Глава 20 Возвращение в город

Пришёл август месяц, а с ним пришла пора собирать Дашу в школу.

— Мама, может, мы тут останемся? — с грустью спросила меня дочь.

Я присела рядом на кровать, гладя её по волосам. За окном золотился августовский сад, слышалось щебетание ласточек, круживших над крышей.

— Я тоже хотела бы остаться, солнышко. Но школа… Учёба важна.

— А здесь тоже есть школа! — воскликнула Даша. — Я спрашивала у Катьки, она говорит, там всего два класса вместе учатся, и учительница добрая, и домой близко!

Я смотрела на дочь — загорелую, с сияющими глазами, так отличающуюся от той бледной, вечно уставшей девочки из прошлого года, замученную родительскими проблемами и нелюбимыми занятиями. Здесь она расцвела, нашла друзей, научилась плавать и кататься на велосипеде.

— Нет, моя хорошая. В городе школа лучше, и ты хотела профессионально научиться играть на гитаре.

— Но, мама… — глаза Даши наполнились слезами. — Я не хочу назад в город. Там скучно, там одна бетонная коробка, а здесь… Здесь жизнь!

Она обвела рукой комнату, словно пытаясь заключить в объятия и старые стены, и яблоневый сад за окном, и всё наше деревенское лето.

— Я буду каждые выходные привозить тебя сюда, — пообещала я, сама чувствуя, как сжимается сердце. — И на все каникулы…

— Это не то! — вспыхнула Даша. — Я хочу просыпаться здесь каждый день! Слышать, как петухи поют, а не машины сигналят! Хочу бегать в школу с Катькой через всё село, а не ехать в душном автобусе!

— Во-первых, ты не ездишь в школу в автобусе, во-вторых, осень и зима — это тебе не лето. Дорог, моя золотая, тут нет, и придётся не бегать, а ходить по грязи до школы. Зимой ты тоже тут не особо нагуляешься. Сама же потом будешь ныть, что тут и пойти некуда и здесь скучно, — спокойно ответила я.

Даша упрямо сжала губы, но в её глазах появилась тень сомнения. Она смотрела в окно на утопающий в зелени сад, где ещё вчера так весело резвилась с деревенскими ребятишками.

— А… а можно попробовать? — тихо попросила она. — Хоть месяц? Если будет совсем скучно — вернёмся в город.

Я вздохнула, проводя рукой по её волосам. Вспомнила, как сама в детстве мечтала остаться у бабушки в деревне насовсем, но родители были непреклонны.

— Нет, солнышко, мы не остаёмся, — твёрдо сказала я, глядя в её наполненные слезами глаза. — Мы должны вернуться в город. Там твоя школа, твои друзья, твоя музыкальная студия.

Даша вырвалась из моих объятий и бросилась на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Её плечи вздрагивали от беззвучных рыданий. Я понимала её боль — сама чувствовала, как что-то сжимается внутри при мысли о возвращении в душную городскую квартиру, в этот бесконечный круговорот работы и домашних обязанностей.

Ирма, стоявшая в дверях, с сочувствием смотрела на нас обеих.

— Может, всё-таки… — начала она, но я прервала её:

— Решение принято. Завтра собираем вещи.

Вечером, когда Даша наконец уснула, мы с Ирмой сидели на кухне за чаем.

— Жаль, конечно, — тихо сказала Ирма. — Я уже привыкла к вам, как к родным.

— А ты разве не вернёшься в город? — спросила я её с удивлением.

— Нет, я подумала и решила ещё месяц тут пожить. Мне в школу ходить не надо, интернет тут ловит хорошо. Надо ещё огород убрать, заготовки до конца сделать. Пока тепло, я поживу тут, — улыбнулась она.

— И правильно, может, хоть твои отношения с Миколой сдвинутся, а то ходите все переглядываетесь, как дети малые. Мы с Дашкой вам мешаем.

— Не говори глупостей, вы мне не мешаете, — фыркнула Ирма. — Наоборот, мне с вами хорошо, и как-то ненапряжно, даже не думала, что так может быть.

— Мы будем приезжать, — обещала я, хотя сама понимала, что эти приезды будут нечастыми. Работа, учёба, городская жизнь…

На следующее утро мы начали собирать вещи. Даша помогала молча, с покрасневшими глазами. Когда мы выносили сумки в машину, во двор зашёл Микола.

— Слышал, уезжаете? — Он стоял, неловко переминаясь с ноги на ногу. — Как жаль… У нас тут без вас пусто будет.

Он протянул Даше маленький деревянный свисток, вырезанный в форме птички.

— Это чтобы не скучала по нашим деревенским птицам, — смущённо улыбнулся он.

Даша взяла подарок и неожиданно бросилась обнимать Миколу.

— Я буду скучать! — выдохнула она.

Ирма насовала нам полный багажник разных солений и варений.

— Чтобы приехали в следующие выходные, будем капусту квасить, — подмигнула она мне.

— Обязательно, — улыбнулась я. — Я поищу квартиру, сниму и мы съедем. Теперь с деньгами у меня полный порядок.

— Не говори глупостей. Всё равно я не меньше месяца буду жить здесь. Зачем квартире стоять пустой?

— Света, Даша, приезжайте в выходные. Сейчас грибы пойдут, — улыбнулся Микола. — По грибы сходим, на зиму запасов наделаем.

— Конечно, — кивнула я. — Ты за Ирмой следи.

— Обязательно, — он с нежностью посмотрел на нее.

Даша тяжело вздыхала, когда я засунула в машину последнюю сумку с вещами. Мурик тоже был недоволен тем, что его увозят из деревни.

— Ничего не поделаешь, дружочки, такая жизнь.

Когда мы тронулись в путь, я смотрела в зеркало заднего вида на удаляющийся дом, на машущую нам рукой Ирму, на фигуру Миколы у калитки. И чувствовала, как что-то важное и ценное остаётся там, в этой деревне, среди яблоневых садов и берёзовых рощ.

Город встретил нас серым небом и шумом машин. Квартира показалась тесной и безликой после просторного деревенского дома. Даша молча пошла в свою комнату и закрыла дверь.

Я осталась стоять посреди гостиной, глядя на груду сумок, и думала о том, что иногда взрослые решения бывают такими трудными, и правильными, наверное.

Первую неделю в городе прошли в суматохе. Мы с Дашей бегали по магазинам, школьным базарам и распродажам, пытаясь хоть что-то купить к школьному сезону. Я с тоской вспоминала все эти онлайн-площадки, где можно было разом купить всё нужное к школе, не выходя из дома. Вот этого, конечно, мне не хватало. В этом времени что-то было подобное, но там имелся не такой выбор, да и доставка долгая.

Даша встретилась со своими городскими подругами и как-то уже не особо стремилась возвращаться в деревню. Она с гордостью продемонстрировала им свои навыки игры на гитаре и даже спела несколько песен, а еще залихватски сыграла какую-то польку на скрипке, притоптывая ногами.

Как-то вечером, когда мы с Дашей пили чай на кухне, она неожиданно сказала:

— Знаешь, мама, а в городе тоже есть свои плюсы. Сегодня с Ленкой и Лизой ходили в новый парк — там такие классные площадки сделали! И в кино сходили…

Я с удивлением смотрела на дочь. За первую неделю она заметно изменилась — появился тот самый городской лоск, которого так не хватало деревенской загорелой девчонке.

— А в музыкальной школе, — продолжала Даша, — новый преподаватель по гитаре появился. Говорят, очень крутой. Я записалась на пробное занятие.

В её глазах снова горел тот самый огонёк, который я так любила. Тот самый, что зажигался, когда она осваивала новый аккорд или разучивала сложный перебор.

В субботу утром позвонила Ирма:

— Ну что, грибники ненастоящие? Капуста ждёт, опята уже пошли!

Я посмотрела на Дашу, которая в это время с энтузиазмом примеряла новую школьную форму.

— Знаешь, мы, наверное, в эти выходные не сможем, — осторожно сказала я. — У Даши завтра пробное занятие в музыкалке, да и к школе нужно подготовиться как следует…

В трубке воцарилась пауза.

— Понимаю, — наконец ответила Ирма. — Дела важные. А капуста подождёт. Ну, ничего, я Миколу запрягу, — рассмеялась она счастливым звонким смехом. — И ты была права.

— Кто к кому переедет? — деловито спросила я.

— Пока мы будем дружить, — загадочным голосом проговорила она. — А там посмотрим.

— Я рада за тебя. На следующие выходные мы обязательно приедем.