Он выдержал театральную паузу и продолжил:

— Хоть этот мир и похож на Землю, но он другой. И мы в его биологической картотеке не числимся. Знаешь, как врач поступает с инородным предметом, попавшим в тело больного?

— Его извлекают, — предположил я.

— Верно! А почему?

— Потому, что оно мешает, — пожал я плечами.

— И снова верно! Но если бы этот предмет не мешал, не вызывал никаких отклонений, то есть вероятность, что трогать его не стали бы. В данном случае, мы и есть инородное тело. Местная среда отторгает нас, а вот тебя, почему-то, нет. Она приняла тебя как своего и пытается подтянуть до уровня местных организмов, увеличить твои способности.

— К регенерации?

— Возможно, не только к регенерации. Эх, был бы у меня микроскоп, с удовольствием взглянул бы на твою кровь…

Кровь, адаптация, мутация… звучит как-то уж слишком футуристически!

— А причем здесь мои сны?

— Не знаю, — ответил Доктор, почесав затылок. — Может и ни при чем.

— То есть, это самые обыкновенные сны и с поведением моего тела они никак не связаны?

— Вполне вероятно. Не знаю.

Похоже, ничего кроме теорий и предположений от него не добиться. Я задумчиво посмотрел на свои руки.

— Выходит я теперь, как Росомаха?

Доктор удивленно вскинул брови.

— Ты сейчас про животное говоришь?

— Да нет, это такой герой из комиксов, — пояснил я, — у него мгновенная регенерация, из-за этого его невозможно убить. А еще он не стареет, кажется.

— Ну, насчет старости будет видно лет эдак через сорок, — усмехнулся Доктор, — а раны на тебе заживают далеко не мгновенно, так что особо не расслабляйся! Получишь, например, пулю в сердце, и пока оно будет регенерировать, успеют отмереть клетки мозга. Если при этом ты и выживешь, то в лучшем случае останешься идиотом.

Мда… разочарование. Я-то надеялся, что высший разум наделил меня суперспособностями, а тут облом! Но, впрочем, и так неплохо. Хорошей регенерацией не каждый похвастаться может. О мелких ранах теперь можно будет не беспокоиться, а крупных, надеюсь, удастся избежать.

— А что-нибудь более конкретное вы сказать можете? — спросил я с легкой надеждой.

— Слишком мало данных, чтобы делать какие-то выводы, — ответил Доктор, покачивая головой. — Вот после парочки экспериментов может быть!

— Каких еще экспериментов? Руку что ли отрезать и смотреть, не отрастет ли новая?

— Можно, и руку, — согласился Доктор, покосившись на свои инструменты. — Очень даже неплохой эксперимент выйдет!

— Нет уж, спасибо, — сказал я, непроизвольно делая шаг назад.

— Не обязательно сразу руку, можно и с пальца начать, — предложил Доктор.

— И не надейтесь!

Конечно, я понимаю, что он просто шутит, но в каждой шутке, как известно всегда есть доля правды!

— На сегодня мне хватает информации, — сказал Доктор, поглаживая блокнот. — Буду сопоставлять факты и делать на их основе выводы и предположения, а про эксперименты мы в другой раз поговорим, если не возражаешь.

Я не возражал, и даже наоборот, был двумя руками за. Пока двумя, а то мало ли, что у него там за эксперименты. Может и не шутил он вовсе…

— Есть вероятность, что со временем, твоя аномальная способность возрастет или изменится, — внезапно сказал Доктор.

— Изменится? — насторожился я. — Как?

— Рога не вырастут, не беспокойся, — успокоил он меня. — Возможно, прибавиться что-то еще, например, ночное зрение или повышенная реакция. Но это просто предположение, не забивай себе голову.

Доктор поднялся со стула и стал расхаживать по комнате, потрясая блокнотом.

— Все это просто невероятно. Невероятно! Ах, как жаль, что научный мир никогда об этом не узнает…

— Постойте, постойте, но почему только я? А как же другие?

Он резко остановился и его лицо засияло озарением.

— Ты прав, Антон. Должны быть и другие! Наверняка есть. Просто они еще не обнаружили в себе этот феномен, или боятся о нем говорить.

В дверь постучались.

— Доктор, вы одеты? — раздался из коридора насмешливый голос Василия.

Я вопросительно посмотрел на старика.

— Это он шутит так, — поморщившись пояснил тот. — Стоило один раз застать меня в процессе переодевания и вот…

Понизив голос, он попросил:

— Про способности свои никому пока не рассказывай, хорошо? — я кивнул, и он громко позвал: — Заходите, Василий!

В лазарете мы пробыли еще минут десять. Я немного поболтал с Юрой, который для человека с простреленной грудью, выглядел очень даже неплохо. Затем мы распрощались с Доктором и удалились.

Когда мы вышли на улицу, я решил, что самое время поговорить с Василием о деле.

— Слушай, — обратился я к нему, — я хочу у Татарина бульдозер выменять. Поможешь?

Брови моего собеседника поползли вверх.

— Да на кой он тебе сдался?

— За городом есть военный склад, — начал я объяснять, — но дороги туда нет, сплошные джунгли. Ты говорил, что бульдозер может пробиться.

— Ну, теоретически.

— Вот я и хочу на нем туда добраться.

Василий стал задумчиво поглаживать подбородок.

— В принципе может получиться, — сказал он. — Правда времени займет прорву. Может и не один день. А на что ты собрался его выменивать?

— На то, что вчера в магазине добыли.

— Едой ты их сильно не заинтересуешь, — покачал головой Василий. — Пока мы с «Варановскими» воевали, они много местных магазинов пощипали. Так что еды у них даже больше, чем у нас.

Это несколько омрачало ситуацию, но отказываться от плана я не стал.

— Можно на ружья сменяться, — предложил я. — У нас их тоже много.

— Попробуй только! Батя с тебя шкуру спустит, — предостерег Василий. — Это он с виду такой добрый дедушка Иван, а пойдешь против него, живо к стенке поставит.

Верно. Батя ведь банду Татарина на дух не переносит, опасается и даже воевать думал. Если я продам им оружие, это испортит отношения между нами и «Выжившими». Тогда, в лучшем случае, нам продеться уйти, а в худшем, как и сказал Василий, к стенке поставят.

— И что тогда делать? — спросил я в растерянности. — Силой захватывать?

— Зачем сразу силой, поговорить сначала можно, — пожал плечами Василий. — Может, и согласятся они на еду, запасы то не бесконечны!

Правильно, от разговора хуже точно не станет. Если не договоримся, значит не договоримся. И все.

— Так ты поможешь переговоры провести? — вновь спросил я.

— Помогу, — кивнул он и, выдержав небольшую паузу, добавил: — Но не бесплатно!

Понятно. Кажется, вчера кто-то усвоил урок Деда и теперь начнет себе цену набивать. Я вздохнул и приготовился к торгу.

— Сколько?

— Ни сколько, — улыбнулся Василий. — Вы меня на склад возьмете, и я себе там тоже кое-чего наберу.

— Хорошо, договорились.

Честно говоря, я и так собирался его с нами звать. Мужик он надежный и к тому же умеет управлять бульдозером. Но об этом я, естественно, умолчал.

— Тогда пойду, выпишу, какого имущества и сколько вам полагается, а через два часа возле машин встретимся.

Я кивнул.

— Понял, давай!

Мы разошлись. Василий заспешил туда, где мы вчера разгружали грузовик. Проводив его взглядом, я не торопясь направился к своему подъезду. Два часа. Вагон времени! Чем бы его занять?

У самого подъезда я столкнулся с Сашей и Верой. Они как раз выходили на улицу.

— Привет! — поприветствовал я девушек и тут же получил от Саши болезненный тычок в бок. — Эй! За что?

— За то, что опять ушел меня не разбудив! — надулась моя подруга.

— Но ты так сладко спала, и мне не хотелось тебя тревожить!

Сказав это, я осторожно обнял ее за талию и, не встретив сопротивления, нежно поцеловал. Наблюдавшая за нами Вера фыркнула и ушла вперед.

— Ладно, прощаю! — смилостивилась девушка. — А теперь отпусти, мне пора на работу.

Я еще крепче прижал ее к себе.

— А ты не ходи, там кроме Юры других больных все равно нет.

— Надо! — отрезала Саша. — Доктор нам лекции читает, не хочу пропускать.