Интересно, почему даже на выступлениях, даже перед самыми опасными трюками её сердце никогда так не волновалось?

Десятки взглядов приклеились к ним, стоило только войти в зал. Маски скрывали лица, но принцессу придворные узнавали безошибочно.

— Ваше высочество, — стройной стайкой приблизились к ним нарядные девушки, яркие и хрупкие, словно весенние бабочки.

— Добрый вечер, прекрасные дамы! — голос Леи звучал мягко и певуче.

— Вы, как всегда, очаровательны, принцесса. Мы бесконечно счастливы удостоиться вашего внимания сегодня.

— Я тоже счастлива видеть вас. Позвольте представить вам мою спутницу. Леди Мара составляет мне компанию этим вечером.

Среди собравшихся пролетел шепоток удивления, но улыбки оставались неизменными, словно приклеенными.

Особенно заинтересованной выглядела девушка в изумрудном платье, чей голос звучал слащаво-медово:

— Приятно видеть вас, леди Мара. Должно быть, сегодняшний визит в королевский дворец — ваш дебют?

Мара едва заметно кивнула, борясь с волнением. Она боялась, что голос её покажется грубым и неуместным среди этих нежных соловьёв.

— Да, я здесь впервые. И чрезвычайно польщена таким вниманием.

— Мы тоже испытываем радость от знакомства с вами, — вторила брюнетка в белоснежной одежде, обильно украшенном тончайшим кружевом. — Сегодняшний вечер обещает стать незабываемым.

Звучный возглас герольдов прервал разговор, заставляя всех склониться в церемониальном поклоне, предписанным этикетом:

— Её высочество, принцесса Миэри Драгонрайдер!

Мара мысленно отметила, что появление Леи герольды не отзвучали. Законнорожденные отпрыск, даже не любимый ребёнок короля, всё-таки стоял выше бастарда.

— Его Высочество, принц Мальдор Драгонрайдский.

Невольно бросая взгляда исподтишка, Мара внимательно разглядывала вошедших. Принцессу Миэри она видела впервые. Глубокий винно-тёмные оттенок платья идеально подчёркивал её статную фигуру. Подобно остальным представителям династии, Миэри обладала волосами цвета солнечного золота, собранными в сложную причёску, украшенную драгоценными камнями. Массивная золотая цепь с крупным рубином обвивала шею, а пальцы сверкали кроваво-красными самоцветами. Осанка принцессы была прямой, движения уверенными, а в глазах таился скрытый огонь, готовый вырваться в любую минуту.

Принц Мальдор держал свою старшую племянницу за руку с уверенностью и лёгким покровительством, будто защищая от затаившихся, словно змеи, врагов. На поясе у него висел меч с рукоятью, напоминая всем о его воинственном характере и непреклонной воле. Светлые волосы он аккуратно зачесал назад, открывая для взглядов лицо с резкими чертами и пронзительным взглядом.

Ни принц, ни принцесса не надели масок, словно бросая собравшимся вызов своими открытыми лицами.

Оркестр грянул новую мелодию. Царственная парочка закружилась в танце. Их движения были так гармоничны и слажены, что Мальдор и Миэри создавали ощущение чего-то законченного, едино-цельного.

Скользнув тревожным взглядом в сторону принцессы Леи, Мара заметила, что на бледном, словно фарфоровом личике застыл отпечаток глубокой неприязни. Очевидно, что присутствие родственной парочки тяготило девушку.

— Не слишком ли нежны отношения между дядей и племянницей? — негромко поинтересовалась Мара, прикрывая лицо веером.

Все присутствующие, словно зачарованные, наблюдали за танцующими. Казалось, даже музыка играла исключительно для них, подчёркивая каждое движение и поворот.

— Прекрасная незнакомка, разрешите пригласить вас на танец? — неожиданно произнёс позади Мары волнующий знакомый голос.

Медленно развернувшись, она сразу узнала его. Чёрная шёлковая маска, украшенная мерцающей чешуёй, напоминающей змеиную кожу, не мешала узнать искрящиеся лукавым блеском глаза, обжигающие, словно языки пламени. Золотистые волосы каскадом спускались на плечи, вызывая ассоциации с солнечным янтарём.

— Не откажите — одарите счастьем?

— Не откажу, — с радостной улыбкой приняла она предложенную руку.

Рука Мары скользнула в твёрдую, тёплую ладонь молодого человека. Через нежную ткань перчаток пробивалось живое тепло, согревая и душу, и кожу. Молодой человек бережно, но уверенно повёл девушку на середину зала, туда, где среди мерцающих свечей и шелеста платьев кружились пары, укрытые загадочными масками.

Мир внезапно замер. Остались лишь глаза партнёра, сверкающие сквозь узкие прорези маски подобно звёздам. В них пылала неукротимая страсть, смешенная с азартом охотника, играющего с добычей. Этот взгляд обжигал, заставляя сердце учащённо биться, заполняя грудь смесью восторга и тревоги.

— Вы столько грациозны, что невольно сомневаюсь, танцую ли я с земной девушкой или со сказочной феей, спустившейся в этот мир с далёкой сияющей звезды, — шептал юноша, склонившись ближе, и тёплое дыхание касалось кожи, вызывая лёгкий озноб.

Улыбка тронула губы Мары.

— Быть феей? Если только временно… исключительно ради вашего удовольствия.

— Значит, вы хотите доставить мне удовольствие? — Его смех прозвучал приятно и соблазнительно. — Весьма польщён.

— У вас красивый смех, — Мара смущённо прикусила нижнюю губу.

— Красивый?

— Он ласкает слух, словно шорох волн…

Молодой человек крепче притянул Мару к себе, нарушая границы дозволенные этикетом.

— Скажи, прелестная незнакомка, отчего твои глаза искрятся таким задором. Уж не таится ли под маской скромницы душа авантюристки?

— Авантюристки? — лукаво приподняла бровь Мара. — Скорее, я практична, нежели отчаянна. Но порой обстоятельства заставляют действовать иначе, нежели привыкла.

— Готова ли ты рискнуть ради приключения? — усмехнулся он, наклонив голову.

— А вы, милорд?..

— Жизнь без риска теряет вкус. Предлагаю обсудить наши общие увлечения, как только смолкнет музыка? — предложил он, многозначительно глядя ей в глаза.

— О! Когда музыка замолкнет, я исчезну. Как и положено фее.

— То, что ты любишь исчезать, я уже заметил. Что ж? Придётся держать тебя покрепче, пока есть такая возможность.

— Вообще-то, удерживать меня — дело бесполезное. Фея всегда найдёт способ улететь.

— Как и птица, — кивнул он. — Что? Остаётся единственный вариант: сделать так, чтобы улетать тебе расхотелось.

Движения замедлились. Музыка наконец смолкла и зал наполнился благодарными аплодисментами. Окружающие стали расходиться, однако Мара и её партнёр оставалась стоять, словно заключённые в невидимый кокон, отделяющий их от внешнего мира.

— Спасибо за танец, милорд, — едва слышно промолвила девушка, намереваясь с поклоном удалиться, но юноша проворно схватил её за руку, удерживая возле себя.

— Ну, уж нет! Сегодня я тебя не отпущу!

— Но мне пора уходить…

— Пойдём вместе, — решительно заявил он, увлекая Мару прочь от толпы к двери, ведущей наружу.

Мара покорно шла за ним, осознавая всю неуместность и даже опасность подобного поведения. Выходить в пустынные сады с малознакомым мужчиной неразумно. Даже если мужчина кажется воплощением мечты.

Особенно — если таким кажется…

Через потайную дверцу они выбрались в небольшой садик, залитый серебристым светом луны. Деревья казались величественными, отбрасываемым ими тени — причудливыми.

Молодой человек повернулся к своей спутнице лицом и снял маску.

— Ну, здравствуй, Мара, — негромко произнёс он. — Я обещал отыскать и настичь тебя. И слово своё сдержал. От меня не спрячешься. Той ночью ты показалась мне особенной, — продолжил он с полуулыбкой. — Но я, наверное, был слишком пьян, потому, что не помню, чтобы ты была настолько красивой. Кажется, за всю мою жизнь я никого и никогда не желал так сильно, как тебя. Ты знаешь, кто я? — спросил он, пристально глядя ей в глаза.

— Знаю. Фэйтон Драгонрайдер — будущий король. А я… я по-прежнему просто Мара. Но, как вижу, ни наша встреча, ни мой наряд вас не удивляем, милорд?