Мара слушала принцессу с улыбкой. Ей самой все эти сияющие безделушки казались пустыми игрушками. Красивыми, но вряд ли нужными. Она никак не могла избавиться от привычки оценивать вещи по их практической стоимости.

У столика с пирожными они столкнулись с принцессой Миэри в окружении небольшой свиты.

— Сестра, — кивнула та Леи с царственным изяществом. — Рада видеть тебя с утра в добром здравии, пышущей здоровьем. И вы прекрасно выглядите, леди Мара.

— Благодарю, ваше высочество, — склонилась Мара в лёгком поклоне.

Миэри взяла пирожное и, элегантно надкусив, добавила:

— Передте мои поздравления Сейрону. Слышала, отец дал ему должность? Начальника городской стражи? Очень ответственный пост. Справится ли братец?

— Дядюшка справлялся. Уверена, и Сейрон не обманет отцовских ожиданий, — заметила Лея. — Многие считают, что он усерднее принца Мальдора.

— Дядя всегда отличался быстротой решений.

— Не всегда правильных.

Миэри подобрала губы и юбки:

— Увидимся, сестрица… Ах, да?.. Вы уже в курсе приятного сюрприза?

— Что ещё за сюрприз?

— Значит, ещё нет? Думаю, на свадьбе леди Воскатор король сообщит о скором свадебном договоре, — сообщила Миэри, растягивая слова.

— Свадебном договоре? Замечательно! — оживилась Лея. — Это порадует двор! Полагаешь, отец подобрал невесту для Фэйтона? Или, — она выдержала небольшую паузу, похлопав пушистыми ресницами. — Жениха для тебя?..

Миэри снова поджала губы:

— Не будем торопиться с догадками. Время покажет, кто обретёт счастье. Пока же будем наслаждаться утренним кофе.

Лея увлекла Мару дальше по залу. Мимо сверкающих люстр и величественных картин. Вокруг было столько народов, но Мара слышала лишь одно слово «свадьба». От этого слова, как от поминального колокола, становилось пусто. И сердце ныло, как больной зуб.

Свадьба…

Мара заранее знала, что этот день придёт. Позже. Много позже. Когда любовь потеряет свою остроту, когда взаимное очарование иссякнет, когда страсть превратится в привычку. Ни сегодня и ни завтра. Но, видимо, она ошиблась.

— Не принимай близко к сердцу, — успокаивающе проговорила Лея. — Миэри просто пытается досадить. Обидно ей стало, что отец лишил её любимого дядюшку должности. Вот и отыгрывается. Пирожное возьмёшь?

Мара отрицательно покачала головой. Есть совершенно не хотелось. Аппетит исчез окончательно. Оглядев зал, она тщетно пыталась отыскать взглядом Фэйтона, но его нигде не было видно.

Тем временем зал заполнялся придворными. Вскоре стало так тесно, как на базарной площади в ярморочный день. К праздничному событию со всех уголков королевства съезжались знатные семьи. Каждый аристократ приезжал не один, с ним была многочисленная свита: родственники, пажи, слуги, оруженосцы. В толпе мелькали фрейлины, кавалеры, лакеи. Герольды едва успевали выкрикивать новые имена.

Когда прозвучало:

— Его Высочество принц Мальдор Драгонрайдорский! — толпа стихла и замерла, словно зачарованная.

Фигура в чёрном, исполненная внутреннего достоинства, медленно пересекла пространство зала. Люди расступались перед принцем, склоняясь в знак уважения. Сам же принц никого не удостоил даже взгляда, устремляя его вперёд. Его движения были полны уверенности, граничащей с дерзостью, словно он сознательно демонстрировал своё право находиться здесь, несмотря на отсутствие официального приглашения.

— Проклятый принц, — сжала кулаки Лея. — Может быть, про его свадьбу шла речь? Как думаешь? Может быть, отец пригласил его назад, чтобы, наконец, женить? Не мог же этот безумец набраться наглости и явиться без приглашения? Мы только что так удачно от него избавились! Какая досада…

Мальдор подошёл к трону, на котором восседал его брат, а рядом с ним его фаворитка, словно официальная правительница.

Он остановился, но не склонился, пристально глядя на короля.

Воцарившаяся тишина нарушалась лёгким шёпотом, пробегающим по залу, точно дуновение ветерка. Все взоры были прикованы к дерзкому принцу, который, казалось, наслаждался всеобщим вниманием.

— Государь, — начал он низким голосом, в котором слышалась насмешка. — Я прибыл, чтобы поздравить вас с днём рождения вашей обожаемой дамы. Надеюсь, вы простите мне вторжение без вашего высочайшего дозволения? Желание увидеть семью оказалось неодолимым и вот я здесь, — развёл руками принц. — Молю о вашем великодушии. Прошу простить мои ошибки.

Горделиво преклонив колено, принц склонил голову перед королём.

И прежде, чем тот успел ответить, торопливо добавил:

— Леди Воскатор, прошу принять мои скромные дары.

Двери распахнулись, впуская слуг принца, согнутых под весом трёх массивных сундуков. Торжественно ступая, они разместили свои ноши у подножий королевского трона, где восседали король и прекрасная леди Воскатор.

Театральным жестом принц открыл крышки сундуков друг за другом, раскрывая взорам их содержимое.

Первый сундук хранил в своём чреве дивные ткани из далёких краёв: лёгкие, воздушные шелка, бархат и парчу, чьи узоры играли всеми оттенками радуги, словно были сотканы из солнечного света.

Второй являл собой настоящую сокровищницу. В нём были драгоценные камни и изысканные ювелирные украшения: колье, серьги, диадемы. Огромные бриллианты, яркие изумруды.

В третьем сундуке лежали диковинки — редкие тропические растения и вечноцветущие цветы, источающие аромат и радующие глаз своей неповторимой красотой.

— Надеюсь, они придутся по сердце прекрасной леди? — обратился принц к Мелинде Воскатор. — Прошу, забудем наши прежние размолвки.

Однако леди смотрела на подношения с холодной натянутой улыбкой, по которой ясно было видно, что будь её воля, она предпочла бы избегать общества дарителя в ближайшие десятилетия, а лучше — два. Её холодный взгляд отстранённо скользил по сверкающему нутру сундуков.

— Очень надеюсь, что очередного когтистого питомца вы к нам не привели? — с лёгкой иронией отозвалась она, выразительно изгибая бровь.

— Осознал были ошибки и не проявляю былого легкомыслия, — серьёзно ответил принц. — Готов понести любое наказание, лишь бы прекратить размолвку с любимым братом.

— Благодарю за ваши дары, — холодно кивнула леди Воскатор.

Лицо короля оставалось невозмутимым, словно каменная маска. Но от Мары не укрылось, что он украдкой бросает взгляды на свою возлюбленную Мелинду, неподвижно сидящую рядом, словно статуя.

Наконец, он сухо кивнул младшему брату:

— Благодарю, Мальдор. Ты всегда умел удивлять. Мы принимаем твои извинения. Надеюсь, на этот раз ты докажешь, что достоин нашей милости.

Принц склонил голову так низко, что черты его скрылись в тени. Затем, поднявшись с колен, повернулся к залу.

Только тут Мара заметила младших Дроганрайдеровских принцев, окружённых юными красавицами. Те щебетали, словно птицы весной, а братья отвечали им улыбками, явно наслаждаясь обществом юных прелестниц.

Сердца её тяжело опустилось вниз.

Поравнявшись с юношами, принц Мальдор поприветствовал их:

— Племянники? Рад видеть вас. Надеюсь, вы по мне скучали? — усмехнулся он, ехидно щурясь.

— Не особенно, дядюшка, — откликнулся Сейрон.

— Слышал, тебе передали мою должность? Не переживай из-за моего возвращения. Я не собираюсь ничего оспаривать.

— И с мыслях не было беспокоиться.

Толпа ненадолго заслонила от Мары братьев, но вскоре она вновь увидела Фэйтона. Он направлялся к ней плавными, скользящими шагами, словно гигантский кот.

— Доброе утро, прекрасные дамы, — Фэйтон по очереди поцеловал руки сестре и возлюбленной. — Для вас появление дядюшки тоже стало неожиданностью? — он проследил за фигурой принца Мальдора саркастическим взглядом.

Тот открыто направился к Миэри, а девушка, в свой черёд, не таясь, лучилась счастьем при виде дядюшки. Оба увлечённо беседовали, не замечая пристального внимания окружающих.