– Всё в порядке, – я усмехнулся, чувствуя, как усталость накатывает волнами. – Ещё немного, и начну беседовать с рыбами.

Она хмыкнула, явно не поверив, но расспрашивать дальше не стала.

– Слушай, а где мы будем спать? – спросила она, оглядываясь по сторонам.

Возле озера стояло огромное дерево. Его ветви поднимались на семь метров вверх и раскидывались в стороны, образуя широкий природный купол.

– Вон там, на дереве, подальше от всякой ползучей нечисти. Я сделаю нам из лиан что‑то вроде гамака. Спать на нём будет удобно и безопасно.

Амелия окинула взглядом широкую крону дерева, обдумывая мои слова. Было видно, что спать там на верхотуре её не радует.

– Хорошо, – наконец произнесла она. – Это точно лучше, чем ночевать на земле рядом с этими гадами.

Подняться на дерево оказалось проще, чем я предполагал. Шероховатая кора цепко ложилась под пальцы, а ветви удобно располагались, словно кто‑то специально создал для нас эту природную лестницу. На высоте около пятнадцати метров я остановился, выбрав место, где ствол расходился на несколько толстых ветвей. Это разветвление выглядело достаточно крепким.

Пока я осматривался, заметил несколько лиан, свисающих ниже. Аккуратно спустившись на пару метров, потянул одну из них, проверяя на прочность. Лиана оказалась удивительно упругой, словно туго натянутая веревка. Срезав её клинком Амелии, я двинулся дальше, собирая остальные.

Вернувшись к своей площадке, разложил их на ветвях и приступил к делу. Работать пришлось быстро, но аккуратно. Переплетал лианы между собой, натягивая их так, чтобы получилась плотная сетка. На середине процесса внезапно осознал, как сильно от усталости гудят руки. Несколько глубоких вдохов помогли вернуть сосредоточенность и я продолжил плести.

Когда всё было готово, туго закрепил сетку между двумя толстыми ветвями. Конструкция напоминала толстую рыболовную сеть. Места как раз хватит на двоих, пусть и впритык. Дёрнул пару раз за узлы, убеждаясь, что они выдержат наш вес. Отлично.

– Готово, Амелия, теперь можешь проверять.

Она смерила мое творение подозрительным взглядом, словно я предложил ей ночевать в сточной канаве.

– Ты предлагаешь мне спать в этом? Он выглядит не так комфортно, как я себе представляла.

Я промолчал и забрался в гамак. Он немного прогнулся, но от моего веса даже не скрипнул. Устроившись поудобнее, закинул руки за голову.

– Как знаешь. А ведь вид отсюда открывается просто отличный, – заметил, глядя на раскинувшийся внизу мир под рекой. – Зря ты не хочешь присоединиться.

Ее щеки вспыхнули.

– Что значит «присоединиться»? Ты что, не будешь плести второй?

Я медленно повернул голову в ее сторону.

– Верно, нам с тобой и одного хватит.

– Ах! Я не буду спать с тобой в одной постели!

Я пожал плечами. Мне в целом было плевать на эти инсинуации, но и плести второй гамак, работать, только из‑за чьих‑то капризов я не собирался.

– У тебя не так уж и много вариантов: остаться здесь, рядом со мной, или выбрать соседнюю ветку. Ну, а если тебе по душе экстрим, можешь ночевать внизу. Местные монстры будут рады такой компании.

Амелия поджала губы, обиженно замерев. Её взгляд метался между моим спокойным лицом и темнеющей землёй внизу, откуда доносились странные шорохи. На её лице, прямо как на газетном шарже отражалась тяжёлая внутренняя борьба аристократической гордости и здравого смысла.

Через минуту она наконец решилась и, сверкнув глазами, осторожно, с грацией пугливой кошки, забралась в гамак. Легла на самый край, стараясь держаться от меня как можно дальше.

Мы молча лежали, наблюдая за мерцанием грибных спор. Светящиеся бабочки порхали в воздухе, а гладь далекого озера отражала призрачный свет гигантской формации.

Прошло несколько минут.

– И правда, красивый вид, – тихо, почти шепотом произнесла она. Ее голос звучал сонным, лишенный обычной язвительности. – Спасибо.

Хотел ей ответить, вставить пару колкостей про то, что рыбак всегда прав и плохого не посоветует, как услышал сбоку ее ровное, спокойное дыхание. Она уснула.

На следующий день проснулся я от того, что что‑то холодное и мокрое упало мне на лицо. Приоткрыв глаза, увидел ветку, с которой медленно стекала роса. Природа решила сыграть роль будильника.

Амелия мирно спала рядом, свернувшись калачиком. За ночь она каким‑то образом оказалась вплотную. Её голова покоилась на моём плече, а рука обнимала за талию, будто я был её личной подушкой. Вечером она держалась от меня подальше, будто боялась подцепить заразу. Но во сне инстинкты, похоже, решили иначе – тело само потянулось к теплу.

Я аккуратно выбрался из гамака, стараясь её не разбудить. Амелия недовольно поморщилась, заворочалась, но продолжила спать. Накрыл ее своей рубахой и спустился вниз.

Утро в подземном лесу ничем не отличалось от вечера. Светящиеся грибы всё так же мягко озаряли округу, а в воздухе порхали те же крошечные бабочки. Здесь не существовало ни дня, ни ночи. Только внутренние часы организма намекали, что сейчас подходящее время для завтрака.

Я разжёг небольшой костёр из собранного вчера хвороста. Огонь зашелестел и затрещал, наполнив воздух запахом сухой древесины. Достав крабовое мясо, нанизал его на ветки и устроил над углями.

– Пахнет божественно, – прервал мои кулинарные грезы еще сонный голос Амелии.

Она спустилась и села рядом со мной, сладко потягиваясь и зевая. Волосы у спутницы торчали во все стороны, как у взъерошенного воробья перья.

– Доброе утро, кстати, – потерла она глаза.

– Утро добрым не бывает, – буркнул в ответ, переворачивая мясо. – Особенно когда ты застрял неизвестно где, неизвестно на какой глубине и неизвестно с кем. Имею ввиду монстров.

Она фыркнула и уселась рядом с костром, протягивая руки к теплу.

– Ты всегда по утрам такой ворчливый?

– Только когда меня будят капли росы вместо нормального будильника. Да и кофе тут нет, что автоматически делает любое утро недостаточно хорошим.

– Кофе? – спросила с удивлением Амелия.

– Давай не будем о грустном, – печально отмахнулся и протянул ей ветку мяса.

Завтрак прошел в тишине. Крабовое мясо, конечно, съедобное, но однообразие уже начинало раздражать. Сейчас бы немного моего соуса или хотя бы щепотку соли.

После еды я направился к озеру, так как вчерашний голос не выходил из головы. Что это было? Галлюцинация? Или действительно кто‑то пытался со мной связаться?

Я присел у самой кромки и опустил руки в прохладную воду. Сквозь кристально чистую поверхность виднелись на дне разноцветные камни. Недалеко плавали золотые рыбки, шевеля плавниками.

– Эй, – негромко позвал хозяина огромных глаз. – Ты тут? Тот, кто вчера в голове шумел?

Тишина.

– Алло, подводная база? Приём‑приём?

Снова ничего.

Ну что ж, попытка не пытка. Может, вчера и правда просто переутомился. После схватки с крабами‑мутантами и не такое могло померещиться.

Вернулся к стоянке. Амелия уже успела привести себя в порядок: волосы заплела в тугую косу, одежду отряхнула, и выглядела в целом даже ничего так. Как симпатичная девчонка‑подросток.

– Ну что, – подбросил я в костёр последнюю ветку. – Предлагаю сегодня обойти это подземное царство по периметру. Может, найдём другой выход. Или хотя бы поймём, где мы вообще находимся.

Амелия поморщилась.

– Опять ходить по этим джунглям?

– А у тебя есть предложение получше? Сидеть на месте и ждать, пока нас найдут те бородатые монстры?

Она вздохнула.

– Вот и отлично. Собираемся в маленькое путешествие.

Мы быстро собрали простейшие припасы. Я сплел корзину из гибких тонких веток, получилось конечно криво, но вполне функционально. И вот мы отправились в обход нашего подземного мира.

Пещера была огромной. Мы брели уже несколько часов, и конца ей не было видно. По дороге попадались ручейки с чистой водой. Хорошо хоть с жаждой проблем не будет.

Из живности нам попадались только гигантские улитки размером с бегемота. Они неторопливо ползали между грибами, мирно поедая светящийся мох. На нас они вообще не реагировали, видать мы им были неинтересны. Что ж, это было взаимно.