Так, стоп. Какая к черту луна? Он же на Марсе, мать его! Здесь нет Луны, а точнее, она очень далеко и почти не видна. А что есть? Гоша тихонько откинул одеяло и пустился на розыски трусов. Трусов поблизости не было, но тут он вспомнил вчерашний вечер. Секс с Миленой у окна, с видом на синий закат. Романтика, ёпт. Он подошел к окну и нашел под ним всю свою одежду. Там же валялись розовые кружевные трусики Милены с маленькой белой бирочкой. Новые надела, ухмыльнулся он. Ждала его, небось, сучка, а притворялась, что не хочет! Он с нежностью повесил трусики на спинку кровати.

В окне, сквозь стекло и мутновато-прозрачный купол виднелся месяц, а точнее, неопознанное светило в форме месяца, но меньше «нашего» раза в три. Он вспомнил, как кто-то из ученых (Пупа или Лупа, или оба сразу) рассказывал про два спутника Марса, которых зовут так же, как детей «настоящего» Марса — древнего бога войны. Фобос и Дэймос. Но на небе почему-то висел только один ребенок. Второй сорванец куда-то запропастился.

Гоша в трусах и с одеждой под мышкой нашарил свои тапки и вышел в коридор. В коридоре было почти тихо, раздавалось лишь еле слышное гудение. Он заметил источник гула — серый прибор, похожий на те, что он встречал на улице, только поменьше. Присмотревшись, он заметил в углу прибора белую надпись: «Генератор кислорода ГК-255 С». Дальше шли какие-то цифры, но Гоша уже потерял интерес. Зайдя в свою комнату, он чуть не окоченел. Мороз был такой, будто в прорубь нырнул. Радиатор! Кинувшись к окну, застывшими пальцам повернул рубильник до максимума. Затем вернулся в коридор — там все-таки было теплее. Из соседнего номера раздавались странные звуки. Гоша прислушался и услышал популярную кавказскую нейропесню: «Глаза чернее ночи». Рафик, вспомнил он. И чего не спится олигарху? От нечего делать Гоша постучал в дверь. Рафаэль ночному гостю в трусах не удивился:

— Заходи, дорогой! Водку будешь? Местная, свекольная. Оригинально, аж жуть.

— Да не, — отказался Степашкин. — Я так, ненадолго. Как тебе первый день на Марсе?

— Завтра с мэром встречаюсь. Будем перетирать то и сё. А сегодня только до магаза дошел. Ассортимент у них тут, я тебе скажу, неважнецкий. Но водка есть.

Затем олигарх пустился в рассуждения о местном металле. Оказывается, он здесь говеного качества, и делают его вообще неправильно, а вот его, Рафаэля, металлозавод мигом исправит ситуацию. Хотя постройка и займет несколько лет. Гоша немного послушал, но быстро начал клевать носом и похрапывать. Попрощавшись с соседом, он вернулся в комнату, которая была еще холодной, но уже не ледяной. Залез в кровать, натянул одеяло до самой макушки и с большим удовольствием уснул.

Впереди был новый сол, полный удивительных встреч и ужасных открытий.

Проснулся Степашкин от удушающей жары и ноющего под ребрами голода. Ему снилось, что он улетел с Марса и перебрался на Венеру, температура поверхности которой, как известно, превышает 451 градус, и отнюдь не по Фаренгейту. Ему даже приснилось, как Пупа с лицом Лупы (или Лупа с телом Пупы) отговаривал их с Рафиком от этой сомнительной вылазки:

— Колонизация Венеры не сравнима по затратам с колонизацией Марса, — нудно вещал ученый. — Для начала ее придется охладить градусов на четыреста.

— Пар костей не ломит! — бурно возражал армянин. — Лучше упариться до смерти, чем околеть от холодрыги.

И вот они вдвоем уже летят в прозрачной капсуле в самое пекло обманчиво голубой планеты. Два маленьких и отважных идиота без технического образования. Страшная догадка пронзает Гошу. Сейчас они сдохнут! А ведь он еще так молод.

— Мама!!! — в отчаянии вопит он.

— Мимо! — ехидно вторит космическое эхо.

И тут он проснулся.

Сел на постели. Почесал нос. Почему же так жарко, черт возьми? А, радиатор! Вчера он сдуру выкрутил его на полную мощность. Ночью температура в номере была нормальной, но после восхода солнца резко потеплело, и в комнате стало невыносимо жарко. Главная проблема Марса — не холод, озарило Гошу. И не жара, из-за которой эта пустыня порой напоминает Сахару. (Гоша не был в Сахаре, но читал «Айболита», так что мог себе представить). Главная проблема — резкие переходы от одного состояния к другому. Пупа с Лупой объясняли, что это из-за разреженной атмосферы. Будь она плотнее, возникал бы парниковый эффект, как в теплицах с огурцами. Хотя на Земле, как смутно помнил Гоша, парниковый эффект считается вредным, и западные экологи с ним борются путем гейпарадов. Но вот на Марсе такой эффект очень бы не помешал. И когда Пупа с Лупой закончат свои мегапроекты по созданию магнитного поля и атмосферы, ситуация изменится, а пока…

Гоша отключил радиатор. Осмотрев прибор, он заметил дисплей, на котором можно выставлять желаемую температуру. Ладно, будет знать. Сейчас дисплей показывал 48 градусов Цельсия. Блин!

Степашкин наскоро привел себя в порядок и сбежал из комнаты-печки на завтрак. В столовой отеля было прохладно и немноголюдно. Три столика занимали знакомые ему лица, прибывшие на «Ярило-9», еще три — незнакомые парочки. Одна из женщин была глубоко беременной. Георгий плюхнулся за столик к Милене с Тамарой и Рафиком. К Гоше сразу подошел кучерявый официант и поинтересовался, что он будет на завтрак:

— Овсяная кашка, манная кашка, картофельная запеканочка и жареные яички с помидорами.

Жареные яички прозвучали довольно пикантно. Кучерявый, конечно, мог сказать «яичница», но, видимо, не сумел воткнуть в яичницу уменьшительно-ласкательный суффикс.

— И всё? — удивился Гоша. Последний хостел в Люберцах предлагал завтраки поинтереснее. А тут — лучший отель в центре города! Правда, он же и единственный, так что чего им напрягаться? Все эти законы экономики пронеслись в его голове за пару секунд, пока официант отворачивался, чтобы чихнуть.

— Еще напиточки, — любезно пролебезил официант, вытирая рот рукавом, — Чай, водичка?

— Эээ… — Гоша был совсем сбит с толку. — А кофе можно?

— Кофе у них нет, — пояснила Милена. — И нихрена больше нет. Можешь даже не спрашивать. Ешь, что дают.

— Кофеёчек есть за отдельную плату, — встрял официант.

— Эта плата больше, чем все твои командировочные, — обломала злая рыжая женщина. — И запеканку не советую. Там только картошка и лук. Фарша несколько крошек, если откопаешь.

— Мне яичк… — Гоша запнулся. — Яичницу с помидорами. И черный чай.

— Самое смешное, что даже я местный кофе не могу себе позволить, — сообщил олигарх.

Ситуация с деньгами на Марсоруси была интересная. Поскольку интернет имелся только свой, внутренний, то и никаких земные приложения не работали. Они, впрочем, и не требовались. Для финансовых расчетов имелось свое, марсорусское банковское приложение, которым пользовались все местные жители, поскольку бумажные деньги на Марсе отсутствовали (как и сама бумага). Редкие туристы и командировочные тоже первым делом устанавливали это приложение. Но вот где взять денег? Для этих целей существовала система обмена. Турист еще на земле уплачивал определенную сумму, а прилетев на Марс, получал ее на счет.

Загвоздка состояла в том, что эта сумма была строго ограничена, как и ограничены были все марсианские ресурсы (кроме бесконечного песка и бескрайнего простора). Даже олигарх не мог взять с собой больше определенного, весьма скромного лимита. Иначе существовала опасность, что он скупит все местные товары и продукты, а марсиане останутся на бобах. А точнее, даже и без бобов. Обо всем этом Гоша узнал еще на корабле. До отлета он совсем не интересовался финансовой стороной. Командировочные выделяла бухгалтерия, а ему много и не надо было.

Впервые о своем ограниченном бюджете он задумался вчера в «Зеленом доме», когда мрачный официант в черной бандане принес счет. К счастью, Игорь Петрович не разрешил ему заплатить. Хотя Гоша не очень-то и рвался, так, разок пробормотал из вежливости. Но сумма впечатляла. Как в лучших ресторанах в центре города. Хотя это и был лучший ресторан в центре города. Лучший, потому что единственный (если не считать бар и кафе при отеле). Тут-то Степашкин и приуныл. Отель у него забронирован на две недели с продлением. Через две недели прилетает следующий почтовой корабль, на котором он может теоретически получить место, если успеет завершить дела. Хотя он, конечно, не успеет. Но отель ладно, можно продлить за счет конторы, а вот чем питаться? С учетом местных цен денег оказалось совсем в обрез.