Но тут она резко захлопывает рот и стискивает челюсти.

Испытывая странное разочарование, я отпускаю ее сосок и делаю шаг назад.

Она растерянно моргает, не в силах поверить, что моя пытка наконец-то закончилась. На моих губах появляется холодная ухмылка, когда я насмешливо осматриваю ее обнаженные сиськи.

На ее щеках снова появляется румянец, и она скрещивает руки на груди, чтобы спрятать их.

— Разве я сказал, что ты можешь прикрыться? — Огрызаюсь я, все еще расстроенный тем, что так и не узнал, о чем она собиралась меня умолять.

Секунду она с вызовом смотрит на меня, но затем опускает руки по швам. Восхитительное унижение снова мелькает на ее лице, и она отводит взгляд.

— Почему ты так поступаешь со мной? — Спрашивает она тихим и подавленным голосом.

И, блять, сейчас я практически готов сорвать с себя футболку и отдать ей. Точно так же, как я сделал это в той раздевалке на прошлой неделе. Но я не могу. Потому что я должен унижать ее.

Поэтому вместо этого я злобно смотрю на нее и отвечаю:

— Потому что ты задолжала мне футболку.

Затем я разворачиваюсь и ухожу.

Алина

К вечеру пятницы я чувствую себя измотанной и немного разочарованной. Я с трудом добралась до дома и, войдя в свою комнату, быстро заперлась, чтобы никто не увидел, что Кейден сделал с моей футболкой. Мне пришлось всю дорогу держать руки скрещенными на груди и молиться, чтобы мои братья не остановили меня, когда я зайду в дом. И с тех пор этот проклятый псих не унимается. Каждый день он находит какой-нибудь новый способ помучить меня.

Это чертовски раздражает. Особенно, когда мой логичный ум и мое предательское тело по-разному реагируют на пытки, которым подвергает меня Кейден. Но я могу справиться с этим. Я могу вынести гораздо больше, чем многие думают. И, кроме того, это все равно временно. Рано или поздно я получу то, что мне нужно. И тогда я уничтожу его к чертовой матери.

Мой телефон вибрирует на прикроватной тумбочке.

Отложив расческу, которой я расчесывала мокрые волосы, я подхожу и проверяю его. Мой пульс нервно учащается, когда я задаюсь вопросом, а не от Кейдена ли это сообщение, или сегодня вечером он решил оставить меня в покое.

На моем лице расплывается радостная улыбка, когда я разблокирую свой телефон и вижу сообщение от Карлы. Она и другие девочки из ее дома, а также еще несколько девушек из нашего класса, собираются куда-нибудь пойти сегодня вечером, и она спрашивает, не хочу ли я пойти с ними. Я быстро отвечаю, что с удовольствием. Она говорит мне, что они заберут меня через полчаса, поэтому я спешу обратно в ванную и начинаю сушить волосы феном.

Переодевшись в короткое темно-синее платье и немного накрасившись, я спускаюсь по лестнице.

Антон, должно быть, услышал мои быстрые шаги на лестнице, потому что он появляется в дверном проеме гостиной еще до того, как я успеваю схватить свои туфли.

— Подожди, — говорит он немного растерянно. — Я думал, ты сказала, что собираешься принять душ, а потом расслабиться в постели. Куда ты сейчас идешь?

— Погулять, — отвечаю я, надевая туфли на высоком каблуке, которые никогда не ношу в кампусе.

Михаил встает рядом с Антоном. Скрестив руки на груди, он смотрит на меня строгим взглядом.

— Погулять? Куда именно? С кем?

— С Карлой и другими девушками, — я подавляю раздраженный вздох и закатываю глаза. — Мы едем в город, чтобы потанцевать.

— И чтобы выпить, — говорит он. Это не вопрос.

— Возможно, — соглашаюсь я. Кажется, он вот-вот откроет рот, чтобы сказать мне, что я не могу пойти, поэтому я быстро продолжаю. — Беспокоиться вообще не о чем. Помимо меня будет еще с десятком девушек. Мы просто будем танцевать и веселиться.

Антон вопросительно смотрит на Михаила. Наш старший брат хмурит светлые брови в знак неодобрения, но он не сказал мне "нет".

Снаружи, на улице, пару раз сигналит машина.

— Они здесь, — говорю я и снимаю с крючка свою сумочку, а затем перекидываю тонкий черный ремешок через плечо. — Я вернусь около шести.

Михаил удивленно отшатывается и смотрит на меня.

— Около шести? Шести утра?

Но я уже распахиваю входную дверь и выбегаю на улицу. Обернувшись, я улыбаюсь и машу рукой хмурому брату.

— Позвони нам, если тебе что-нибудь понадобится, — кричит Антон мне вслед, пока я бегу по маленькой дорожке в сторону машины.

Карла поворачивается на пассажирском сиденье и одаривает меня ослепительной улыбкой, когда я сажусь на заднее сиденье рядом с двумя другими девушками. Наш сегодняшний водитель подмигивает мне в зеркало заднего вида.

— Готова? — Спрашивает Карла.

Я ухмыляюсь ей в ответ.

— Готова.

Громкая музыка разносится по огромному ночному клубу, а мерцающие огни освещают море прыгающих и танцующих людей, заполняющих помещение с высокими потолками. Я потеряла Карлу и большинство остальных где-то в толпе около получаса назад, но я слишком пьяна и счастлива, чтобы переживать об этом.

Это именно то, что мне было нужно.

После нескольких недель, проведенных в постоянном напряжении из-за того, что Кейден вдруг появится и начнет меня мучить, а также после того, как я каждый божий день отбивалась от словесных нападок Джейн и Лесли, мне нужен был вечер, чтобы просто расслабиться и повеселиться.

Я выпиваю четвертую за вечер рюмку, чувствуя, как алкоголь обжигает горло, и ставлю маленький стаканчик обратно на стойку. В голове уже разливается приятное тепло, и я хихикаю от этого ощущения. Бармен за стойкой тихонько хихикает, наливая кому-то еще напиток. Я одариваю его улыбкой, а затем разворачиваюсь и направляюсь обратно на танцпол.

Мои шаги неуверенны, а ноги болят от многочасовых танцев на этих каблуках, но чем больше я пью, тем меньше это чувствую.

Вокруг меня люди прыгают и танцуют, а я тону в бурлящем море пьяных людей. Я замечаю неподалеку одну из девушек, с которыми приехала, и поднимаю руку, чтобы помахать ей. Она машет мне в ответ, но толпа здесь просто ужасная, поэтому я остаюсь на месте.

Запрокинув голову, я распускаю волосы, поднимаю руки и танцую. Ритм музыки сливается с биением моего сердца, и я ощущаю себя единым целым с ней. Я наслаждаюсь этим чувством. Наслаждаюсь ритмичными ударами басов, мигающими огнями над головой, телами вокруг меня, ароматом духов в воздухе, пьяной дымкой в голове и радостью, которая разливается по комнате. Потому что я знаю, что скоро все это исчезнет.

Даже если отец разрешит мне остаться в Блэкуотере на весь год или даже на все три года, мое пребывание здесь рано или поздно закончится. И тогда я должна буду выйти замуж за какого-нибудь богатого мужчину с хорошими связями, чтобы обеспечить нашей семье выгодные контракты. Моей свободе придет конец, и я снова стану призом, который какой-нибудь мудак выиграет только для того, чтобы поставить на свою полку.

Мое сердце сжимается. И внезапно, находясь в окружении танцующих людей, у меня возникает приступ клаустрофобии. Я делаю глубокий вдох и оборачиваюсь, отчаянно ища выход. Мне нужно подышать свежим воздухом.

В другом конце комнаты я вижу неоновую вывеску, указывающую на черный ход.

С колотящимся в груди сердцем я начинаю протискиваться к нему.

Я не хочу такой жизни. Я не хочу, чтобы меня выдали замуж и просто поставили на полку. Мне нужен тот, кто увидит меня такой, какая я есть. Тот, кто заметит мои достоинства. Тот, кто оценит их. Тот, кто не будет относиться ко мне так, будто я сделана из стекла.

Как бы сильно я ни ненавидела то, как Кейден унижает меня, мне также нравится, что он относится ко мне как к настоящему противнику. Он никогда не сдерживается. Не считает меня ничтожеством. Он относится ко мне точно так же, как к моим братьям. Как к опасному врагу. Никто и никогда раньше не считал меня такой.