Потом раздавался треск сломанного дерева и металлический лязг удара о щит. Удача оказалась на стороне сэра Артура Твинса — его оппонент рухнул наземь, выбитый из седла.

Распорядитель турнира продолжил называть имена новых бойцов. Среди них звучали известные всей округи фамилии: де Берье, Норденбург, Альтейштейн и многие другие прославленные имена воителей вызывали шквал аплодисментов и восторженный рёв толпы.

— Принц Сейрон Воскатор-Драгонрайдер вызывает Мальдора Драгонрайдорского! — торжественно возвестил распорядитель турнира и мир словно замер в ожидании нового захватывающего противостояния.

А потом толпа словно взорвалась единым рёвом, наполняя воздух страстью, в дополнении к запаху конского пота, пыли и железа.

Два дракона, племянник и дядя, заняли боевые позиции по разные стороны барьера. И вновь барабанщики усилили ритм, нагнетая обстановку до предела возможного.

По сигналу трубы всадники ринулись навстречу друг другу, готовые схлестнуться, словно два смерча. Солнце немилосердно палило сверху, заставляя доспехи ослепительно сверкать. Конские гривы развевались на ветру, копыта били землю с такой мощью, что земля содрогалась даже под зрителями.

Все ждали развязки. Люди цеплялись пальцами за поручни и скамейки, кусая губы от напряжения.

Металлический звон был оглушителен, но оба противника удержались в седле. Лишь щит одного покрылся мелкой сеткой трещин.

Раздался второй сигнал. И рыцари вновь понеслись навстречу друг другу, словно две стрелы, выпущенные из тугого лука. Скрип кожаных ремней, звон шпор, тяжёлый храп коней — всё слилось в единый аккорд.

Копья столкнулись с такой силой, что воздух содрогнулся от удара и волна звука побежала по трибунам. Сэйрон пошатнулся, но и в этот раз удержался в седле, держась за поводья лошади. Мальдор же лишь слегка отклонился назад, смягчая нанесённый противником удар.

Третий раунд обещал стать решающим.

Оба принца вновь заняли свои места по обе стороны барьера. Их взгляды скрестились поверх блестящих щитов острее заточенных копий. Фигуры казались неподвижными, словно вылитыми из стали.

Резкий крик трубы возвестил начало третьего раунда. Полностью сосредоточившись на цели, оба противника привстали в сёдлах, готовясь к решающему удару. И вот, наконец, они столкнулись! Два мощных копья с глухим треском переломились пополам, выбрасывая щепки и осколки металла далеко в стороны.

Сейрон потерял равновесие, отчаянно цепляясь за поводья, но тщетно. Великолепный белый жеребец попытался спасти хозяина, резко остановившись, но было уже поздно. Герой упал, шлем глухо звякнул о камни арены.

Одни выдохнули облегчённо, другие с разочарованием.

Анна неожиданно обнаружила, что стоит на ногах, вцепившись в перила. Рядом что-то истерично выкрикивают женщины, мужчины восхищаются мастерством победителя.

— Победа присуждается принцу Мальдору Драгонрайдорскому! — протрубили герольды решение судьи.

Аплодисменты катились волнами по всему пространству арены, перемешиваясь с радостными восклицаниями и довольными выкриками.

Принц Мальдор встал, раскинув руки в стороны, словно гладиатор, принимающий лавры победителя. Он лучился сознанием своего величия, явно наслаждаясь победой.

Анна вспомнила, как дышать, только когда принц Сейрон тоже поднялся на ноги. С досадой стянув свой шлем, он с ненавистью смотрел в сторону ненавистного дяди.

Украдкой она бросила взгляд на королевскую ложу и с болью в сердце увидела, что место Фэйтона опустело — её любимый принц ушёл. Мелинда с видом Снежной Королевы взирала на победу врага над её сыном. Король был вынужден признать победу младшего брата.

Анна села, стараясь унять болезненно колотившееся сердце. Которое тут же пропустило ход — острые, гневные, болезненно-светлые глаза Сейрона смотрели прямо на неё.

Смотрели с явным узнаванием.

Взгляд Сейрона был подобен острому клинку, проникающему глубоко внутрь. Анна почувствовала, как ледяной холод сковывает тело парализующим ужасом.

— О, боже! — едва слышно прошептала она, дрожащими пальцами сжимая края платья.

Алекс восторженно наблюдала за турниром, увлечённая происходящим на арене.

— Потрясающее зрелище! — восклицала она, аплодируя вместе со всеми. — Конечно, исход был очевиден с самого начала. Его Высочество обладает огромным опытом, тогда как его племянник так молод! Но юноша сражался достойно.

Однако, заметив мертвенную бледность подруги, Алекс нахмурилась:

— Тебе нездоровится?

Анна отрицательно мотнула головой, пытаясь справиться с охватившей её слабостью:

— Нет… то есть — да. Боюсь, мне действительно плохо. Необходимо уйти отсюда…

— Прямо сейчас? — удивлённо вскинула брови Алекс. — В разгар праздника?

— Ты оставайся. Со мной всё будет в порядке. Просто… эта толчей, шум, кровь…видимо, в моём положении следует от всего этого держаться подальше.

Подруга понимающе кивнула:

— Уверена, что не нужна помощь?

Анна заверила её, что она справится.

Принц Сейрон уже покинул поле битвы в сопровождении своего оруженосца. Юноша дважды оглянулся, находя её глазами среди множества лиц. Оставаться на месте больше нельзя было ни минуты.

Толпа окружала Анну плотным кольцом, мешая двигаться. Люди разговаривали, смеялись, кричали. Звуки сливались в хаотичный гул, лишавший ориентации, усугубляющей нарастающее беспокойство. Каждый шаг давался с усилием, но страх подстёгивал двигаться быстрее.

Оказавшись, наконец, на улицах города, Анна испытала неожиданное потрясение. Вместо привычного городского гомона её встретила звенящая тишина, которая бывала лишь в ранние утренние часы. Тем отчётливее и яснее в этой тишине прозвучали чьи-то шаги, неумолимо приближающиеся.

Девушка юркнула в первый попавшийся тёмный переулок, убеждая себя, что тревога напрасна. Принц Сейрон уж точно не стал бы её преследовать, а кому ещё могла бы понадобиться обычная женщина, затерянная в чреве города? Незначительное создание, чья жизнь мало кому интересна…

Спасительная дверь в бордель находилась совсем близко, буквально в паре сотен шагов. Ещё минута-другая и мучительный кошмар закончится. Но надежда угасла так же быстро, как и появилась. Группа мужчин двигалась в сторону Анны, решительно направляясь к ней. Обернувшись, она обнаружила, что путь к отступлению перекрыт новыми фигурами, возникшими словно из недр мрачных подземелий.

Выбор оказался невелик: покорно ждать своей участи или бороться за свою свободу. Анна сорвалась с места, стремясь любой ценой избежать встречи с преследователями.

Мужчины отреагировали моментально, издавая резкие приказы и стремительно сокращая расстояние.

Анна бежала с такой скоростью, что перед глазами только успевали мелькать серые стены, тёмные окна, тусклые вывески. Лихорадочно осматриваясь на бегу, она приметила узенькую улочку, скрывающуюся между стенами домов. Свернуть туда значило уменьшить число преследователей, ведь в такой тесноте они вынуждены были протискиваться друг за другом гуськом, значительно снижая скорость преследования.

Лёгкие пылали огнём, каждая клеточка молила о передышке, но Анна упорно бежала вперёд, отчаянно цепляясь за последнюю надежду скрыться. Шаги преследователей стали отдаляться. Почувствовав близость освобождения, она преодолела последний поворот и выбежала на просторную улицу.

Именно в этот миг судьба нанесла очередной удар. Из-за угла появился преследователь, которого девушка не заметила и прежде, чем она успела осознать происходящее, грубая ткань накрыла ей голову, погружая в кромешную тьму.

— Попалась, птичка! — раздался довольный смех. — Вяжи ей руки за спиной, только аккуратно.

— Кто вы?! Что вам нужно?! — вопила Анна, отчаянно сопротивляясь.

— Заткнись, дура! — зло прошипел чей-то голос справа. — Иначе мы тебя сами заткнём и, поверь, тебе это не понравится.

Анна ощутила, как её руки связывают грубыми верёвками, врезающимися в кожу. Голова кружилась. Сознание мутилось от недостатка воздуха и страха.