— Фильтры там хоть есть? — озабоченно спросил я, — припомнив, как во время умывания проглотил немного воды.

— Есть, — кивнул Василий, — самодельные, правда.

— Это как?

— Да просто марля в несколько слоев, — объяснил он, показывая руками, как выглядит этот бутерброд.

Ну, хоть что-то. Надеюсь, глистов во мне от этой водички не разведется. Впрочем, чего гадать, вот схожу в туалет и будет видно. Правда, после недели проведенной на сухарях, сомневаюсь, что мой желудок можно еще чем-то удивить. Закаленный он.

— Интересная конструкция, — похвалил Дед, с увлечением разглядывая импровизированную емкость. — Ветром не сдувает?

— Как видите, — пожал плечами Василий. — Три урагана уже выдержали!

— Три? — удивился я.

— Ага. Льет регулярно! Сегодня вот, тоже намечается.

Я с сомнением посмотрел на безукоризненно чистое небо, но не стал спорить. Все-таки Василий с самого начала на поверхности живет, а мы не так давно из норы вылезли. Раз говорит, что намечается, значит намечается.

Ему виднее!

— Тут перепады температуры, — продолжал объяснять Василий. — Днем жарко, а ночью холодно, вот из-за этого, наверное, и погода такая капризная.

— Как вас еще не смыло то, с такой погодой, — хмыкнул Дед.

— Бетон держит крепко, а вот асфальт не очень. Дорога уже начинает портиться, поэтому-то мы и торопимся все нужное из округи вывезти.

Я вспомнил трещины на асфальте, которые приметил сразу, как мы вошли на островок. Если такие разрушения прошли меньше чем за две недели, то, что будет через год? Тогда, наверное, джипы нам очень кстати придутся. А может лучше вездеход поискать? Будем по грязи на нем плавать. Хотя нет, грязи тут не будет, она ж на таком солнцепеке высыхает моментально.

— А банду Татарина отсюда видно? — спросил я.

— И про них уже знаете? — вскинул брови Василий.

— А как же! — осклабился Дед. — Мы все знаем!

Василий повел нас обратно к двери, после чего мы по кругу обошли надстройку, вновь оказавшись у парапета. Прошлись вдоль него шагов пятьдесят и остановились у очередной брезентовой емкости.

— Вон там, — сказал Василий, указывая пальцем вниз, — правда, вид отсюда не самый лучший.

Я посмотрел в указанном направлении и увидел лагерь. Слева, метрах в трехстах от дома находилась огороженная забором строительная площадка. Дома там еще не было, только фундамент залить успели. Посреди стройки стояли вагончики на колесах, вокруг которых сновали люди. С такого расстояния лагерь выглядел, как копошащийся муравейник.

Вокруг лагеря был насыпан высокий земляной холм, а перед холмом еще тянулся ров. Серьезно они подготовились к штурму, нечего сказать.

— Далеко, — разочарованно вздохнул я, — бинокль бы.

— Нету, — покачал головой Василий.

— Держи, — сказала Саша, протягивая мне прибор.

А Сашка молодец! Никто не додумался, а она взяла!

Я поднес бинокль к глазам и навел его на лагерь. Теперь люди уже не были похожи на муравьев, а их движения приобрели осмысленность. Одни обстругивали ветки и небольшие бревна, делая из них колья, другие таскали уже готовые колья к насыпи, а третьи вбивали их в землю.

За этим процессом наблюдала охрана, а командовал всем крупный, грузный мужик. Голоса его я, разумеется, с такого расстояния не слышал, но он настолько активно жестикулировал, что и без слов все становилось понятно.

Я не торопясь осмотрел всю территорию лагеря. Ничего интересного не увидел. Просто люди, просто работают. Потом стал осматривать остальную территорию бывшей стройки: кучи песка, большие упаковки с кирпичами на поддонах, разный строительный мусор. Это все расположилось вдоль забора, а ближе к лагерю замерли три металлические туши: экскаватор, бульдозер, самосвал.

Мне вспомнился встреченный нами посреди леса кран. Не сюда ли он случайно направлялся? И что, интересно, стало с его водителем, добрался или нет?

— Дед, как думаешь, получится бульдозером деревья валить? — спросил я, не отрываясь от бинокля.

— Понятия не имею, — ответил старик. — Никогда бульдозерами не интересовался. Думаю, можно.

— Можно, можно! — подтвердил Василий с нетерпением в голосе. — Им во время пожара полосу безопасности в лесу делают.

— Откуда знаешь? — поинтересовался я, оборачиваясь.

— Читать надо больше! — ответил Василий. — А вообще, я три года на стройке отбатрачил, доводилось и бульдозером управлять. Мощная машина, скажу я вам! А почему интересуешься?

— Да так, мыслишка одна появилась, — неопределенно ответил я, возвращаясь к наблюдению.

Спустя несколько минут, Василий похлопал меня по плечу.

— Скоро свои наблюдения закончишь? Вечер ждать не будет, ехать надо!

Напоследок, я еще раз быстро осмотрел территорию вокруг лагеря и вернул бинокль Саше.

— Можно уходить.

Мы уже шли в сторону надстройки, когда Саша указала пальцем на небо и восхищенно произнесла:

— Глядите, птица!

— Где? — завертел головой Василий, эта новость его явно не обрадовала.

— Да вон же, — ответила девушка, показывая куда-то влево.

После нескольких секунд напряженного вглядывания, я таки разглядел там черную точку. Птица летела к нам, быстро увеличиваюсь в размерах.

— Уходим, живо! — приказал Василий. — Это хищник!

Голос у него был настолько испуганным, что мы воздержались от вопросов, и молча ломанулись к выходу.

Василий бежал впереди, поэтому оказался у надстройки первым. Он распахнул дверь, отступая в сторону, чтобы пропустить бегущую следом Сашу, но девушка обежала его, не замедляя скорости, и свернула влево, исчезнув за углом.

— Куда?! — заорал ей вслед Василий. — Вернись сейчас же!

Мысленно чертыхаясь, я рванул вслед за девушкой, а оказавшись за углом, обнаружил причину ее столь странного поведения. Матроскин. Кошка сидела все там же, на столбе и игнорировал попытки девушки сманить ее вниз.

— Уходим, — сказал я, хватая ее за руку, — она сама о себе позаботится!

— Не позаботится! — ответила она, вырывая руку. — Она же глупая совсем! Кис, кис, кис…

Глупая, глупая! А нам из-за ее глупости помирать, теперь? Не знаю, что за птичка там наверху, но явно не голубь!

— Тащи ее сюда! — потребовал Василий, выглядывая из-за угла.

И тут нас накрыла тень. С жутким воем «птица» пролетела над нами, и скрылась за домом «Варановских». Ее появление было столь неожиданным, а полет настолько стремительным, что я успел разглядеть лишь очертания силуэта.

Матроскин с не менее жутким «мяяууу» смахнул со столба и пулей помчался прочь. Только его и видели. Саша растерянно проводила взглядом кота, и с виноватым видом повернулась ко мне.

Я открыл уже, было рот, собираясь ее отчитать, но в этот момент тварь вернулась. Она появилась молниеносно, так что я даже слова вымолвить не успел. Просто кинулся на землю, подмяв под себя растерявшуюся девушку.

Острые когти промелькнули в метре над нашими головами и тварь полетела дальше, делая разворот для новой атаки. Вот же невезуха! Вышли свежим воздухом подышать, на окрестности полюбоваться и на тебе! А самое обидное, что я опять не взял с собой дробовик, да и не только я. У Василия вроде пистолет есть, у меня тоже, но Дед с Сашей пришли безоружными. Вот тебе и последствия жизни в комфорте!

— Ползи к двери, — скомандовал я, прижимаясь к стенке надстройки, — я прикрою!

Пистолет уже был у меня в руке, так что оставалось лишь направить его туда, откуда должна была появиться птица. Хотя какая уж тут птица? Размах крыльев метров десять, пасть такая, что меня заглотит разом, а вместо перьев чешуя. Птеродактиль, по сравнению с этой птичкой, просто ангелок. Нет, это не птица, это уже дракон какой-то! Только огня из пасти не хватает.

А дракон оказался умнее, чем я думал и застал меня врасплох, вновь появившись со спины. От неминуемой гибели меня спасло лишь чудо, потому что в этот момент я пригнул голову, стараясь заглянуть за угол. Стальные когти, чиркнули по стене, обдавая нас с Сашей бетонной крошкой.