— Опасный?

— Смертельно.

Ну вот, приехали. Я-то уже расслабился, мысленно приготовил себя к горячей еде и мягкой постельке, а тут такое…

— И часто на вас всякие твари нападают?

— Если в лес не лезть, то обычно стороной обходят. Думаю, наш запах им незнаком, вот и опасаются. Еще машины их отпугивают, шумные и воняют. А вот если кровь почуют — все. Прилипнут не отвяжешься!

— Тогда не думаю, что он нападет, — поделился я своими соображениями. — Нас много, а он один.

— Волки не охотятся поодиночке, — развеял мои надежды Кондрат. — Он не нападает потому, что ждет свою стаю.

В этот момент наша колонна подъехала к перекрестку и стала медленно заворачивать налево, скорость машин, при этом сильно упала. Волк, явно посчитал, что настал его звездный час. Он выпрыгнул на середину дороги и что есть мочи рванул к нам.

Я со страху дал по нему очередь патронов в десять, не целясь, от бедра пульнул. Автомат ожил, забился в руках, будто дикий зверь. Ствол резко повело влево и вверх.

Разумеется, ни одна из выпущенных мной пуль не попала в цель. Я мысленно обозвал себя идиотом, за расточительство. Однако кое-какую пользу моя стрельба все же принесла. Во-первых, тварь, перед носом которой взметнулась дорожка из пыли и искр, резко затормозила и метнулась в сторону, а во-вторых, сидящий за рулем Василий, сообразил, что сзади появились проблемы и поддал газу.

Машина рванула вперед с такой силой, что я чуть не вывалился на дорогу. Но повезло, вовремя ухватился рукой за борт и удержался.

Сзади взвизгнули девочки, охнул Доктор, а Кондрат прямо на ухо заорал мне: «Справа!». Дальше все было как в замедленной съемке. Я всем корпусом поворачиваюсь, вскидываю автомат и начинаю стрелять.

Время как будто замедлилось. В воздухе передо мной застыла огромная, мускулистая туша, вся покрытая густой темной шерстью и широко растопыренными лапами, каждая из которых заканчивалась пятью огромными когтями. Голова твари была большой, морда вытянутой, но на волчью походила мало. Разинутая во всю ширь пасть демонстрировала длинные, острые зубы.

Эта картинка стояла перед глазами всего секунду или две, а в следующий момент выпущенные мной пули достигли твари, и она словно въехала в невидимый столб. Тварь грохнулась на асфальт и кубарем покатилась по нему, поднимая целую тучу пыли.

Честно говоря, я был уверен, что волку конец и поэтому просто не поверил своим глазам, когда он поднялся, помотал безобразной головой и вновь припустился за нами.

Это уже потом я узнал, что шкура этих тварей держит автоматную пулю не хуже бронежилета, а их единственное уязвимое место — это лапы. Достаточно перебить одну-две конечности и самый матерый альфа вожак кинется прочь, не разбирая дороги.

Поднявшаяся тварь, поравнялась с первой и обе они теперь бежали от нас метрах в ста, стремительно эту дистанцию сокращая.

— Далеко еще? — спросил я у Кондрата.

— С такой скоростью минут пять!

Мать вашу за ногу, да за пять минут они нас не только догнать, но и сожрать успеют, со всеми потрохами!

— Еще один! — прокричал Доктор. — Слева, на подъезде!

Мы с Кондратом разом повернули головы в ту сторону. На сей раз, он оказался быстрее меня, и его двустволка бухнула на несколько мгновений раньше, чем застрекотал мой автомат. Кондрат стрелял сразу из обоих стволов. Куда он при этом попал, я не видел, но тварь этот выстрел просто смел, так что выпущенные мной пули бесцельно улетели в темноту.

А стемнело уже не на шутку. Если пять минут назад, я видел всю улицу, то теперь это расстояние сократилось метров до тридцати. Еще немного, и мы просто не сможем вовремя замечать опасность. А это значит, что нам крышка!

Волки, или кто они там на самом деле, совсем не думали выбиваться из сил и приблизились уже настолько, что можно было все зубы в пасти пересчитать!

Но считать их зубы мне не хотелось абсолютно, а хотелось пулемет и ящик гранат. Ну, или дробовик свой на худой конец, но он, как назло, остался лежать в «УАЗе» с остальными трофеями.

И что в такой ситуации делать? Стрелять? Очередь, выпущенная мной вплотную, особых результатов не дала, а патронов в рожке и так мало осталось. Нет уж, пусть лучше подойдут поближе.

Но твари приближаться не спешили. Словно поняли, что в лоб нас не возьмешь и нужно применить хитрость. И ведь применили! А именно, разбежались в разные стороны и стали догонять грузовик, одна справа, а другая слева. Третью тварь пока видно не было.

Мы с Кондратом переглянулись и поняли друг друга без слов. Я сместился ближе к правому борту, а он к левому. Таким образом, каждый из нас мог держать под прицелом по одному волку.

Дорога, по которой мы ехали, особым качеством не отличалась и состояла в основном из выбоин, трещин и заплаток. Трясло, будь здоров! Так что стоять получалось только на коленях, а держать прицел ровно, было вообще нереально.

— Они ушли? — с надеждой спросила Саша, стараясь перекричать рев двигателя.

Ну да, им же из центра кузова вообще ничего не видно. Сидят и гадают, бросятся на них или нет, и если да, то откуда.

— Нет, не ушли, — крикнул я в ответ, — с разных сторон обходят.

Внезапно, скорость грузовика резко упала, и он стал сильно забирать влево, вписываясь в очередной поворот. В какой-то момент, бегущий справа волк, оказался прямо передо мной, на расстоянии не более десяти метров. Это был идеальный шанс для прыжка, и волк им воспользовался, однако силы свои переоценил.

Мощный прыжок, и он взлетел в воздух, но до кузова дотянул едва-едва, когтями передних лап вцепившись в кузов, чуть дальше того места, где расположился я. Задняя часть туловища при этом со всего маху врезалась в борт.

Удар был настолько силен, что я, сам того не ожидая, растянулся на днище, слегка приложившись об него затылком. Автомат вылетел из моих рук, и отлетел, прямо под ноги Саши.

Тварь, времени даром не теряла. Не имея опоры для задних лап, она стала подтягиваться передними. Когти оказались настолько острыми, что насквозь прошивали доски кузова. Пара секунд, и голова волка уже возвышалась над ним, оценивающе оглядывая нас своими голодными желтыми глазами. Пасть растянулась в оскале, зверь зарычал.

Несмотря на тьму, я увидел, как лицо Доктора исказила гримаса ужаса, Вера отпрянула назад, дико при этом, закричав, и только Саша не растерялась. Пока я возился, доставая из кобуры пистолет, она подхватила лежащий у ее ног автомат и выпустила все оставшиеся в рожке пули прямо в разинутую пасть.

Рык моментально оборвался, со щелчком захлопнулась пасть, однако волк и не думал падать. Наоборот, боль словно придала ему сил, и он с еще большим упорством полез вверх.

«Где Кондрат, почему не стреляет?», — мысленно возопил я, всего один выстрел из ружья отшвырнет эту паскудину прочь!

Я наконец-то совладел с кобурой и вытащил пистолет. Направил его в голову твари и стал быстро жать на спуск. Пистолет гавкал, выплевывая пулю за пулей, но те входили в шкуру зверя безо всякого эффекта. Они то ли застревали там, то ли отскакивали. В любом случае никакого урона твари они не причиняли.

Пистолет выстрелил в последний раз, а затем сухо щелкнул. Это был конец. Автомат у Саши пуст, а перезарядить пистолет я просто не успею. Теперь вся надежда на Кондрата.

— Да стреляй же ты наконец! — заорал я во всю силу своих легких.

Но спас нас вовсе не Кондрат, а Василий. Он резко увел машину влево, и та боком зацепила припаркованный у обочины минивэн. Заскрежетал металл, полетели щепки от деревянного борта, а тварь, оставив нам на память несколько когтей, кубарем покатилась по дороге.

Грузовик поддал газа и вновь вылетел на середину дороги. Я смог наконец-то сесть и тут же оглянулся, намереваясь высказать Кондрату все, что думаю о его трусливой заднице. Однако позади его не оказалось. Оглянувшись по сторонам, я обнаружил, что его вообще нет в кузове.

— А где… — начал было я, но тут до меня дошло. Я сидел у правого борта, и потому от удара свалился в кузов, а Кондрат-то был у левого, и, стало быть, он…