Мы доехали до нового дома на двух машинах. Выгрузили вещи в прихожую. Ирма зашла внутрь, огляделась.

— Привыкаешь уже к виду из окна?

— Привыкаю, — ответила я. — И Даше всё здесь нравится. Не знаю, как только со школой будет, как ее примут.

— Нормально. Перетрётся. Главное, что здесь спокойно. И тихо. — Ирма подошла к окну. — И звёзды, кстати, ночью видно. Это плюс.

— Это да, — кивнула я.

— А с магазинами как? — поинтересовалась она, наливая воду в чайник.

— В старой части поселка есть несколько сетевых и парочка частных, и рынок я видела.

— Нормально, от голода вы, значит, не умрете, — хохотнула она. — Давай, Светик, с тобой чай попьем, да я обратно к себе поеду. Я пирог привезла свежий, ягодный.

Даша не стала пить с нами чай, а сразу ушла к себе в комнату. Мы немного поболтали с Ирмой про будущее и настоящее, посмеялись. Она не стала задерживаться. Обняла меня на прощание и уехала.

Я осталась одна в полной тишине нового дома. Пошла проверять комнаты. В Дашиной уже не было коробок, на полке стояли её игрушки, на столе — альбом для рисования. Всё на своих местах. Даша лежала на кровати и читала какую-то книгу.

— Тетя Ирма уехала? — спросила она меня.

— Да, — кивнула я и подошла к окну, — теперь это наше постоянное место жительства.

— Тебе помочь разобрать вещи?

— Да, рыбка, я не откажусь от твоей помощи.

Вечером, когда стемнело, я вышла на крыльцо. В поселке горело мало окон. Еще стоял легкий морозец, но уже пахло приближающейся весной. В кармане завибрировал телефон. На экране высветилось — Женя. Я взяла трубку.

— Света, ты дома? — спросил он с какой-то тревогой.

— Да, Женя, мы дома, но не в квартире Ирмы, а в загородном доме.

— На выходные или каникулы?

— Нет, — ответила я, глядя на тёмный контур своего дома. — Переехали окончательно.

В трубке на секунду повисло молчание.

— Окончательно? — переспросил он. — То есть совсем? Вы здесь больше не появитесь?

— Только когда Ирма будет приезжать. К ней в гости.

— Понятно, — сказал он, и в его голосе послышалось что-то похожее на досаду или обиду. — А почему не сказала? Я бы помог с переездом. Мебель, вещи…

— Жень, мы же всё уже перевезли. А вещей немного было. Личные пожитки. Ирма помогла. Не хотела грузить тебя.

— Не грузить, — он помялся. — Я просто думал, мы как-то ближе, что ли. Что такие вещи обсуждают. В общем, поздравляю с новосельем.

— Спасибо, — сказала я. Голос прозвучал чуть виновато.

Он был прав. Я отгородилась по привычке, чтобы не быть обязанной, чтобы не давать повода впутываться в свою жизнь. Но вышло так, будто оттолкнула.

— Даша как? — спросил он, меняя тему.

— Сложно. Расстаётся со старой школой, друзьями.

— Это да, — согласился он. Потом снова пауза. — Ладно, не буду отвлекать. Осваивайтесь. Если что… ну, ты знаешь.

— Женя, подожди, — неожиданно для себя сказала я. — Ты хотел что-то спросить? Звонил-то не просто так.

Он вздохнул.

— Да нет, ерунда. Билеты в театр на следующую пятницу достал, хотел предложить. Но теперь ты далеко, наверное, неудобно будет…

Я посмотрела на тёмные окна, на звёзды, на тишину вокруг. И представила долгую дорогу обратно в город в ночи после спектакля. Одинокую.

— Неудобно, — честно призналась я. — Но если ты не против заехать сюда за мной, я готова попробовать. Мне просто нужно время, чтобы привыкнуть к новым маршрутам.

В трубке снова тишина, но на этот раз другая.

— Правда? — спросил он, и в голосе снова появилась лёгкость. — Тогда я заеду. В шесть. Договорились?

— Договорились, — улыбнулась я, хотя он этого не видел.

— Отлично. Спокойной ночи, Светик.

— Спокойной.

Я улыбнулась, положила трубку и задержалась на крыльце. Холодный воздух уже пробирался под плед, но внутри стало как-то теплее. В доме зажёгся свет на кухне — Даша, видимо, пошла за водой. Я глубоко вдохнула воздух с запахом талого снега и пошла внутрь. За мной тихо закрылась дверь.

Глава 60 Эпилог

Мы уже полчаса гуляли в парке, когда я услышала радостный вопль.

— Дашутка! — закричал сын и кинулся к стройной девушке в яркой футболке и широких джинсах.

— Мишутка, — она распахнула свои объятья для младшего братишки.

Я направилась в её сторону.

— Привет, мамулька, — Даша чмокнула меня в щёчку. — А где дядя Женя?

— Ушёл за мороженым, — ответила я. — Как учёба, как жизнь?

— Отлично, мамулька, просто замечательно! Спасибо вам, что позволили жить в Жениной квартире, а то из пригорода ездить каждый день — то ещё удовольствие. Я на подработку устроилась в одну сеть быстрого питания.

— А как же учёба? — нахмурилась я. — Да и у тебя скоро сессия.

— Там всего по четыре часа в день и график два через два, — улыбнулась она. — Ещё и обед за счёт заведения.

— Тебе денег не хватает? — я посмотрела на нее с тревогой.

— Мне всё хватает, но это же ваши деньги, а я хочу иметь свои. Не переживай, буду уставать — тогда уволюсь. Пока для меня это без напряга.

— Хорошо, — улыбнулась я. — Ты у меня большая умница.

— Я знаю, — звонко рассмеялась Даша.

В этот момент из-за угла палатки с мороженым появился Женя, нагруженный рожками. Увидев Дашу, он широко улыбнулся.

— Это что за красота! — сказал он, протягивая ей одно мороженое. — На, студентка, подкрепись. Слыхал, ты теперь совсем самостоятельная — и квартира своя, и работа.

— Не своя, а твоя, дядя Женя, — поправила Даша, с благодарностью принимая угощение. — Спасибо огромное! Это нереальная помощь.

— Пустяки, — отмахнулся он, раздавая мороженое мне и Мише. — Квартира всё равно пустовала. Лучше уж чтобы в ней жизнь была.

Мы устроились на ближайшей скамейке. Даша, откусив кусочек вафельного стаканчика, рассказывала о своей работе, смеясь над смешными случаями на кассе. Я слушала и смотрела на неё, на её уверенные жесты, на спокойный, взрослый взгляд. Это была уже не та девочка, которую когда-то испугали звонки из больницы. Это был человек, который сам строит свою жизнь, и, кажется, строит её хорошо.

— Главное, чтобы тебе было комфортно. Если что, ты всегда знаешь, где я.

— Знаю, мамуль, — улыбнулась она. — Всё хорошо, правда. Ой, смотри, это кажется отец.

Она кивнула головой в сторону крепкого мужчины с тростью, который что-то говорил мальчику лет пяти на велосипеде. Он выпрямился, повернулся в нашу сторону и помахал рукой.

— Какой ещё отец? — нахмурился Миша. — Наш папа Женя.

— Это твой Женя, а у Даши папа Гена, — поправила я сына.

— Но папа Женя нам родней, — деловито ответил сынишка.

— Я даже спорить с тобой не буду, — улыбнулась я.

Даша встала со скамейки и направилась в сторону Гены. Я инстинктивно потянулась было за ней, но рука сама опустилась. Она взрослая. Она сама решает, подходить или нет.

Мы с Женей и Мишей молча наблюдали. Даша подошла, они с Геной разговаривали. Он улыбался, что-то оживлённо рассказывал, показывая на мальчика на велосипеде. Она кивала, но держалась на расстоянии вытянутой руки, даже не обняла его. Просто разговор двух знакомых.

Через пару минут Даша попрощалась с Геной кивком и пошла обратно к нам. Её лицо было спокойным, без тени былой боли или напряжения.

— Ну что? — спросила я, когда она села.

— Нормально. Жена всё та же, хоть на брата посмотрела. Вот гуляют. Поинтересовался, как учёба и не собираюсь ли я замуж. Сказал, что если будут проблемы с учёбой — он может помочь, у него там знакомые. — Она пожала плечами. — Поговорили и всё. Звал в гости.

— И как тебе его новая семья? — осторожно спросила я.

— А нормально. Он выглядит спокойным, не таким заведённым, как раньше. Может, женитьба пошла на пользу. Мальчик симпатичный.

В её голосе не было ни ревности, ни обиды, было просто наблюдение, как будто она говорила о постороннем человеке, чья жизнь её слегка касается, но не более.