Июнь

— Шикарно!

У меня внутри всё опускается, когда я понимаю, что снова не попадаю в тамбур, а следовательно – и домой.

Ключ упирается, отказываясь проворачиваться дальше.

В отчаянии я еще пару раз вставляю его в скважину и пробую открыть, но чуда не происходит.

Я буквально валюсь с ног. Месячные – второй день. Еще косточка на левой ноге дает о себе знать в новых туфлях.

Пока ставила салон на сигнализацию, пока отправляла ежедневный отчет, пока в магазин, потом на заправку…

Я так мечтала о душе и своем массажёре для ног, но мой гаденыш-сосед второй раз за месяц подложил мне свинью!

Вот и как таких земля носит?!

Я достаю телефон.

Двадцать минут одиннадцатого.

И следующие пять занимаюсь тем, что разбиваю ладони о стальную дверь в попытке достучаться до говнюка. Дверной звонок у него не работает.

Грохот стоит на весь подъезд. И совсем неудивительно, что на лестничную площадку выходит моя соседка – пенсионерка Татьяна Михайловна.

— Здравствуй, Свет, — доброжелательно бросает она, теснее кутаясь в халат. — Опять домой не пускают?

— Здравствуйте. Разбудила, да? Извините.

— Да мы еще не ложились. Сережа в глазок посмотрел, говорит, соседка домой попасть не может.

— Да сил моих больше нет, — устало и чуть не плача жалуюсь я. — Второй раз уже за месяц!

— Лене-то звонила? — Татьяна имеет в виду собственницу квартиры, которую арендует мой нерадивый сосед.

— Писала. Молчит.

— Вот бессовестная какая! — сокрушается женщина. — Сама деньги имеет, а ты тут мучайся с этим нарколыгой!

Доподлинно не известно, употребляет ли мой сосед что-то, кроме алкоголя. Но у Татьяны Михайловны на этот счет сомнений нет.

— Заходи, Свет, — приглашает меня соседка. — Хоть чаю попьешь. Разуешься, умоешься. Вон, какие каблучища. Ноги-то поди гудят. С работы же.

Снять туфли и засунуть ноги под прохладную воду – это так заманчиво. Но я вежливо отказываюсь. Еще соседей не хватало напрягать. И потом, при всем уважении, Татьяну Михайловну же не переслушаешь.

Варианты у меня следующие: стучать, пока руки не отвалятся, и в итоге, как в прошлый раз, пойти ночевать в машину. Или сразу идти спать в машину.

Можно, конечно, поехать снять номер в гостинице. Но это же просто издевательство!

У меня есть жилье! Своя двухкомнатная квартира! А я из-за какого-то козла вонючего должна ночевать черт-те где!

— Ты к участковому бы сходила, — советует Татьяна. — Пусть разбирается с этим безобразием.

— Думаете, разберется? — уныло вздыхаю я.

— А как же? Это его обязанности. Сходи-сходи, Свет, — настаивает женщина, звуча при этом очень искренне и по-матерински заботливо. От последнего на душе даже становится непривычно тепло. — Вот по весне только с соседнего подъезда с Валентиной разговаривала. Рядом с ней молодые поселились. Непутевые. Гулянки до утра день – через день. На балконе кальян курить повадились! Она и сходила. Пришел, говорит, лейтенант. Хоть и молоденький, говорит, но все чин по чину. Беседу с соседями провел. Те и попритихли. И ты сходи. Этот наркоман же даже не собственник! На птичьих правах, а людям от него житья нет!

— Ладно, — я устало киваю. — Спасибо. Как-нибудь. Обязательно.

Ни к какому участковому я, конечно, не пойду. Заняться мне больше, что ли, нечем?

Но и в машине я спать тоже больше не собираюсь.

Когда соседка скрывается за дверью своего тамбура, еще раз пригласив меня “хоть чайку попить”, я открываю “Авито”.

Почитав отзывы, останавливаюсь на одном из кандидатов.

Вскрытие и замена замков. Частный мастер. Владимир.

Ночной и срoчный выезд.

Paбoтаю ежедневно.

Цена значительно ниже фирм.

Оплата только за результат.

На “Авито” с 2014 года…

Спустя полчаса из лифта выходит уже знакомый мне по фото из профиля мужчина.

Он примерно мой ровесник. Навскидку лет тридцать шесть – тридцать восемь.

Самая его заметная черта – лысая голова. Что в сочетании с чёткими скулами, волевым подбородком и проницательным взглядом синих глаз создаёт довольно брутальный образ.

Он гладко выбрит. Хорошо одет.

Без преувеличений – здоровый и красивый мужик.

— Добрый вечер. Это я вам звонила, — приветствую его, поднимаясь со ступенек, на которых сидела последние двадцать минут, разувшись, и толкаю ступни в туфли.

— Да ночь уже, — иронично замечает мужчина и бросает своим глубоким низким голосом: — Вова.

Я тоже представляюсь:

— Светлана.

— Документы на хоромы свои покажешь, Свет?

Немного застигнутая врасплох его фамильярностью и скоростью, с которой мы перешли на “ты”, часто моргаю, пока лезу в сумку за паспортом.

Однако меня это несильно волнует. Мне нужен мастер по вскрытию замков, а не завсегдатай библиотечного зала с манерами аристократа.

Мне нужен профессионал.

— Конечно.

Показываю ему страницу с регистрацией. И, убедившись, что вскрывать будет именно мою квартиру, мужчина деловито кивает:

— Всё путем.

Слышно, как кто-то вызывает лифт.

Я указываю мастеру на дверь, и он опускает на пол свой кейс с инструментами. Свет на лестничной клетке тусклый. Мастер надевает специальные перчатки, и на тех зажигаются светодиоды.

Я же с восторгом замечаю: вот это ручища!

Машинально также отмечаю, что обручалки на правой нет. Что, впрочем, ни о чем еще не говорит.

— Соседи-то твои где?

— Сосед. Спит, наверное, — недовольно бурчу я, наблюдая за приготовлениями Владимира и за тем, как он внимательно и явно с понимаем ситуации осматривает дверь и замочную скважину. — Вот, — передаю ему связку ключей, предварительно оттопырив в ней один.

Владимир вертит ключ в пальцах и, мельком взглянув на него, возвращает обратно.

— Бухарик?

— Что? — непонимающе хмурюсь.

— Сосед, говорю, того? — делает узнаваемый жест, проводя ладонью по шее.

— Ну да, — пожимаю плечами. — Если с той стороны неправильно закрыть, до упора провернуть, потом не попадешь. А он накидается и танком не разбудишь, — объясняю я, снова закипая от ярости.

Просто зла на него не хватает!

Ведь в прошлый раз просила его по-хорошему! Показывала! Ну будь ты человеком, убедись, что нормально закрыл. Нет же! Скотина!

Тем временем Владимир берет в ладонь пузырек. Это “ВД-40”. У меня в машине такая смазка сто лет в обед валяется на всякий пожарный.

— Знакомая свистопляска, — наклонившись, он вводит в скважину смазку. И при его росте под два метра, мужчине приходится согнуться едва ли не пополам. — Каждый день по работе сталкиваюсь с такими кадрами. Зальет шары, и хрен достучишься. Хочешь, я тебе замок полностью поменяю? Гардиан. Антивандальный. С гарантией. Все дела. И такого гемора больше не будет, — предлагает он, выпрямляясь и раскрывая свои могучие плечи.

Я зависаю на этом явно намеренном и хорошо отработанном движении сильного тела.

Понимаю, что мужик красуется. Еще бы бицепсами под носом у меня поиграл. Однако вида, что раскусила его трюк, не подаю.

— В принципе, можно, — неопределенно отвечаю.

— Когда подъехать? — с места в карьер бросает Владимир.

— Да надо еще с той хозяйкой обсудить, — отмазываюсь я, откладывая его визит в долгий ящик. — Тут же квартирант живет.

— Дык я тебе вась-вась всё сделаю, Свет, — настаивает Владимир. — Считай задарма. Отдашь потом ключи соседям и всё. Еще спасибо скажут.

Он прет как танк.

Скрестив руки на груди, я отставляю ногу, покачивая ее на каблуке.

— И с чего бы вдруг тебе работать себе в убыток? — в мой голос все же прорывается раздражение.

Владимир усмехается.

— С того, чтобы ты своей красивой попой на холодном бетоне больше не сидела, — он награждает мои бедра, обтянутые черными брюками, таким долгим взглядом, что мне хочется зарядить ему между ног. Однако я даже возмутиться толком не успеваю, как мужчина интересуется: — Ты одна, что ли, живешь?