Мысли потекли сами собой.

Впереди предстоит много работы. Дом требует ремонта: двор расчистить, забор подлатать, веранду обустроить под открытый зал ресторана. Вывеску заказать, столы сколотить, лавки поставить. На всё это нужны руки, время и деньги.

Деньги у меня есть. Руки тоже. Время… ну, тут сложнее. У меня есть всего лишь два месяца что бы пробиться на седьмой уровень закалки. Если не успею до Праздника Меры, то придётся ждать ещё целый год или искать другие обходные пути, и не факт, что они есть…

В этот момент поплавок дёрнулся.

Я дождался второго рывка и подсёк. Удочка согнулась, но несильно. Подтянул леску, на крючке билась рыбёшка размером с ладонь. Серебристая чешуя, тупая морда. Обычный пескарь.

Снял с крючка, бросил в корзину. Рид покосился на добычу и фыркнул, словно говоря: «Серьёзно? И это ты называешь рыбой?»

– Терпение, приятель.

Насадил наживку и забросил снова.

Для ресторана нужны качественные продукты. Рыба, насыщенная духовной энергией. Та, что заставит людей возвращаться ко мне снова и снова. Мелочь у берега для этого не годится. А мясо… наценка будет не такая большая, с ним будет больше возни, да и энергии в нем меньше. А я не собираюсь торговать пустой едой.

Поплавок снова дёрнулся. Подсёк, ещё один пескарь, чуть крупнее первого. Отправил его в корзину.

Рид недовольно скуксил морду.

– Да знаю я, что не то.

Третий заброс, поклёвка и ещё один пескарь и ещё один…

Я смотрел на свою корзину, где уже лежало с десяток мелких рыбёшек, и понимал очевидное: для моих целей этого недостаточно. Энергии в ней кот наплакал, для культивации бесполезна, а для ресторана тем более.

Мне нужна крупная рыба, насыщенная энергией, но проблема в том, что у меня больше нет ни острова, ни ловушек. Всё затонуло вместе с черепахой. Осталась только удочка да навык ловли.

Хотя… можно же убить двух зайцев. Что бы двигаться дальше в культивации, нужно стабилизировать энергии, а моя Техника Глубинных Вод отлично приманивает крупных речных рыб.

Я сделал ещё один заброс и посмотрел на поплавок, покачивающийся на волнах.

Значит, план такой: выйти на открытую воду, найти подходящее место, нырнуть на глубину, стабилизировать энергию и заодно поохотиться на крупную добычу.

Плот Маркуса для этого вполне сгодится, однако есть нюанс.

Моя старая острога, верой и правдой служившая мне на острове, осталась где‑то в подводном мире. Потерялась в хаосе, когда мы с Амелией спасались от сумасшедших стариков.

И для охоты на речных монстров мне нужно оцифровать новое оружие. Не палку с заострённым концом, а качественный трезубец, способный пробить чешую речного монстра.

Поплавок дёрнулся в девятый раз. Я машинально подсёк, вытащил очередного пескаря и бросил в корзину.

Рид поднял голову и послал мне мысленный образ: куча мелкой рыбёшки и его разочарованная морда.

– Эх… Ты прав. За большой нам придётся поплавать.

Сделал ещё несколько забросов и наполнил корзину до половины. Этого должно хватить на ужин.

Вечерело, солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая небо в оранжевые и розовые полосы.

Решено, сделаю трезубец, подготовлю плот и отправлюсь на глубину, за настоящей добычей.

Я смотал леску, убрал удочку и поднялся с бревна. Пора возвращаться домой.

Когда пришел, у забора уже стояла группа мужчин. Робин, коренастый Тур, тощий Бруно и ещё четверо охотников из отряда Людвига. Кто‑то переминался с ноги на ногу, а Робин скрестил руки на груди.

Он первым заметил меня и шагнул вперёд.

– Ив, – Робин кивнул, стараясь держаться уверенно, но его взгляд всё равно бегал туда‑сюда, как перепуганный заяц. – Мы пришли поговорить насчёт работы, которую ты обещал. Скажи, что делать будем?

Остальные охотники подтянулись ближе, их лица выражали готовность к делу. Тур потрогал топор за спиной. Бруно проверил тетиву лука.

Я поставил корзину с рыбой на землю.

– Сейчас узнаете, проходите во двор.

Я распахнул калитку и жестом пригласил охотников внутрь. Они гуськом прошли и остановились посреди двора, оглядываясь по сторонам.

Двор встретил их вчерашним беспорядком: брошенные скамьи, следы от костра, забытая кем‑то кружка на пеньке. Я обвёл взглядом территорию и развернулся к мужикам.

– Слушайте, что нужно сделать. Первым делом перенести забор, – я указал на покосившиеся доски, – на три метра назад, что бы расширить двор. На освободившемся месте построить просторную веранду с крепким навесом. Основательную, не какую‑нибудь кривую времянку.

Стоило мне это сказать, как наступила тишина. Охотники застыли с открытыми ртами.

– Это… всё? – выдавил Тур.

– Нет, конечно. Ещё нужны столы и лавки, штук десять комплектов. Крепкие, чтобы выдержали пьяного здоровяка. Ещё нужно разобраться с колодцем, – я кивнул на покосившуюся конструкцию в углу двора, – почистить, поправить и привести в должный вид.

Бруно почесал затылок.

– А теперь всё?

– Ну, пока да.

Снова тишина и недоумение.

Робин первым пришёл в себя. Он шагнул ко мне, и на его лице отразилась смесь облегчения и недоумения.

– Ив, мы думали… ну, что придётся лезть в логово каменного медведя. Или выслеживать стаю саблезубых волков. А тут… стройка?

Я усмехнулся.

– Разочарован?

– Нет! – он быстро замотал головой. – Просто неожиданно, мы ведь охотники, а не плотники.

– Плотниками и не надо быть. Брёвна таскать, доски пилить, гвозди забивать. С вашим уровнем закалки это как семечки щёлкать. Или я ошибаюсь?

Тур фыркнул.

– Да мы с этим за неделю управимся. С нашим то уровнем закалки бревно в обхват как палку таскаешь.

– Вот и отлично, Робин, ты главный. Закупка материала, инструменты, организация работ. Справишься?

Он выпрямился, и в глазах охотника мелькнуло что‑то похожее на гордость.

– Справлюсь.

– Тогда с завтрашнего утра начинаете. Вопросы есть?

Охотники переглянулись. Бруно пожал плечами, Тур кивнул. Остальные молчали, но по их лицам было видно, что задача им понятна, выполнима, и они рады, что не придётся лезть в логово каменного медведя.

Робин протянул руку, я пожал её и на этом мы попрощались. Охотники выходили со двора размахивая руками и обсуждая детали предстоящих работ. Я же, проводив их взглядом, вернулся к корзине с рыбой. Теперь можно заняться и бытовыми делами.

Дальнейший вечер прошёл в домашней рутине. Хотя возможно это было именно то, что мне сейчас нужно.

После всех этих разговоров, угроз и семейных открытий хотелось просто поработать руками.

Собрал по двору забытые кружки, смёл крошки с лавок. Эверест из грязной посуды в углу кухни выглядел внушительно, но меня этим не испугаешь. В прошлой жизни, в самом начале карьеры в общепите приходилось и такими делами заниматься, и разгребать завалы побольше.

Набрал в таз воды, добавил щепотку золы для обезжиривания. Старый добрый метод, работавший задолго до появления моющих средств. Руки сами нашли привычный ритм: взять, потереть, ополоснуть, поставить. Голова при этом могла думать о чём угодно.

О Викторе и его показательном выступлении у каменного столба. О завещании родителей с условием седьмого уровня. О маленькой девочке с синяками, которая оказалась моей сестрой.

Рид наблюдал за мной с подоконника. Его морда выражала философское безразличие ко всем человеческим проблемам.

– Завидую тебе, – буркнул я, выставляя последнюю миску на полку. – Никаких родственников, никаких наследств.

Кот зевнул.

Ужин я приготовил простой. Пескари из сегодняшнего улова, обжаренные на сковороде с каплей масла. Ничего особенного, но после такого дня и это казалось праздником. Рыба зашипела, по кухне поплыл знакомый запах, и я почувствовал, как напряжение понемногу отпускает.

Поев, я почувствовал как тело гудит. Не от усталости даже, а от переизбытка впечатлений. Слишком много всего за один день. Поднялся в спальню и рухнул на кровать прямо в одежде.