Спина противника упёрлась в ствол Персикового Древа.

Кай остановился в четырёх метрах, позволяя себе торжествующую усмешку. Деревенщина забился в нишу между двумя массивными корнями, отсюда быстро не выбраться.

– Вот и всё, – Кай расправил плечи. – Отбегался.

Ив стоял спиной к дереву, тяжело дыша. Его лицо блестело от пота, а взгляд… взгляд по‑прежнему оставался раздражающе спокойным.

– Ты унизил меня перед всеми семьями, – Кай медленно поднял обе руки. – И сейчас заплатишь за то, что посмел поднять на меня свою жалкую удочку.

Его пальцы сложились в сложную печать огня. Кай сосредоточился, вытягивая остатки духовной энергии из глубины тела. Её осталось немного, все эти фаерболы ушло много сил. Но на последнюю, самую мощную технику хватит.

Воздух задрожал, а температура стремительно возросла. Между ладонями Кая вспыхнуло пламя, сжимаясь в плотный сгусток.

И тут Ив начал делать что‑то странное.

Он сунул руку в сумку на поясе и вытащил оттуда Сниперса. Золотистая рыбка забилась в его пальцах, отчаянно пытаясь вырваться.

Ив сжал кулак.

Сниперс лопнул, золотистый сок брызнул во все стороны, заливая ладонь и начиная мягко светиться.

Кай моргнул, не понимая.

Ив достал второго Сниперса. Раздавил. Третьего. Четвёртого.

Сок стекал по его рукам, капал на землю. А этот идиот… похлопывал себя по лицу? По шее? Размазывал драгоценную жидкость по коже, словно какой‑то дешёвый крем?

– Ты… – Кай запнулся. – Ты что творишь⁈

Сниперсы стоили баснословно дорого. Их главная ценность заключалась в косточке со звездой, но даже сама персиковая мякоть ценилась за пользу для практика. И этот безумец… просто выливал её на себя, как какой‑то дешёвый огуречный лосьон⁈

– Это тебе не поможет, – процедил Кай, хотя его голос дрогнул от возмущения. – Сейчас ты почувствуешь, каково это сгореть заживо.

Он развёл ладони, и пламя между ними взревело, набирая мощь.

– Дыхание Саламандры!

Непрерывная струя огня хлынула из его рук.

Пламя взвилось перед деревом, скрыв фигуру противника в плотном коконе огня. Жар был таким невыносимым, что камни под ногами Кая начали плавиться, а воздух дрожал.

При такой температуре плоть сгорает мгновенно, а кости превращаются в пепел за минуты. Даже практик седьмого уровня едва ли вышел из этого невредимым, а уж шестой…

Кай усмехнулся, не ослабляя напора. Всё. Ещё миг, и магия Древа заберёт то, что от него осталось.

Но тут, сквозь пламя прорвался размытый силуэт.

Кай не успел среагировать.

Ив выскочил из пламени, словно тень, сбежавшая из ада. Его волосы тлели, кожа была раскалена, но без ожогов и волдырей. В его глазах полыхало нечто куда более пугающее, чем сам огонь.

«Как⁈ – мысль промелькнула и тут же исчезла, смытая волной паники. – Как он прошёл сквозь…»

Кулак Ива врезался в живот.

Удар выбил воздух из лёгких. Кай согнулся пополам, отлетая назад. Ноги подкосились, но он каким‑то чудом устоял.

Выпрямился.

Увидел, как следующий кулак летел прямо в голову.

Инстинкт сработал быстрее, чем мысль. Кай ударил навстречу, вложив в движение всю оставшуюся силу. Седьмой уровень Закалки Тела против шестого. Его кости и мышцы прочнее. Он был уверен: сейчас сломает руку этому выскочке, а затем…

Кулаки столкнулись кость в кость.

Хруст.

Боль пронзила руку между запястьем и локтем. Резкая, почти невыносимая. Кай вскрикнул и отшатнулся, глядя на правую руку, которая теперь висела под неестественным углом, а из разорванной кожи торчал осколок кости.

Его рука была сломана.

Кай смотрел на свою конечность с неприкрытым изумлением. Как такое возможно? Как какой‑то деревенский мальчишка, без таланта, без поддержки, да ещё и слабее его на целый уровень, мог обладать телом крепче, чем у него?

Он поднял взгляд.

Ив стоял в двух шагах, а на его лице играла усмешка. Он даже не поморщился от столкновения.

Кай успел заметить мелькнувший кулак, летящий по крученой дуге, прежде чем тот впечатался в его подбородок.

Мир вспыхнул белым светом. Ноги оторвались от земли, тело полетело назад, а затылок с глухим стуком ударился о камень.

Последней мыслью было осознание, что Ив не только оказался крепче, он двигался намного быстрее него с самого начала махания удочкой. Этот практик шестого уровня с самого начала был сильнее него.

Темнота.

Кай лежал на камнях без движения.

А я стоял над ним, тяжело дыша, и чувствовал, как адреналин постепенно отступает, оставляя за собой тупую усталость. Руки слегка дрожали, то ли от напряжения или от остаточного жара ощущавшегося на коже.

Получилось. Чёрт возьми, получилось.

Честно говоря, в какой‑то момент я сам не был уверен, что выберусь из этой передряги. Когда этот огненный психопат начал швырять в меня файерболлами как ошалелый, мне оставалось только петлять между камнями и надеяться, что он выдохнется раньше, чем я окажусь в тупике.

Откуда только у него столько духовной энергии было? Хотя… двадцать две звезды таланта плюс богатенькие родители, которые наверняка пичкали его местными лекарствами и эликсирами с пелёнок. При таких вводных запас энергии у него и правда должен быть просто огромным.

Но всё равно повезло.

Когда он загнал меня к дереву и собрался выпустить свою финальную атаку я уже мысленно попрощался со своей румяной тушкой. А потом вспомнил про Эффект Лейденфроста.

Физическое явление, про которое знает любой повар. Если температура поверхности очень высока, жидкость мгновенно закипает, создавая тонкую паровую подушку. Этот пар обладает низкой теплопроводностью и на короткое время изолирует от прямого контакта с источником жара.

На кухне я видел этот эффект тысячи раз. Капля воды на раскалённой сковороде не испаряется мгновенно, а танцует на её поверхности, защищённая собственным паром.

Сниперсы были хоть и не водой, но их сок достаточно жидкий для создания этого эффекта. В добавок я применил на нём технику Духовного Насыщения для связывания внутренней энергией структуры сока, что бы он был более устойчивым. В итоге получилась своеобразная защитная плёнка, которой хватило, что бы я смог прорваться сквозь пламя.

Обошлось покрасневшей кожей и дымящимися волосами. А могло быть намного хуже.

Я наклонился и снял с пояса Кая его сумку. Тяжёлая, внутри шевелились недовольные своей участью Сниперсы.

Быстро пересчитал. Двенадцать плюс мои восемнадцать, и в сумме выходит тридцать штук. А неплохой улов получился.

Это что получается, кроме Амелии никто не смог вынести из озера рыбок и все пали жертвой собственной жадности? Печально… Хотя нет, это их проблемы.

Перекинув сумку через плечо, я выпрямился и глубоко вздохнул. Сегодняшних приключений хватило с лихвой – пора уходить.

Но стоило мне собраться идти к границе, как взгляд зацепился за нечто необычное.

На стволе Персикового Древа темнело обугленное пятно, след от финальной атаки Кая.

Я нахмурился и подошёл ближе.

На древесине виднелась настоящая рана. Обугленная кора обнажала светлую древесину, а почерневшие края всё ещё тлели, поднимая вверх тонкий дымок.

Как такое могло произойти?

Присмотрелся внимательнее, пытаясь понять произошедшее.

Кай достиг седьмого уровня Закалки Тела. Его родословная Огненной Саламандры усиливала мощь огненных техник. Но Персиковое Древо… это было наследие самого Небесного Огородника, мастера, который поднялся на вершину культивации. Как атака какого‑то мальчишки могла повредить столь могущественное создание?

Это казалось таким же бессмысленным, как попытка срубить секвойю бумажным ножом.

И вдруг меня осенило.

Урожай.

Я вспомнил, как удивились старейшины, когда плоды начали всплывать на поверхность. «Обычно свободных плодов бывает около двадцати… Но сейчас их в пять раз больше». Маргарет Флоренс тогда сказала, что за все девяносто пять лет жизни не видела подобного урожая.