Сироткин попал в обычную ловушку. Как и все, он недооценил Мишу, решив, что тот – обычный увалень, не обладающий никакими выдающимися способностями.

И, как и всегда, родственник сумел удивить.

Его артефакты казались обыкновенными и не вызывали опасения даже после детального осмотра. На самом деле он умудрялся вкладывать в самые обычные устройства невероятную силу.

Самые неприметные артефакты в его руках превращались в смертоносное оружие.

Первые минуты Миша не использовал их, до последнего оттягивая момент. И только сейчас, почувствовав, что силы на исходе, пустил их в ход.

Увы, но этого оказалось недостаточно.

Сироткин быстро понял, в чём дело. Мишины артефакты были сильны, но обладали ограниченным действием. Спустя пару минут их заряд оказался практически на нуле. И защитная сфера, и атакующие устройства ничем не могли ему помочь.

– Вот теперь тебе точно конец!

Сироткин метким пинком сбил Мишу с ног. Подняв меч над головой, он резко опустил его вниз. Клинок, сверкнув в воздухе, рухнул Мише на голову.

Или, точнее говоря, должен был рухнуть.

Воздух вокруг здоровяка задрожал и нагрелся. Пробежавшая по залу волна силы заставила первые ряды аристократов отступить. На своих местах остались только я, Юля и князь Мамонтов.

Наши взгляды были прикованы к Мише.

С ним происходило что‑то странное.

Изогнувшись под немыслимым углом, он увернулся от направленного ему в голову клинка. Быстрый взмах рукой – и его тяжёлый кулак впечатался Сироткину прямо в челюсть.

– Ты фто тфорифь⁈ – простонал гусар, выплёвывая зубы.

Миша его уже не слышал. Словно пришедший из древних легенд берсерк, он напирал на противника с холодной, но неукротимой яростью. Каждое его движение было отточенным и как будто отполированным годами тренировок.

Один удар, второй, третий – и Сироткин, закачавшись, выронил меч из рук.

– Андрей… – Юля повернулась ко мне. На её лице была сложная смесь из восторга, страха и удивления. – Я ничего не понимаю! Как он это делает⁈

– Я же говорил, что Мише нужно просто дать шанс. – Я улыбался от уха до уха. – Не переживай, сейчас я всё тебе объясню…

Миша и сам не понял, что произошло.

На бой с Сироткиным он согласился на эмоциях. Этот усатый наглец распустил руки и облапал его сестру. Простить такое он просто не мог!

Гнев придал ему силы и уверенности. Миша не сомневался – стоит им сойтись в бою, как навыки, которым его обучил Андрей, обязательно проявят себя. Он намного выше и крупнее гусара. Ему достаточно будет пару раз взмахнуть мечом, и Сироткин падёт к его ногам, истекая кровью.

И тогда он, наступив ногой ему на грудь, истребует извинений и благородно, как истинный рыцарь, сохранит гусару жизнь…

Он ещё никогда так не ошибался.

В первые же секунды все его фантазии разбились о реальность.

Сироткин оказался не просто обученным бойцом. Он был опытным воином, привыкшим проливать кровь.

Стоило Андрею объявить начало поединка, как он сразу же бросился в бой. Меч гусара сверкнул в опасной близости от Мишиного сердца. То, что он сумел от него увернуться, было настоящим чудом.

– Ой‑ёй…

Только сейчас Миша понял, во что вляпался. Да он даже не успел разглядеть выпад Сироткина! Про то, чтобы его отразить, не шло и речи.

Дальше не стало легче.

Меч гусара мелькал в воздухе. Всё новые удары сыпались на Мишу со всех сторон и под самыми необычными углами.

Да он даже представить не мог, что можно сражаться… ТАК!

Тем не менее, тренировки Андрея не прошли понапрасну. Как бы тяжело ему ни приходилось, Миша держался. За те несколько недель, что брат посвятил их подготовке, здоровяк успел многому научиться. Теперь бой не казался ему хаосом. Он понимал основные стратегии атаки и обороны. Это позволяло ему, постоянно пятясь, отражать один удар гусара за другим.

Уже лучше, чем можно было ожидать! Но на победу с такой тактикой рассчитывать не приходится. Отступая, он только откладывает неминуемое…

Даже артефакты, и те не смогли преломить исход боя. Он использовал всё, что мог, всё до самого последнего устройства. Но единственный результат, которого он сумел добиться, – это несколько свежих синяков на лице Сироткина. И ни единой капли крови.

Зарядов в артефактах не оставалось, и Миша начинал понимать, – сегодня ему придёт конец. Простой раны гусару будет недостаточно. Сироткину мало одержать победу. Он хочет его убить…

Удар обрушился на него внезапно. Мир перевернулся с ног на голову, и Миша понял, что лежит на полу, а Сироткин стоит над ним с мечом в руках.

– Ну что, здоровяк, пришло время умирать!

Рассекая воздух, клинок обрушился вниз.

Миша зажмурился, готовясь к смерти. Жаль, конечно, что так мало пожил. Он ведь ничего не успел сделать! Не стал великим мастером‑инженером, не создал самый могущественный артефакт в мире. Да он даже в любви Алисе Истоминой, и то признаться не успел!

А сейчас уже слишком поздно…

И тут произошло что‑то неожиданное.

Всё вокруг стало медленным и тягучим. Крики аристократов, яростный рёв Сироткина, опускающийся ему на голову меч…

Он видел всё в деталях. Каждое движение стало для него ясным и совершенно понятным.

Всё вдруг внезапно сложилось в одну прозрачную Схему . Каждое действие было неразрывно с другим. Одно вытекало из другого, становясь звеном практически бесконечной, но предсказуемой цепи.

Ничего себе! А ведь он даже не подозревал, что мир, оказывается, такой простой…

Миша резко оттолкнулся ногами, сместив корпус на несколько сантиметров в сторону. Дёрнувшись, ушёл из‑под удара. До него донёсся треск непривыкших к подобным нагрузкам мышц, но боли он не почувствовал. Погрузившееся в транс сознание отделило его от остального мира, убрав все ненужные для сражения чувства.

Боль и страх не имели значения. Гораздо важнее был этот новый мир, что сейчас раскрылся перед ним.

Его глаза переместились на Сироткина. Он тяжело дышал. На лице гусара застыло удивление.

– Что… Ты же увалень! Как ты это делаешь⁈

Миша хотел ему ответить, но вовремя замолчал. Какая‑то часть его подсказала, что, стоит ему открыть рот, и вся магия тут же развеется. Схема покинет его, он снова станет слабым и беззащитным.

Нет, этому точно не бывать!

Приглядевшись к гусару, Миша внезапно понял, что стойка Сироткина далеко не такая идеальная, как он думал раньше. Его ноги стояли слишком близко друг к другу, а руки были опущены.

Да у него же целая куча уязвимых мест! Достаточно нанести ему пару ударов, и он рухнет, не успев даже понять, что произошло!

Миша рванулся вперёд. Неосознанно копируя движения Андрея, он вскинул руки, переходя в безупречную стойку.

Один удар! Второй!! Третий!!!

Кулаки мелькали один за другим, обрушиваясь на Сироткина. Меч выпал из ослабевших рук гусара. Он пытался защищаться, но Миша не дал ему ни единого шанса опомниться и перехватить инициативу.

Пока он видит Схему, он не позволит ему победить…

Но как бы он ни был сосредоточен на дуэли, в глубине его сознания продолжала биться одна‑единственная мысль.

Что же с ним вообще происходит⁈

* * *

– Всё дело в его Таланте. – Я начал объяснять Юле происходящее, но девушка не дала мне договорить.

– Андрей, но ведь ты сам сказал, что у Миши – инженерный Атрибут. Он умеет создавать артефакты и всякие сложные технические штуки. Как это может помогать ему в драке⁈

Она повернулась к брату. Миша как раз плавным движением увернулся от очередного выпада Сироткина и, выбросив вперёд левую руку, впечатал кулак ему в живот.

Красиво, виверна меня раздери!

– Всё так. У Миши действительно Атрибут инженерного типа. Но иногда, в крайних случаях, он может действовать немного шире.