- Мы привели нового раба – громко сказал один из сопровождающих.

Спустя несколько минут послышался звук отодвигающегося засова, и дверь распахнулась. Солдаты подтолкнули Егора вперед, и он оказался в просторном помещении. Тут, в отличие от длинного коридора, освещение было отличным. У стен с трех сторон горели камины. Егор мог бы сказать, что тут даже уютно, если не брать в расчет множество цепей, вбитых в стену и что-то на подобии креста, стоящего в центре зала.

Егор сразу понял, для чего он предназначен. Не каждый будущий раб соглашается на эту участь добровольно. Молодой человек сглотнул. Его окатило холодным потом, когда он заметил небольшую жаровню рядом с крестом и длинную палку, которая и предназначалась для выжигания рабского знака на теле человека. На это сейчас согласился Егор. Он интуитивно сделал несколько шагов назад, но в спину ему что-то уткнулось.

- Всего один? – удивленно спросил старый сгорбленный мужчина, который открыл им дверь.

- Этот раб предназначается для принца Клауса. Поставь его личное клеймо.

- Ведите его на крест – безразлично сказал старик, проверяя огонь и надевая на железную палку тавро с гладкой поверхностью. Старик прикоснулся пальцем к железу и на только что пустой поверхности тавро образовался рельефный рисунок.

Солдаты схватили Егора под руки и потащили в середину комнаты, где на деревянных балках зловеще поблескивали кандалы.

- Нет! – попытался сопротивляться молодой человек. – Не нужно меня приковывать! Я добровольно согласился на это!

- Парень, поверь, без этого никак – равнодушно, не отвлекаясь от своего занятия, сказал ему старик.

Инстинкты подсказывали Егору бежать, но железная хватка двух обученных солдат пресекала все попытки сопротивления на корню. И вот, светловолосый, бледный от страха парень уже прикован по ногам и рукам. Короткие цепи не позволяют даже двинуть конечностями. Глаза расширены, пульс ускорен на максимум и страх дает сигнал телу, что нужно отключиться, что Егор и делает. Последнее, что он видит – это раскаляющийся в огне кусок железа, а потом темнота. Молодой человек потерял сознание.

Он очнулся спустя всего несколько секунд от жуткой боли и запаха жареного мяса. Его запястье шипело под раскаленной печатью, и новые ощущения застилала разум, но это продлилось недолго, оставив после себя пульсирующую обожженную кожу. Егор даже не смог закричать. Он никогда в жизни не испытывал подобного. Как только раскаленное железо убрали от его руки, он обессиленный повис на цепях и сделал глубокий вдох. Теперь он раб Клауса, о чем говорил свежий ожег в виде солнца, перекрывающего наполовину полную луну. Соединения двух светил пересекала молния и всю картину дополняли три круга вокруг. Это был отличительный знак, который говорил, что раб не собственность главенствующей королевской семьи, а личный слуга принца Клауса Деффендера.

Кандалы отстегнули. Молодой человек мешком упал на пол. Один из солдат рывком поднял его за неповрежденную руку.

- Я совсем не понимаю, для чего принцу такой мелкий и слабый раб! – возмутился тот, кто его держал.

- Он смазливый, может, использует для утех?

- Да, брось, для этого совсем необязательно делать его личным рабом, да еще высшего ранга! – засмеялся второй.

- Отведите его в купальню. О нем позаботятся и доставят в покои принца, вместо того, чтобы языком чесать! – раздраженно остановил разговор старик. – Ваша работа выполнять приказы, а не строить догадки о предпочтениях Вашего Высочества и предназначении раба!

Недовольно ворча, стражники все же вывели Егора за железную дверь и поволокли по длинному коридору. Молодому человеку уже было все равно, что с ним будут делать дальше, главное, он услышал – его отведут в комнату Клауса после всего этого ужаса.

Парня завели в одну из многочисленных комнат коридора. Стражники ушли, оставив его на попечение двум мальчикам, которым было не больше четырнадцати лет. Эти дети знали свое дело, а у Егора не было сил сопротивляться.

Искалеченную руку обработали и аккуратно перевязали, сняли грязную одежду, вымыли и переодели в свободную, приятную к телу фиолетовую робу. Она была не из той же грубой ткани, как те, что были надеты на мальчишек. «Значит, статус раба тоже дает кое-какие привилегии перед другими» - мимолетно подумал парень.

- За вами скоро должны зайти стражники. Можете пока присесть на скамью и подождать их – проговорил один из мальчиков, попутно убирая одежду и средства, которые использовали для того, чтобы привести Егора в порядок.

Долго ждать не пришлось. В этот раз в купальню зашли две женщины. Их оценивающий взгляд прошелся по Егору. Девушек явно не впечатлила увиденная картина.

- Молодой принц ждет тебя в своих покоях.- Проговорила одна из них, а потом перевела взгляд на мальчиков – Почему он одет в фиолетовое?

- Нам передали, что этот раб высшего ранга, и мы одели его, как подобает.

- Да? – подняла удивленно бровь вторая – Может вы что-то не так поняли? Если принц ждет его в своих покоях, а не в кабинете, то с нарядом вы точно напутали.

Мальчики испуганно переглянулись и засуетились. Егор совершенно не понимал, о чем они разговаривали и почему подняли такой переполох из-за одежды. Он не сопротивлялся, пока с него стягивали фиолетовую робу и надевали другую, похожую на ту, что была на девушках, но с несколькими отличиями.

Его новая одежда была короче и еле доходила до середины бедра. Естественно, никакого нижнего белья ему не дали. Сверху до середины груди этот несуразный наряд украшала шнуровка, свободно завязанная и открывающая грудь. Если на девушках наряды были розовых оттенков, то его походил на кровь, вытекающую из только что вскрытой артерии.

Удовлетворительно кивнув, одна из девушек подошла к парню вплотную.

- Вставай, пора идти к принцу. Его и так заставили ждать долго.

Второй раз повторять не пришлось. Молодой человек встал и покорно последовал за девушками. Ноги все еще плохо держали Егора, но воодушевленный тем, что его страдания наконец-то закончились, парень не обращал на слабость никакого внимания.

Из подвальных помещений они вышли другим путем, больше походившим на лабиринты за стенами основных комнат. Пройдя несколько пролетов по винтовой лестнице вверх, девушки открыли дверь, и вся компания оказалась в еще одном коридоре. Тут было, по крайней мере, сухо и светло из-за многочисленных факелов. У одной из дверей стояли три молодых раба в сером и держали подносы, два из которых ломились от вина, фруктов, тонко нарезанных ломтиков сухого мяса и сыра. На третьем Егор заметил несколько глиняных сосудов, что в них он понять не мог.

- Вы свободны – обратилась к рабам все та же разговорчивая девушка, беря у одного из них поднос, вторая поступила так же и обе выжидающе уставились на Егора.

Молодой человек спохватился и взял оставшийся поднос с различными сосудами. Девушки очень грациозно держали свои ноши одной рукой, постучали в дверь.

- Входите – послышался раздраженный голос принца, и у Егора на лице непроизвольно растянулась улыбка.

Комната оказалась просторной, но практически пустой. В центре стояла огромная кровать, где свободно могло разместиться человек пять. На массивных, резных столбах подвешен полог из воздушной полупрозрачной и ослепительно белоснежной ткани. Он был подвязан с четырех сторон и открывал взору высокую, мягкую перину и с дюжину подушек. У изножья кровати находилась невысокая и широкая кушетка, а перед ней столик, тоже низкий и ничем не украшенный. Ставни окна закрыты, а комнату освещал только ярко разгоревшийся камин.

От вида огня, Егора слегка передернуло, и он инстинктивно дотронулся пальцами до забинтованной руки. Девушки нацепили на лица обворожительные улыбки и, покачивая бедрами, медленно подошли к низкому столику, расставили закуски и вино. Одна присела на кушетку, положив ногу на ногу. Легкая ткань ее наряда открыла стройные ноги. Вторая подошла к Клаусу, взяла его под руку и повела к подруге. Егор так и остался в дверях со своим подносом, не зная, что ему делать.