Так что продолжим про Арканар.
Что сделал Антон, оказавшись на станции, я уже писал. А вот как это было воспринято — нет. Между тем, именно это оказалось переломным моментом. То есть именно после того, как Антон выжег себе память, спасение земной миссии на Авроре превратилось в паническое бегство.
Кстати, ничего удивительного. Мне про это ещё Левин рассказывал. У людей, как у любых других существ, существует три типа реакции на угрозу: игнорирование, борьба и бегство. Всё зависит от уровня. Если угроза невелика, её просто не замечают. Если она становится заметной, с ней начинают пытаться как-то справиться. Чем она сильнее, тем больше на это уходит усилий и тем больше растёт агрессия. Но если угроза оказывается совершенно непосильной и очень страшной, от неё всё-таки бегут.
Работает это на всех, включая хомячков. Просто уровень угрозы, когда хомячок бежит, у него низкий. У человека он довольно высокий, но он всё равно есть. Когда-то приходится и отступать. К сожалению.
На это накладываются общие законы функционирования организаций. Если происходит какой-то факап, начальство сначала старается его не замечать, перекладывая всё на подчинённых. Если факап разрастается, то начальство пытается его как-нибудь по-тихому удушить. При этом любые действия подчинённых, похожие на панику или попытку к бегству, наказываются. Но в какой-то момент становится понятно, что ситуация вышла из-под контроля совсем. И тогда само начальство становится источником паники, а наказываться начинают все действия, тормозящие бегство.
Типичная в этом смысле ситуация — Сарандакская катастрофа. Я там оказался сбоку припёка (хотя нервный тик на пару недель я себе заработал). А вот Арам Самвелович был непосредственно на месте и потом раписывал мне всю подноготную подробно и неоднократно. Там ситуация была такой, До гибели "Астероидной-3" начальство действовало в парадигме "спокойно, мы контролируем ситуацию, отставить панику". После сразу включилось "а-а-а, ужас-ужас, бежим-бежим-бежим". Причём и в том, и в другом случае соответствующие настроения сопровождались человеческими жертвами. А также бессмысленными административными расправами. Того же Григорянца сначала обвинили в том, что он без приказа отозвал исследовательскую группу, а потом сняли с должности за то, что он недостаточно быстро её эвакуировал. Правда, Арам Самвелович из этой ситуации вышел молодцом — так как протоколирова не только свои действия, но и приказы вышестоящих. В результате чего удалось провести крайне своевременную чистку в самом сердце космофлотовской камарильи, куда КОМКОН никак не мог добраться. На чём Арам и поднялся.
Что-то вроде этого произошло и на Авроре. Какое-то время они держались, несмотря на потери. Даже гибель земной резидентуры руководство Базы не сломило. Но тот факт, что один из сотрудников группы "Запроливье" изуродовал себе память, был воспринят уже в тональности "происходит что-то непонятное, надо спасаться". Ну то есть, конечно, никто ничего такого официально не говорил. Просто именно после этого началась настоящая паника. В частности, были спешно эвакуированы все земляне со всех континентов. Оставили только двух чудаков из группы "Залив" — и то лишь потому, что о них не вспомнили вовремя. Этих забрали перед самым закрытием планеты.
Разумеется, Званцеву это всё было на руку. Он как раз начал масштабную модификацию Ордена.
То есть превращению всего личного состава организации в машину. Управляемую исключительно чувством долга.
День 212
Красивое число — 212. Два — один — два. Единица посередине, по бокам двойки, то есть отличающиеся от единицы на единицу. Со всех сторон симметрия. Кроме того, это сумма значений функции Эйлера для первых двадцати шести натуральных чисел, также это число Цукермана, которыое делится на произведение составляющих цифр (получается 53), номер системы ЕН, в которой находится планета с памятником Сурену Петросяну, открывателю эффекта макротунеллирования, а также последние три цифры личного номера панели Лены Завадской.
Кстати. У Лены в профреестре изменилась одна переменная. Личный статус. С "н/д" на "состоит в отношениях".
Вот кстати тоже. Почему-то многие думают, что "н/д" означает "недоступна" или "недоступен". Хотя на самом деле это просто "нет данных". Такая запись с точки зрения закона о защите личной жизни означает, что любые утверждения о том, что данный человек имеет с кем-то близкие отношения, недостоверны. Просто потому, что он не желает это обсуждать. И официально утверждать что-либо на эту тему нельзя. Например, если кто-то написал мемуары и депонировал их в БВИ, то такие вещи читатель может и проверить. Особенно заинтересованный. И потребовать, чтобы эти фрагменты убрали. И их уберут — если, конечно, у человека, о котором пишут, на тот период в профреестре было проставлено н/д.
Ну, есть всякие способы это обойти. В основном намёками, которые считать нарушением статуса нельзя. Я вот читал книжку Эли Менакер про отца. У Ёширори Менакера всю жизнь в реестре стояло н/д. Дочка, конечно, про папу всё знала и ничего умалчивать не собиралась. Но писала примерно так: "в то время мой отец очень тесно общался с такой-то". Или — "с такой-то отца связывала духовная близость и глубокое взаимопонимание". Ну, в общем, все понимают, о чём это. Но тем не менее, даже Эля про папу и его многочисленные увлечения прямо писать не может.
Так что со стороны Лены это демонстративный жест. Означающий — "теперь говорите и пишите, что хотите". Ну то есть полный отказ от роли вдовы при условно-живом муже. Всё, хватит, наигралась в это. Теперь другие игры.
А вот у Якова Вандерхузе как было н/д, так и стоит н/д. Думаю, это ненадолго. Он, видимо, Лену ждал. Когда она соблаговолит придать их отношениям официальный статус. То есть через пару дней он тоже проставит "в отношениях".
Ну что ж, счастья им. Обоим. Много. А я тут пока про Арканар.
О том, что происходило на планете после эвакуации землян, стало известно в основном по саракшианским источникам. Кроме тайной хроники Отцов — Книги Прежнего Солнца — эта информация оказалась рассеяна по всякого рода старой литературе, ещё имевшей хождение. Например, историю про алхимика Синду левинская команда обнаружила в примечании к местному учебнику химии, хранящемуся в библиотеке ИЭИ. А история тоннеля под Хребтом была изложена в справочнике по горному делу, в качестве наглядного примера. Скорее всего, удалось бы нарыть куда больше, если бы не приостановка расследования. Якобы из-за меня. На самом деле, как я думаю — из-за того, что наверху не знали, что делать с уже полученной информацией. И как на это посмотрит, например, ДГБ, которое и тут оказалось очень даже причём. Как обычно, добавил бы Славин. Который всегда это добавляет в таких случаях.
С чего бы начать-то? А вот, пожалуй, с чего.
Есть такая древняя книжка — "Загадочный остров". Автор — Жюль Верн. Там описывается, как пять человек оказались одни на пустом острове. И через несколько лет воспроизвели цивилизацию своего уровня. Правда, у них были инструменты, знания и дисциплина.
Вот примерно то же самое задумал Званцев. И у него получилось. Точнее, у него вообще всё получалось. До определённого момента.
Званцев захватил с Земли всё, что только мог провезти тайком. Включая огромное количество информации. В основном технической. Кроме того, у него были инструменты и оборудование. Часть он привёз с собой, часть захватил у других землян. Во всяком случае, фемптопроцессор у него был, и не один. Видимо, Малышев открыл для него сейф и больше не закрывал. Да и зачем закрывать? Золото требовалось постоянно. Как и обработка мозгов ментоскопом. Обучать кадры традиционными методами было некогда, так что Званцев и его соратники вкачивали более-менее подходящим людям СНВ. Наверное, у кого-то от этого поехала крыша, но Званцев с потерями не считался. Да и потери-то, на фоне того, что уже произошло и ещё только готовилось, были незначительные.