— Пойдем, малыш Шалфей, — сказал Лавр ученику, — нужно снять комнату и отдохнуть. Хватит с тебя ночевок на морозном воздухе.
— А еще я хочу принять ванну! С запашистым мылом!
— Да, было бы неплохо.
Узнав у местных о постоялом дворе, Лавр и малыш Шалфей двинулись в указанную им сторону, где большой двухэтажный бревенчатый дом встретил их шумными песнями и музыкой. А еще запахом жареного мяса, благодаря которому малыш Шалфей и думать забыл о рыбе. Его живот заурчал, и он стыдливо прикрыл его рукой, сглатывая образовавшуюся во рту слюну.
— Будем надеяться, что хотя бы одна комната у них будет свободна, — произнес Лавр, вспомнив о грядущей ярмарке, на которую съезжались торговцы со всей окрестности.
И его надежда оправдалась.
— Вам несказанно повезло, ребятки, — подмигнув полуслепым глазом, произнесла пожилая женщина, раскрывая перед собой огромную гостевую книгу. — Всего за тридцать монет в вашем распоряжении будет одна из лучших комнат нашего двора! С видом на этот самый двор! А еще ужин и завтрак, если соизволите остаться до утра.
— На рассвете нам нужно быть в порту, — сказал Лавр, пояснив, что утром они отплывут в сторону северных земель. — Так что на нас завтрак можете не рассчитывать.
— Спасибо, что предупредили! Однако цену это не изменит. Если остаетесь, вписывай, папаша, вот сюда имя свое и сыночка, и бери ключи.
Объяснять, что с малышом Шалфеем никаких кровных уз их не связывало Лавр не видел смысла. Еще больше будет путаницы, скажи он, что путешествует с ребенком, который ему, по сути, никто.
Вписав их имена в гостевую книгу, Лавр отсчитал женщине ровно тридцать монет, забрал ключи и, подтолкнув малыша Шалфея вперед, сжал ладонью его маленькое плечо. Мальчишка с любопытством оглядывал танцующих в центре таверны магов, поддаваясь общем настроению безудержного веселья.
— Я вам ужин в комнату принесу! — донеслось до них сквозь смех и гамон. — Внизу детям не место!
Лавр обернулся, но женщина, только что стоявшая за стойкой, уже успела исчезнуть.
«Нужно было спросить про ванну», — запоздало подумал колдун, поднимаясь вместе с учеником по лестнице на второй этаж.
И стоило только ему перенести ногу с последней ступени на пол второго этажа, как звучавшие на первом этаже звуки музыки исчезли.
«Что?..»
Лавр прислушался. Ни звука. Малыш Шалфей был столь же обескуражен, сколь любопытен. Повертев из стороны в сторону головой, словно выискивая что-то на полу и стенах, мальчишка вскоре широко заулыбался. Его лицо пылало здоровым румянцем, на втором этаже было теплее, чем внизу.
— Вот в чем дело, профессор, — сказал малыш Шалфей, указав на косяк у лестницы. — Запечатывающие звук руны!
Разумеется, руны именовались иначе, но поправлять ученика Лавр не стал.
Внезапно перед лицом Лавра замаячил световой шар. На ключе, который он держал в руке, весел небольшой деревянный бочонок с выжженным на дне номером. Показав его магическому помощнику, Лавр перехватил свою сумку и последовал за убегающим за шаром малышом Шалфеем.
✦✦✦
А в это же самое время на постоялом дворе появилось еще двое магов. Они прошли через главные двери никем незамеченными. Остановились у стойки, за которой женщина с подслеповатым глазом обрадовалась еще одним гостям.
Но радость ее была недолгой. Когда один из магов положил на столешницу свою кривую волшебную палочку, острием вперед — что считалось крайне дурным тоном — а второй вальяжно облокотился о столешницу, оглядывая гостей в таверне, женщина поняла, что от этих двоих ждать беды.
— К вам тут недавно подселилась интересная парочка, — произнес волшебник, постукивая пальцами по своей палочке. — Молодой мужчина с ребенком.
Женщина кивнула.
— Замечательно. И в какой они комнате?
Глава 24
Малыш Шалфей засопел, провалившись в сон, стоило ему только укрыться одеялом и опустить голову на подушку. Для столь юного возраста и неокрепшего тела, юный колдун совершил настоящий подвиг! Незамеченным крался за Лавром больше суток. Ночевал один в зимнем лесу, будто не боясь ни холода, ни дикого зверья. Решился на путешествие в неизвестность, это в свои-то десять лет!
Лавр смотрел на мальчика и думал, что же ему теперь с ним делать?
Одно было очевидно, он не мог ни отвести его обратно в Академию, ни взять с собой. Пусть малыш Шалфей и обладал душой Первородного, он не имел никакого жизненного опыта. Даже свое истинное имя — Толиман, малыш Шалфей назвал Лавру без всякого страха. И ладно Лавру, он никогда не воспользуется этим знанием и не причинит ученику вреда. А если малыш Шалфей так же беспечно назовет имя своей души кому-то другому? Кому-то, кто не побрезгует однажды направить свою магию на малыша Шалфея.
Лавр решил, что утром обязательно скажет этому юному и столь доверчивому колдуну, что истинное имя своей души нельзя называть кому попало. И Лавр догадывался, что мог услышать в ответ: «Но вы же, профессор, ни кто попало!».
С детьми было так сложно.
Лавр достал из кармана карту континента и посмотрел на отмеченное крестиком место. Если Яр все еще был рядом с Гимназией северного чародейства, то вскоре они встретятся. Эта мысль зарождала в груди Лавра теплоту. Вместе они отправятся в сестринскую общину, и Лавр расскажет ее настоятельнице обо всем, что узнал. И от того мага в тюрьме, и от самого малыша Шалфея.
«Может, это и неплохо, что он увязался за мной, — подумал Лавр, вновь посмотрев на ученика. — Возможно, он сможет рассказать о Сириусе что-то еще».
Например, почему Сириус боялся Сестер?
Сестры были безобидны.
Если верить Павле и ее сестрам, то учение Великой Матери запрещало любое проявление насилия иагрессии. Сестры только и делали, что молились, путешествовали по континенту и старались помочь всем, кто в их помощи нуждался.
Было ли этого достаточно, чтобы вселять страх в душу величайшего мага в истории?
«Наверное, есть какая-то причина», — решил Лавр.
А еще взял на заметку, что было бы неплохо узнать об этом у самих Сестер.
С такими мыслями Лавр задремал и проснулся от настойчивого стука в дверь.
На секунду испугавшись, он быстро взял себя в руки. Вспомнил, что женщина, которой он заплатил за комнату, обещала принести им ужин.
— Стучу-стучу, а вы все не открываете! — с порога начала причитать женщина, держа в руках деревянный поднос.
На нем в двух тарелках была еда — что-то непонятное, пахнущее рыбой.
— Малец уже спит, поди, — продолжила она, попытавшись ступить вперед.
Но Лавр преградил ей путь, оставшись неподвижно стоять в дверном проеме.
— Да, ребенок уже спит, — подтвердил колдун догадку женщины, недоверчиво поглядывая на еду, которую она принесла. — Спасибо за ужин.
Лавр протянул руки, в попытке перехватить у женщины поднос. Но та, словно у нее пытались забрать нечто драгоценное, держала поднос мертвой хваткой и ни в какую не хотела его отдавать.
— Спасибо… за ужин?.. — неуверенно повторил Лавр, чуть дернув поднос на себя. — Это же для нас?..
Женщина нехотя, но все же отдала его Лавру.
— Хорошо, что мальчик уже спит, — сказала она и добавила шепотом: — Не стоит его будить. Пусть спит.
Лавр оценил поведение женщины, как странное, но поблагодарив ее за ужин, поспешил распрощаться с ней, толкнув дверь мыском сапога.
Поднос с едой он оставил на небольшом столике у окна. Пригляделся к тарелкам, понюхал то, что собирался съесть и, решив, что в портовом городе просто не могло быть тухлой рыбы, принялся за трапезу.
Малыша Шалфея он будить не стал.
✦✦✦
Проснулся Лавр от странного ощущения невесомости, окутавшего его тело, когда что-то подбросило колдуна вверх. Неприятное чувство пустоты в груди опустилось вниз к животу, и от испуга Лавр резко открыл глаза. Комната вокруг ходила ходуном, вертелась и кружилась, вызывая у Лавра чувство тошноты. Съеденная рыба поднималась к горлу, и вот-вот была готова вновь оказаться вне его желудка.