Та немного опешила, но подала запястье.
– Что за духи? – после тщательного обнюхивания спросила Аля.
– Я ж говорила, Том Форд, весь Питер носит.
Аля кивнула, будто что-то вспомнила, и, не сказав больше ни слова, прошла в свою комнату.
Аля бросила пакеты с едой на пол и принялась лихорадочно забивать в поисковике слова вишня, кровь и птичий клей. После нескольких безрезультатных попыток она решила действовать проще и зашла на сайт Википедии по запросу «вишня».
– Согласно некоторым экспертам, слово «вишня» произошло от латинского viscum, что дословно означает птичий клей, который символизирует вязкий сок этих ягод, – вслух читала Аля.
Она тут же набрала Ваню, но он не отвечал. Тогда она отправила сообщение: «Наш Арканус – это Арканиха. Это женщина, от которой пахнет вишней. Потом объясню. Перезвони».
Прежнее спокойствие сменилось абсолютным нетерпением. Она не знала, куда себя деть, и с кем можно было поделиться своим открытием. Еда немного поправила дело, но съев пару роллов, она тупо уставилась в камин, кусая деревянные палочки в попытке осмыслить произошедшее.
Стук в дверь прервал её мысли. Это был, как всегда, запыхавшийся Бернар.
– Бонжур, мадмуазель Рогожина, – он снял шляпу и протянул ей стаканчик с кофе на подставке. В той же руке он держал пакет, в котором на поверку оказались пирожные.
– Спасибо, – Аля поцеловала его в мокрую щёку, – а у меня есть еда, садитесь обедать.
Бернар стоял у входа в нерешительности.
– Тут такое l'occasion, – мялся он, – я не могу остаться. – Но и бросить вас не могу. Я совершенно…
– Бернар, милый, сядь, мне тоже есть что тебе рассказать. Это важно. По поводу Аркануса.
После упоминания этого имени гость заинтересовался, прошёл в комнату, сел возле кофейного столика, взял кусок пиццы и тут же положил его обратно.
– Так что вам известно? – потирал он запачканные руки.
– Я поняла, что Арканус – женского пола, на ней должны быть вишнёвые духи.
– Откуда вам это известно? – недоверчиво спросил Бернар.
– Делаю вывод из того, что наплёл мне Прокопий, – она открыла страницу в браузере, показала её гостю и рассказала в подробностях о встрече с Прокопием. – Странно только, что котяра читает википедию.
– Хм, скорее всего, ему просто знакома латынь, но он не в курсе, что благодаря интернету теперь она знакома кому угодно, – Бернар снова взял в руки кусок и снова положил его обратно. В этот раз он потёр лоб, который покрылся мелкими крошками.
– Теперь расскажите, что известно вам, – настаивала Аля, отряхивая незадачливого собеседника.
– Мне известно, что Вальтер in difficulte.
– Что это значит? Говори нормально, – начинала злиться Аля.
– Он в беде, – пояснял Бернар, – он исчез, а он так не поступает.
– Может, у него дела?
– Нет, у него неприятности. Наверное, я не должен вам этого говорить, но я не знаю, что делать. Я написал в магический чат, но там все отмалчиваются.
Бернар встал, перевернул коробку с пиццей, чертыхнулся по-французски и принялся всё собирать.
– Так почему ты решил, что у Вальтера проблемы? – Аля вооружилась салфетками и принялась помогать недотёпе.
– Мы вчера встречались после собрания.
– А почему тебя не было на совете?
– Потому что там есть постоянные члены, такие как Эстер, Саламин, Вальтер, Лёв, Шоно, а другие rotation. В смысле каждый раз меняются.
– Понятно, – Аля убрала коробку с остатками пиццы, сунула Бернару в руку эклер и приказала, – ешь … и рассказывай.
– Вальтер попросил встречи у Ротонды. Он был серьёзен.
– А бывает по-другому? – спросила Аля, но тут же пожалела, что перебила его.
– Больше, чем обычно, – Бернар покачал головой. – Он сказал, что у него есть некая информация, тесно связанная с Арканусом, но он не может всего рассказать. Если что-то с ним случится, Вальтер велел передать вам это, – гость пошарил в карманах и вынул крошечную стеклянную бутылочку, наполненную травами и закупоренную деревянной пробкой. – Jan он передал подкову, – доставая из другого кармана железяку, проговорил Бернар.
Аля внимательно осмотрела свою новую склянку.
– Что с этим делать? – спросила она.
– Он не сказал. Но вообще травы можно заваривать, нюхать, носить, как талисман, использовать при заклинаниях.
– А подкова?
– Понятия не имею, – Бернар откусил большой кусок от пирожного, после чего Аля дала ему кофе, чтобы запить, но затем забрала у него стакан и спросила:
– Так, а куда он потом пошёл, куда делся?
Гость горько вздохнул.
– Не знаю. Он не разрешил пойти с ним, говорил, что это дело для него одного.
– Какое дело? – не выдержав, вскрикнула Аля.
– Тёмное, очень тёмное дело.
– Ты вообще не помогаешь, Бернар, – теперь уже она нервно ходила по комнате и барабанила пальцами по крышке пианино. – Что это вообще за загадки? Почему в этом городе никто не может нормально разговаривать? Без намёков, мистики, сарказма и чёртового французского!
Аля поняла, что зашла слишком далеко и замолчала. Гость тоже, молча, жевал свой эклер.
– Прости, Бернар, – она взяла его за руку и снова протянула стакан с кофе. – Мне нравится твой французский, правда. Просто я думала, что всё уже идёт к концу, а тут такое. Без Вальтера как-то неспокойно.
– Мне тоже, – угрюмо ответил Бернар и опять полез в карманы. – Это вам от mua, – он дал ей ещё одну стеклянную бутылочку на этот раз наполненную янтарной жидкостью. – Это сакрариум. Много не пейте, это влияет на память, почки и всякое женское, но в критической ситуации можно.
Аля обняла мага-добряка, и когда выпускала его из объятий, её взгляд упал на дверь, ведущую в соседнюю комнату.
– Слушай, а давай вскроем комнату Вальтера. Вдруг там есть подсказки? – предложила Аля.
– Нееет, так нельзя, Вальтер рассердится, – сконфузился Бернар.
– Мёртвый не рассердится. Сначала надо его отыскать, а потом пусть ругается. У тебя есть ключ?
Гость помотал головой.
– А есть заклинание, чтобы открывать замки?
– Можно заколдовать ключ, чтобы он подходил любому замку. Но для этого нужен специальный сплав, опытный мастер и обряд, занимающий два дня. Тем более, эта комната защищена заклинанием от воров. Мы хоть и не воры, но комната будет сопротивляться.
– Толку от вашей магии, – Аля сложила руки на груди, – одни проблемы.
– Можно позвать Гену, – вдруг предложил Бернар.
– Как это?
– Я свяжусь с ним с помощью этого, – Бернар достал из-за пазухи небольшой серебряный колокольчик на толстом шнурке, – вот его Вальтер передал мне.
– Вот и здорово, значит, он хотел бы этого, – подбадривала его Аля. – А он сможет открыть дверь?
– У Вальтера обычно приоткрыта форточка, а на двери задвижка, так что aucun probleme.
– А Гена сможет быстро прилететь?
– Зависит от количества народу вокруг. Сейчас холодно, вряд ли в парке много гуляющих.
– Тогда давай зови его, надо что-то делать, надо найти Вальтера.
Бернар повиновался. Он неуклюже влез на табуретку, высунул руку наружу и легонько потряс серебряной вещицей, издавшей невероятно нежный хрустальный звон.
Долго ждать не пришлось. Уже через минут пятнадцать у окна послышалось знакомое «бжжж». Гена влетел в комнату и приземлился на пианино прямо рядом с Альбертом, который принялся обнюхивать странного гостя.
– Чего опять? – как обычно, тяжело вздохнув, спросил грустный ангел. – Где Вальтер?
– Пропал, – Аля начала с сути дела, – поэтому у нас к тебе просьба. Нужно, чтобы ты забрался в комнату через форточку и открыл задвижку.
Гена с сомнением посмотрел на неё.
– Что значит пропал?
– Значит, что со вчерашнего вечера никто его не видел. Сообщения ему не доходят, он как будто пшшш, – Аля изобразила жест фокусника, заставившего исчезнуть предмет .
– А зачем вам в комнату? – Гена почесал пузо коту, который совсем осмелел, завалился на спину и трогал гостя передними лапками.