцу. – Брысь! Покажи мне, что нашёл.

Перед глазами тут же замелькал поток картинок. Питомец направлял мне всё, что смог обнаружить.

За эти несколько минут он успел на славу поработать и осмотрел все соседние помещения. И, благодаря своему острому нюху, напал на след канимы.

То, что она обитает где‑то здесь, я не сомневался. Пауки у окна и сеть трещин, которые я заметил ещё на улице, были явными признаками присутствия монстра.

Вопрос только в том, где именно она прячется…

Всё, как и всегда, оказалось непросто.

Обычного логова у твари не было.

Вместо него в расположенной на этаже кладовой в воздухе висело тёмно‑лиловое пятно энергии. Заметить его, не обладая Даром как минимум уровня Мастера, было невозможно.

Только особые глаза питомца и могли его разглядеть.

– Хозяин, что это? Брррысь такого никогда не видел! – Питомец сумел найти след, но что это такое, он не знал.

– Пространственный карман. Одна из стандартных способностей канимы. – Я припомнил всё, что знал об этом существе. – Это что‑то вроде твоих пространственных коридоров.

– То есть я могу туда пррробррраться?

– Нет. У него особая энергетическая черта. Проникнуть туда невозможно.

– Тогда как мы с ней ррразберррёмся?

– Придётся выманивать!

Брысь понятливо закивал. Основные тактики охоты он понимал на интуитивном уровне.

– А когда мы её выманим, ты позволишь её сожрррать?

– А ты что, не наелся в имении Границкого? – Я удивился. – Ты же убил всех монстров, что там были!

– Это пррравда. Но прррошло много вррремени. Я снова голоден!

– Тогда тебе придётся потерпеть. Потому что эту тварь я использую так, как считаю нужным.

Закончив говорить с питомцем, я проверил свои запасы. И особенное внимание обратил на порошок из Искажённого остролиста.

Он не сработал на каниму так, как я ожидал. И я хотел знать, почему!

Высыпал немного порошка на ладонь и принюхался. А, теперь понятно!

Этот порошок я принёс с собой ещё из своего времени. И, судя по слабому запаху, он успел утратить часть своих свойств.

Это было неприятно. От качественного оборудования и ингредиентов зависит жизнь Охотника. Если что‑то испортилось и не может выполнять свои функции, то такая ошибка может стоить жизни.

Сегодня мне повезло. Порошок не смог убить монстра, но хотя бы сумел его прогнать.

Но на будущее нужно перебрать все запасы. Кажется, там меня могут поджидать неприятные сюрпризы…

В целом, всё необходимое для охоты у меня было. Дело оставалось только за одним ингредиентом.

Я повернулся к адвокату.

– У вас есть молоко?

– Иван Геннадьевич, вызывали?

Императорский инспектор Павел Викторович Бурляев осторожно заглянул в кабинет своего начальника.

– Здравствуй, Паша. – Старший инспектор Иван Геннадьевич Смородинский оторвался от документов и поднял на подчинённого взгляд. – Вызывал, конечно. Проходи. Есть разговор!

Бурляев уверенно вошёл в кабинет. Ничего плохого он не ожидал.

Смородинский был его давним другом и, по совместительству, двоюродным братом. Они не первый год работали в Штабе Охотников и отлично знали секреты друг друга.

Так что Бурляев был спокоен. Максимум, что его ждёт, – это пара замечаний по работе.

А может, ему и вовсе выпишут премию. Или, того и гляди, дадут повышение. Всё‑таки должность Императорского инспектора – не его уровень. Человек с его талантами заслуживает большего…

Он привычно подошёл к дивану, стоящему напротив стола начальника, и начал опускаться.

Его остановил строгий голос Смородинского.

– Нет, Паша. Садиться не надо. Разговор у нас короткий, буквально на пару слов. Ты дольше садиться и вставать будешь…

Бурляев застыл, не веря собственным ушам.

– Ваня, что случилось?

– Не Ваня, а Иван Геннадьевич. – Голос Смородинского резал, словно отлично заточенный кинжал. – В общем, Паша, жалоба на тебя поступила. Серьёзная жалоба…

Бурляев с облегчением выдохнул.

– Жалоба? Так это же ерунда! Они приходят каждый день. Одной больше, одной меньше… Это не имеет значения!

– Другие жалобы – да, возможно. Но не в этот раз. – Смородинский недолго помолчал. – Паша, скажу честно. Тобой недовольны в руководстве Штаба. Если бы я тебя не защитил, то тебя бы вышвырнули с работы как блохастого котёнка!

Бурляев от неожиданности покачнулся и едва не упал.

– Это как так? Из‑за какой‑то жалобы⁈

– Повторяю. Это не просто жалоба! Её направили очень влиятельные люди… – Смородинский буравил подчинённого мрачным взглядом. – Говорят, что ты осознанно позволил пройти в Искажение двум неподготовленным Охотникам. И при этом ты отлично знал, что в это Искажение давно не было рейдов, и его уровень намного выше заявленного…

Инспектор сразу понял, о чём идёт речь.

– Ты что сейчас, про Гордеева? Ну да, я был в курсе. Но это же не имеет значения! Пацан – всего лишь барон. Его слово ничего не значит!

– Ещё как значит. – Смородинский тяжело вздохнул. – Гордеев сейчас в центре внимания. Испытание, война с Границким… В определённых кругах о нём только и говорят! На его обращение обратили внимание. И, как бы это сказать. Тобой недоволен не только он…

– Игнатовы? – Бурляев начал понимать, что произошло.

Смородинский кивнул.

– Именно так! Князь Всеволод Игнатов узнал, что его единственная дочь, Алиса, вошла в это Искажение. Как, ты думаешь, он на это отреагировал?

– Был в ярости?

– О, ещё в какой! – Смородинский поморщился, будто князь сейчас лично стоял перед ним. – Говорят, кричал три минуты подряд… Поэтому руководству пришлось принять меры. Сам понимаешь, с таким человеком не поспоришь!

Бурляев понимал. Ещё как понимал!

Игнатовы – одни из самых успешных Охотников в Империи. Они близко общаются с руководством Штаба.

И если князь о чём‑то просил, то его просьбы исполнялись в тот же миг…

– Что… Что меня ждёт?

– За все твои прошлые заслуги тебя решили пока не выгонять. Но инспектором тебе больше не быть. О премиях и повышении тоже можешь забыть.

– Но если я не инспектор, тогда кто?

– А вот это самое интересное…

Смородинский говорил, и с каждым его словом Бурляев чувствовал себя всё хуже.

Колени тряслись, на спине выступил холодный пот. В глазах плясали кровавые мушки.

Единственное, о чём он мог думать, – это Гордеев.