Как и обещал Василий, нас уже ждали. Двое сторожей, стояли у костра неподалеку от машин. Один из них, Иваныч, приветливо махнул нам рукой, но подходить не стал.

Мы подошли к «УАЗу».

— Грузимся, — скомандовал Дед, скидывая с плеча тяжелую сумку.

Я последовал его примеру. Сумки легли в багажник, где уже стояла двадцатилитровая канистра с соляркой, а рюкзаки отправились в салон. Из багажника пока достанешь, а так, случись чего — схватил и деру!

Джип слегка преобразился: с крыши исчезли мигалки, цвет кузова сменился на зеленый, на стеклах появились решетки. А еще на крыше появился люк, через который, случись чего, можно было и сбежать, и огонь вести.

Семен с Игнатом уселись на заднее сидение. Дед хотел было сесть за руль, но я его опередил.

— Моя очередь.

Он глянул на меня недоверчиво.

— Уверен?

— Да.

— У «УАЗа» управление тяжелое, — предупредил он.

— Справлюсь.

— Ладно, только не говори потом, что я тебя не предупреждал!

Несмотря на возраст, машину я вожу уже довольно долго. В первый раз мне довелось сесть за руль лет в десять. Тогда я едва доставал до педалей, но мне понравилось, и с тех пор я не упускал ни одной возможности «повертеть баранку».

Когда мне было шестнадцать, я даже тайком взял отцовский джип и в одиночку отправился на рыбалку. Меня тогда поймали, но повезло, отделался «штрафом» на месте, после чего поехал себе дальше. Так что, пусть Дед там себе думает, что хочет, но опыта у меня предостаточно.

С силой хлопнула дверца. Дед поерзал на сидении, устраиваясь поудобнее и протянул мне ключи.

— Держи.

Недолго думая, я завел машину и стал ждать, пока мотор немного прогреется. Машину трясло, а двигатель чихал и грозился заглохнуть. Я поддал газу, выравнивая обороты. Что ж, дизель есть дизель! К тому же, он тут не самый лучший, отечественный. Так что его капризы пока в пределах нормы.

«Хорошо еще, что зимы тут не будет!» — подумал я. Хотя, кто сказал, что не будет? Вон как по ночам холодно бывает, не минус, конечно, но и не Калифорния уже!

Вообще, хоть «УАЗ» машина угловатая и неудобная, но плюсы у нее есть. В частности, конструкция большинства узлов тут настолько простая, что позволяет производить ремонт самостоятельно, имея в наличии лишь молоток да отвертку с плоскогубцами. Ну, если руки, откуда надо растут, конечно.

К костру подошли две фигуры и завязали диалог с охранниками. Спустя несколько минут они направились к нам.

— Кажется, Василий идет, — сказал я, уловив знакомые черты нашего водителя.

— Вижу, — кивнул Дед.

— А кто это с ним? — спросил сзади Игнат.

Я пожал плечами.

— Скоро узнаем.

Когда Василий приблизился, я опустил стекло.

— Доброго всем! — поприветствовал он нас, и махнул на своего спутника. — Вот, принимайте пассажира, напросился!

«Пассажир» подошел поближе, и я разглядел улыбающееся лицо Брюса. В левой руке он держал ружье, а свободной правой приветственно помахал нам.

— Hi!

Ну и что с ним делать прикажете? Брать с собой или домой отправить?

Я покосился на Деда.

— А фиг с ним, пускай едет, — словно прочитал мои мысли тот.

— Залезай, — приглашающе кивнул я Брюсу. Затем, не оборачиваясь, бросил сидящим сзади: — Эй, потеснитесь там!

Брюс проворно забрался в джип. На лице его играла довольная улыбка.

— Что это с ним? — недоуменно спросил я Деда, поглядывая на американца в зеркало. — Обкурился что ли?

Старик прикрыл глаза и театрально развел руками.

— Думаю, он просто рад, что может помочь своим друзьям, — ответил на мой вопрос Василий.

Брюс, услыхав слово друзья, заулыбался еще шире.

— Friends. Yes, friends!

Василий похлопал ладонью по крыше.

— Ладно, я поеду впереди. Не отставайте!

Он не торопясь направился к бульдозеру, а я сидел и соображал, это он так пошутил или просто издевается?

Бульдозер взревел. Лязгнули гусеницы, протестующе захрустел асфальт, и многотонная машина тронулась с места. Василий, то ли специально, то ли по невнимательности задел ковшом растущее у дороги деревце и с легкостью его опрокинул.

«Да уж, обгонишь такого, — подумал я, наблюдая за этой картиной. — Ищи дурака!».

— Поехали уже, а? — предложил Дед.

Я врубил первую передачу, рычаг с трудом вошел в гнездо. Аккуратно надавил на газ. Машина рванула вперед с неожиданной прытью и тут же подскочила, переваливая через поваленное Василием дерево.

Немного разогнавшись, я попытался врубить вторую передачу, но не тут-то было! Рычаг словно в стену уперся и упорно не желал становиться на место. Ценой неимоверных усилий и отдавленной ладони, мне таки удалось преодолеть этот невидимый барьер.

Хорошо еще, что бульдозер едва тащится, а то боюсь, что на третью передачу перейти у меня не получится.

И без того раздолбанный асфальт, после гусениц тяжелой машины превращался в нечто потрескавшееся, жеванное и очень-очень далекое от понятия «ровная дорога»! Однако колея у «УАЗа» поменьше будет, так что трястись, особо не пришлось.

Несколько раз нам приходилось сворачивать на параллельные улицы. Чтобы совершить поворот, Василий практически останавливался, и тогда мне вновь приходилось мучиться с переключением передач.

А ведь еще и не видно ни-хре-на! Туман и темень, туман и темень…

Выскочит какая-нибудь зараза из подворотни, и не заметишь ведь, пока та в стекло дышать не начнет. Удачно мы время выбрали, ничего не скажешь!

Минут через десять, у меня уже ныла рука, слезились глаза, а лоб покрылся потом. Однако туман потихоньку начинал рассеиваться, а передачи с каждым разом включались все легче и легче. То ли я приноровился, то ли механизм разогрелся.

— Ну как? — насмешливо спросил Дед, развалившись на пассажирском сидении. — Еще не поздно поменяться!

Мои мучения его явно забавляли.

— Справлюсь, — огрызнулся я, хотя желание управлять этим агрегатом сильно поубавилось. Как представлю, сколько нам еще так пилить! Ууу…

Когда впереди показался лес, уже совсем рассвело, а стрелка на часах приближалась к семерке. Минут пятнадцать, получается. А ведь и пары километра не проехали еще! И это по дороге, а сколько мы тогда через лес тащиться будем?

На границе островка бульдозер замер. Рация в салоне, ожила, и кабину заполнил звонкий голос Василия:

— Проверка связи, проверка связи. Как слышно, орел? Прием!

— Орел? — удивленно спросил Игнат.

— Позывные наши, — пояснил Дед, доставая из крепления микрофон.

— Слышу тебя, ястреб! Прием!

Ну вот, опять. Орел, ястреб… совсем как в метро, никакой фантазии у человека! О чем я и не преминул тут же всем сообщить.

— Есть идеи получше? — с легкой обидой в голосе спросил Дед.

Я задумался, а потом выдал:

— Ну, можно его дровосеком назвать!

Дед усмехнулся и проговорил в рацию:

— Василий, Антон предлагает переименовать тебя из ястреба в дровосека! Хочешь? Прием!

Из динамика послышался лающий звук, отдаленно напоминающий смех.

— Нет, спасибо. Мне и так нравится!

Дед победно глянул на меня и провел ребром ладони по шее, показывая, что моей идее капут.

— Ну и фиг с вами, — пожал я плечами, — консерваторы!

Из динамика вновь раздался голос Василия:

— На точку нацелился, начинаю движение. Готовы?

Дед вопросительно посмотрел на меня. Я кивнул, и он ответил:

— Готовы. Вперед!

Бульдозер возобновил движение и вскоре его ковш уже впивался в землю. Первый ряд деревьев повалился без труда, за ним второй, третий. Поваленные стволы покорно ложились по обе стороны от мощной машины, образовывая что-то вроде бордюра. Однако часть деревьев цеплялась за ковш и оставалась там. За них цеплялись следующие, и вскоре Василий уже толкал перед собой приличных размеров кучу.

Когда куча разрослась настолько, что начала затруднять движение, он остановился, сдал назад, затем взял чуток влево и спокойно объехал образовавшееся препятствие стороной.