– Можете не волноваться. Вам точно ничего не грозит.

Я уверенно вошёл внутрь и почти сразу лицом к лицу столкнулся с самим Ромашкиным. При виде меня лицо старый завхоз просиял.

– Ваше Благородие, крайне рад видеть! Какими судьбами? Вы к Ксении за информацией?

– Нет, не к Ксении. Лично к вам! – Я пожал протянутую руку Ромашкина. – Мне требуется встреча с вашим директором.

– С директором Архива? Позвольте узнать, зачем?

– Император выдал мне разрешение на создание собственной корпорации. И сюда я пришёл, чтобы подписать с Архивом договор на оказание услуг. – Я ничего не стал скрывать и ответил максимально прямо.

Завхоз вздрогнул.

– Ваше Благородие, это прекрасная новость! Я всегда говорил, что только вы достойны защищать Архив. Но у нас заключён договор с Игнатовыми. Господин директор страшится их как огня. Боюсь, что ему это не очень понравится…

Я положил ладонь на рукоять висящего на поясе меча и усмехнулся.

– Ничего страшного. Я сумею его убедить! К тому же у меня как раз есть пара хороших аргументов…

Уважаемые читатели!

Я вернулся к работе и восстанавливаю график. Следующая глава – в понедельник. Выкладка – через день. Главы в новой книге – ежедневно.)

– Андрей Николаевич… Я надеюсь, вы не собираетесь нашего директора… того? – Завхоз Ромашкин, не спуская взгляда с моего меча, провёл ладонью по горлу. – Он, конечно, специфический человек. Но, поверьте мне, он не заслуживает смерти!

– Не волнуйтесь. Я даже не планировал применять к нему физическую силу. Будьте уверены – я умею добиваться своего и без угроз!

Завхоз внимательно на меня посмотрел. Что‑то в моём взгляде его успокоило, и он, довольно улыбнувшись, кивнул.

– Тогда прошу вас, следуйте за мной! – Он бросился вперёд с неожиданной для его возраста прытью. – Ух, вы даже представить не можете, как же я рад, что вы сами предложили сотрудничество! Архив – сложное место. Со всем уважением, но господа Игнатовы со своей работой не справляются…

Мы углублялись во внутренние помещения Архива, в которых мне раньше не доводилось бывать. Я оглядывался по сторонам, и с каждой минутой всё лучше понимал, что Ромашкин имеет в виду.

Когда я пару недель назад был здесь в последний раз, ситуация в Архиве казалась относительно нормальной. Охотники Игнатовых неплохо справлялись со своей работой и зачистили практически всех местных монстров, за исключением коридора с зубастиками.

Сейчас всё изменилось.

Нет, конечно, монстры не выпрыгивали из‑за каждого угла, а струи пламени не били нам в лица. На первый взгляд всё выглядело вполне прилично, но благодаря своему опыту я видел, что всё куда хуже, чем может показаться.

На полу виднелись плохо затёртые следы от свежей крови убитых чудовищ. На стенах поблёскивали пятна от желчи мозгожоров. Под потолком болталось нетронутое гнездо пикси.

И это не говоря про густую и очень неприятную энергию! Она пронизывала буквально всё вокруг, заставляя мурашки бежать по спине.

Что ни говори, но ощущение не из приятных…

– Хозяин, Брррысь не понимает. Что тут пррроизошло? – Питомец бежал по пространственному коридору рядом со мной. Благодаря своим магическим глазам он видел почти столько же, сколько и я. – Ррраньше здесь было намного лучше! Откуда здесь появилось столько монстррров?

– Всё просто, лохматый. Господа Охотники расслабились!

Только начав свою работу в Архиве, Игнатовские бойцы взялись за дело с похвальным энтузиазмом. Они прошлись по огромному зданию, уничтожая всех тварей, до которых могли дотянуться. Результат был очевиден, и они тут же сбавили обороты, позволив себе как следует отдохнуть.

Теперь они истребляли монстров не каждый день, а гораздо реже. По моим подсчётам, не чаще пары дней в неделю.

К тому же Охотники допустили ещё одну ошибку.

Вместо того, чтобы вывезти тела убитых тварей за город, они свалили их прямо на территории. Свежее мясо привлекло новых монстров. Лёгкая добыча понравилась чудовищам, и новые полчища монстров бросились в Архив.

На самом деле, справиться с этими проблемами было проще простого. Князю Игнатову было достаточно как следует на всех наорать, уволить к химерьей бабушке пару особо отбившихся от рук бойцов, и дела в Архиве сразу бы пошли намного лучше.

По каким‑то причинам Григорий этого пока не сделал, и оснований считать, что он исправится, у меня не было.

А значит, проблемы с Архивом предстояло решить именно мне.

Этому месту нужна твёрдая рука настоящего профессионала. И лучше меня кандидатуры не найти!

Чем глубже во внутренние помещения мы заходили, тем более роскошными они становились. Старый ремонт заметно посвежел. Дешёвые лампы сменились хрустальными люстрами, ламинат под ногами перешёл в мрамор.

– Это всё господин директор. Как только занял должность, тут же велел оборудовать свою часть Архива как можно роскошнее. – Ромашкин поймал мой взгляд и печально вздохнул. – Кстати, Андрей Николаевич, мы уже на месте!

Как я и ожидал, приёмная директора Архива оказалась богатой. Кожаные кресла, дорогие артефакты, позолота и новейшая техника.

Местный директор не просто любит роскошь. Он, виверна его раздери, её просто обожает!

– Господа, вы куда⁈ – У нас на пути, потрясая внушительными прелестями, выросла секретарша в короткой юбке. – Юрий Борисович занят! Он никого не принимает!

– Ничего страшного. Для меня у него время точно найдётся!

Я решительно дёрнул на себя дверь кабинета, почувствовав лёгкое сопротивление магии. Краем глаза заметил табличку «Господин Юрий Борисович Городков. Директор Императорского Архива».

Хм, любопытно. В табличке не был указан титул Городкова. Это могло означать то, что директор не аристократ, а простолюдин.

Случай не был исключительным, но подобное происходило достаточно редко. Обычно руководителями таких крупных организаций, как Архив, назначали кого‑то из Благородных.

Если Городков занял это место, значит, он в самом деле что‑то из себя представляет. Но, вместе с тем, отсутствие титула и поддержки Рода делало его уязвимым перед влиятельными аристократами.

И наверняка этой слабостью пользуются…

Шагнув внутрь, я увидел шикарный кабинет. От количества позолоты и блеска хрусталя рябило в глазах!

Собственно, ничего другого я и не ожидал…

– Вы что себе позволяете⁈ Я – директор Архива. И я требую соответствующего уважения!

Навстречу мне поднялся высокий и очень худой мужчина лет сорока с узким лицом и бегающими глазками. Вид у него был решительный, но, стоило ему столкнуться со мной взглядом, как он тут же рухнул обратно в своё огромное кресло.

Его рука потянулась к сигнальному артефакту, но я предупреждающе покачал головой.

– Юрий Борисович, поверьте, делать этого не стоит. Я к вам всего лишь поговорить!

Директор Архива нехотя отстранился от артефакта и попытался занять в кресле самую внушительную позу, что только мог. Получилось у него так себе. С его узкими плечами и безвольным лицом было сложно произвести хоть какое‑то впечатление.

– Ваше Благородие, чего вы изволите? У меня множество срочных дел, и я крайне занят!

– Поверьте, я не займу у вас много времени. – Я не стал садиться. Кресла в кабинете были дорогими, но казались очень неудобными. – Меня зовут барон Андрей Николаевич Гордеев. И я хотел бы предложить вам свои услуги по истреблению чудовищ.

Судя по тому, как изменилось лицо Городкова, он знал, кто я такой.

– Андрей Николаевич, для меня большая честь принимать человека, прошедшего через Зону! – Он отвесил мне что‑то вроде очень неловкого поклона. – Но, увы, ничем не могу помочь. У Архива есть договор с князем Игнатовым. Он будет действовать ещё три года. Когда его действие истечёт, тогда и приходите. Возможно, я смогу что‑то для вас сделать…

Городков многозначительно взглянул на дверь, прозрачно намекая, что я должен уйти.