— Брат, что за странная и неприличная затея? — голос короля оставался спокойным, но в нём отчётливо слышалось неодобрение.

Мальдор лишь пренебрежительно усмехнулся в ответ:

— Недостойная? Затея? — спросил он с лёгкой иронией. — Не беспокойтесь, мой король. Зверь абсолютно безобиден. Ручной, как домашняя кошка.

— Но это не кошка, — возразила леди Мелинда, обеспокоенная поведением принца. — Перед нами хищник, опасный и непредсказуемый.

— Опасный? Ну, что вы? — ответил Мальдор с издевательской улыбкой. — Драконы давно стали нашими союзниками, почему бы и ягуару не стать другом? Успокойтесь, дорогая, — добавил он, поворачиваясь к королевской фаворитке, — никакой угрозы нет.

Его улыбка, однако, походила скорее на угрожающий оскал, чем на проявление дружелюбия.

Повисло тягостное молчание, нарушенное внезапным смехом королевы Дарианы. Звук её смеха оказался неожиданным и неприятным, усугубляющим общее напряжение.

Леди Мелинда почувствовала себя униженной и обиженной, ища поддержки у короля, но Тарвис демонстративно проигнорировал её взгляд.

Между тем Мара никак не могла отвести от ягуара глаз. Животное гипнотизировало своим неподвижным взглядом, полным холодного расчёта и готовности к действиям. Каждая клеточка её тела кричала об опасности, предупреждая о неизбежной угрозу, таящейся в хищнике.

Она ясно видела, что зверь выбрал потенциальную жертву. И эта жертва совсем близко…

Ярко-жёлтые глаза хищника горели холодным огнём. Нервно постукивающий по мраморному полу хвост выдавал нарастающее раздражение зверя.

Мара невольно почувствовала, как её сердце застряло в горле — она стояла к ягуару ближе всех.

«Чего я боюсь? — убеждала она саму себя. — Ведь если бы животное представляло собой реальную угрозу, разве позволил бы принц Мальдор привести его сюда? Говорят, ягуаров дрессировать не сложнее, чем собак… А уж тот, кто способен управлять драконом, наверняка сумеет справиться с такой вот большой кошечкой…».

Но разум упорствовал: никакая дрессировка не способна полностью укротить природу дикого животного. Шум толпы, незнакомые запахи, мельтешение людей — любой из этих факторов мог спровоцировать агрессию зверя.

Так и случилось.

Резкий утробный рык прокатился по залу, подобно грому, заставляя сердца людей сжиматься от страха. Хвост ягуара взвился вверх, предупреждая о намерениях зверя атаковать.

Напряжение заполнило воздух, словно густой туман. Люди замерли, боясь лишний раз вздохнуть.

Принц Мальдор постарался успокоить своего любимца ласковыми словами, но напрасно. Животное поднялось на задние лапы, демонстрируя устрашающую мощь. Натянувшаяся цепь поводка трещала под давлением и лицо принца исказилось тревогой — удерживать разъярённого зверя становилось невыносимо тяжело.

Цепь треснулась, и ягуар сорвался с поводка. Толпы придворных бросилась врассыпную, прячась за колонны и мебель. Принцесса Лея истошно, пронзительно вскрикнула, когда увидела, что огромный кот несётся прямо на неё. Этот крик стал сигналом всеобщий панике.

Мельком взглянув на дочь, Мелинда Воскатор бесстрашно преградила путь чудовищу собственным телом. Одним мощным прыжком ягуар преодолел препятствие в виде стола и оказался лицо к лицу с тремя испуганными женщинами.

Время будто замедлилось. Тяжёлая тень огромно кошки нависла над ними. Оскаленные клыки готовы были впиться в нежную кожу. Острейшие когти казались неминуемой смертью. Никто не успевал прийти на помощь.

На грани отчаяния Мара ощутила прилив сил и храбрости. Инстинкт самосохранения действовал вперёд разума. Схватив массивный подсвечник и, закрыв собой принцессу, она что есть обрушила его на спину зверя. Свечи рассыпались в разные стороны, свечной воск обжёг шерсть, пламя вспыхнуло на скатерти, усиливая всеобщую неразбериху.

Испуганный огнём и болью ягуар взревел и отпрыгнул в сторону. Оскалившись, он теперь сосредоточил всё своё внимание на Маре, позволяя принцессе и её матери незаметно отступить назад, подальше от опасного места.

Зелёный огонь горел в его глазах, шерсть поднялась дыбом, пасть ощерилась страшным клыками. Секунда — и огромная туша хищника сорвалась с места, стремясь настичь намеченную жертву и сокрушить её мощью своих острых когтей.

Но в этот критический момент, подобно вспышке молнии, среди всеобщего хаоса возникла чёрно-серебристая фигура — юный принц Сейрон. Высокий и стройный, он бесстрашно бросился навстречу опасности.

Ягуар тут же переключил внимание на нового противника, нацеливаясь в прыжке ему в горло, однако юный принц ловко уклонился, уходя от атаки. Лезвие его кинжала полоснуло по бокам ягуара, оставляя кровавую борозду. Боль и ярость удвоили злость зверя. Он снова ринулся в атаку.

— Вправо! — послышался властный оклик Фэйтона.

Сейрон мгновенно понял замысел и сделал стремительный скачок вбок, привлекая внимание ягуара к себе. Воспользовавшись этим, Фэйтон сделал изящный манёвр, проскользнув под брюхом хищника, избежав смертоносных когтей каким-то чудом. Он нанёс сокрушительный удар снизу-вверх, вспоров ягуару брюхо.

Раздался душераздирающий вой. Зверь, содрогаясь в агонии, рухнул на холодный мрамор. Багровая кровь растекалась по белоснежной поверхности пола причудливым узором.

Наступила звенящая тишина, нарушаемая учащённым дыханием. Все замерли в шоке, переваривая случившееся. Принцесса Лея прижалась к груди матери, дрожа мелкой дрожью. Мелинда крепко прижимала дочь к себе, чувствуя, как у самой подрагивают руки.

Мара же не могла отвести взгляд от Фэйтона. Сердце её билось неровно от пережитого ужаса, трепета восхищения и благодарности.

Фэйтон приблизился к девушке, протягивая ей ладонь. Взгляды молодых людей соприкоснулись тоже, и в них читались горячее чувство.

— Ты в порядке? — мягко прошептал Фэйтон, бережно сжимая ладонь девушки.

Мара едва заметно кивнула.

— Зверь тебя не задел?

— Нет…

— Осталось лишь радоваться столь счастливому исходу жуткой истории, — произнесла королева Дориана и её голос был словно отравленный нектар.

— Отец! Не находите ли вы подозрительным, что ваш младший брат привёл сюда ягуара, едва не убившего нашу мать? — в голосе принца Сейрона звучал ледяной металл. — Похоже на заранее спланированное преступление. Это измена!

— Какие нелепости ты говоришь, брат мой? — вплеснула руками принцесса Миэри. — Безрассудство дядя давно стало притчей во языцех. Конечно, его поступки зачастую граничат с безумством, но утверждать, будто он умышленно натравил своего питомца на свою родню? Абсурд! Все же видели, как дядя пытался усмирить взбешённого зверя?

— Если бы мы с братом не успели вмешаться вовремя, ягуар непременно набросился бы на мою сестру и мать, — парировал Сейрон, стиснув челюсти. — Заметьте, дядя направил свою тварь именно в их сторону, тогда, как ваша особа осталось в полной безопасности. Весьма удобная случайности, не так ли, Миэри?

— Полнейший бред. Сейрон! — возмущённо воскликнула дочь короля. — Ягуар набросился на служанку, а не на леди Воскатор!

— Потому, что служанка закрыла свою госпожу собой, привлекая внимание кошки к себе.

— Случившееся всего лишь досадная ошибка — роковая случайность, — стояла на своём Миэри.

— Случайно, говоришь? — зловеще усмехнулся Сейрон.

— Мы все слышали, как дядя…

— Что-то шептал на непонятном нам языке? Слышали. Я лично склонен считать, что он отдавал ягуару команду атаковать, — продолжал юный принц гнуть свою линию.

Подозрения, высказанные и невысказанные обиды витали в воздухе. Каждый взгляд излучал скрытую вражду. Каждый жест говорил громче слов.

— Довольно! — повелел король Тарвис. — Вернёмся к этому позже.

— Вы намерены оставить выходку дяди безнаказанной, отец? — негодовал Сейрон, гневно сверкая глазами.

— Уже сказано — поговорим об этом позднее.

Дориана Лионсэйт презрительно сморщила губы и, одарив Мелинду Воскатор убийственным взглядом, величаво покинула помещение. Следом за ней тянулся шлейф тяжёлых духов, разочарования и скрытого недовольства.