А завтра, как обычно: будильник, кофе, бегом на работу, маршрутка битком, потом ворошить свои архивы, как будто их сегодня было мало...

В памяти отчётливо прозвучал надменный голос вчерашнего незваного гостя: "Готова и дальше бессмысленно перекладывать с места на место никому ненужные бумажки? И так до конца жизни, с утра до вечера, пять дней в неделю, покрываясь пылью в этом своём отделе кадров? Завидная перспектива, что тут скажешь!"

– Перспектива как перспектива! Не хуже других, ­ – буркнула она себе под нос, свернула на узкую тропинку между двумя детскими садами и вскрикнула испуганно.

Ева не любила ходить тут вечерами. Здесь всегда было сумрачно из-за высоких деревьев. Пара фонарей не спасала ситуацию. По обе стороны тянулись заросшие кустами заборы, и эта невозможность свернуть куда-либо Еву всегда напрягала, если не сказать больше.

Но иного пути домой не было. К счастью, этой дорожкой пользовались многие, обычно здесь было людно.

Вот и сейчас навстречу Еве шагнули какие-то подростки, и та едва сдержалась, чтобы не ударить их сумкой.

Физиономии у пацанов были разукрашены люминесцентной краской. В темноте сверкали жуткие оскалы черепов. У Евы ноги подкосились, а компашка с довольным хохотом проследовала мимо.

– Придурки! – прошипела она и, уже пройдя шагов десять, припомнила, что сегодня Хэллоуин. Молодежь просто веселится…

Самайн. Всякая нечисть сегодня выползает из щелей и потешается над людишками.

Ева мысленно усмехнулась. Желая стряхнуть нервное напряжение, дальше она пошла, негромко напевая под нос:

Крепки засовы на дверях, железные крюки Не подпускают к дому племя Каина. Ты мне не рада? Не подашь руки, Когда в ночи горят огни Самайна Горят огни холодного Самайна.

Да уж… И откуда в ней эта любовь к странной музыке?

К счастью, мрачную песенку, спетую осипшим голосом, никто не услышал – ни одного человека навстречу.

Где-то в самом конце тропинки мигал, проглядывая сквозь редкую листву, желтоглазый фонарь. Ева чувствовала, как её охватывает дрожь. Хотелось бы списать это на промозглый осенний вечер, но тёмная пустая аллея внезапно показалась опасной и пугающей.

Мне жаль, что всё закончится печально. Мне правда жаль. Взгляни на небосвод – Пока ещё видны огни Самайна Видны огни... [1]

Песня оборвалась на полуслове. Смолк цокот её каблучков. И в шелестящей дождём тишине Ева отчётливо услышала, как гулко забилось её собственное сердце.

Что-то там, впереди, напугало до мурашек. Она остановилась, пытаясь разглядеть и понять, что там шевелится впереди, скрытое тенью облетевших кустов.

Первая мысль – собака. Но нет, это был человек. Только на четвереньках.

Ева, наконец, позволила себе снова дышать. Должно быть, какой-то пьянчуга переусердствовал, отмечая «традиционный русский праздник» Хэллоуин. Передвигаться на своих двоих он оказался уже неспособен и теперь барахтался в луже, безрезультатно пытаясь встать.

Это даже издалека выглядело неприятно и отталкивающе, и Ева замерла на месте, обернулась с тоской. Но позади, как назло, не оказалось ни одного прохожего. Другой дороги нет, придётся пройти мимо этого неприятного субъекта, что корчится в грязи на асфальте. Не стоять же тут целый час в ожидании чуда.

Ева поправила сумочку на плече, стиснула тонкий ремешок, прикусила губу и решительно двинулась вперёд.

Она мысленно успокаивала себя тем, что человек, который даже не может самостоятельно подняться с земли, вряд ли способен причинить ей какой-то вред. Если вдруг сунется, достаточно будет его толкнуть, и он снова неуклюже развалится на дороге. Но страх и тревога уже настолько овладели ею, что она была готова броситься мимо пьяного со всех ног. Так ей казалось...

Но ноги отказали и приросли к земле.

К тому, что она увидела, Ева оказалась совершенно не готова.

Сначала подумалось, что это тоже шутка от любителя Хэллоуина. Пьянчуга, заслышав её торопливые шаги, прекратил свои конвульсивные подёргивания, вскинул голову. И даже в вечернем сумраке Ева разглядела жуткую перекошенную звериную морду. Уродец напоминал персонаж из старых ужастиков – такой вот нелепый грим, который на экране смотрелся немного смешно, а вот на тёмной, вечерней, пустынной улочке испугал до полусмерти.

(Отрывок из книги "Дева для властелина")

ТОЛЬКО ДЛЯ ЧИТАТЕЛЕЙ СТАРШЕ 18 ЛЕТ!

– Придётся устроить небольшой маскарад… Надень, пожалуйста! – Айден помог Коре накинуть поверх одежды свободный и длинный балахон, из лёгкой ткани, вроде старинного хитона, только ещё и с глубоким капюшоном. – Мы пойдём через Город Мёртвых. Тебя могут увидеть. Не хочу, чтобы кто-то понял, что ты живая. Или увидел твоё лицо.

Кору такое преображение только позабавило, она высунула нос из капюшона. Айден, протянув обе руки, откинул тонкую ткань с её головы, осторожно и бережно, как свадебную вуаль с лица невесты. Такое сравнение, пришедшее на ум, опять вогнало Кору в краску.

А Айден улыбнулся слегка:

– Пока в этом нет необходимости. Я скажу, когда нужно будет накинуть капюшон. А пока… я хочу видеть твоё лицо. Ну? Идём?

– Что такое? – нахмурилась Кора.

– А что? – он попытался сделать вид, что всё в порядке.

– Что с тобой? – не отступила Кора. – Куда ты меня собрался вести? Почему так волнуешься? Это какое-то опасное место?

– Нет, нет, – покачал он головой. – Бояться нечего. Я… просто до сих пор не уверен, что это хорошая идея. Не знаю, как ты среагируешь. Надеюсь, что радости всё-таки будет больше… чем слёз…

– Вот теперь ты меня запугал окончательно, – нервно усмехнулась Кора. – Идём скорее, пока я вообще не передумала!

Он кивнул и приглашающе пропустил вперёд.

Сначала путь напоминал их первую прогулку. Однообразные пещеры, чуть подсвеченные тусклым фосфорным светом. Только Кора уже начинала немного ориентироваться в этих лабиринтах и понимала, что идут они в другую сторону – противоположную от Пещеры Светлячков.

Шли довольно долго, и чем дальше, тем светлее становилось в подземельях. Гроты попадались всё обширнее, просторнее.

И вот, наконец, они вышли в такую огромную и светлую пещеру, что Кора ахнула от восторга. Она замерла на месте, разглядывая с каменного выступа, раскинувшуюся панораму. Огромнейший грот, с пологими стенами, изрезанными множеством троп и лестниц.

А внизу, по одной стороне пещеры, бежит полноводная река, а в центре, словно в плодородной земной долине, расположился самый настоящий город. Он напоминал древние поселения Эллады – множество невысоких белокаменных зданий, узкие улицы, мощенные мраморными плитами, круглая площадь с амфитеатром.

– Вот и Город Мёртвых, – доложил Айден. – Теперь лучше тебе скрыть лицо.

– Какой он красивый и светлый! – не удержалась от восторженного комментария Кора, натягивая послушно капюшон. – Так неожиданно…

– А ты думала в Царстве Мёртвых кругом один мрак и страх? – усмехнулся Айден, оборачиваясь и подавая ей руку, ведь впереди их ждал спуск по довольно крутой и несколько пугающей лестнице без перил.

– Было такое подозрение, – шутливо призналась Кора.

– Ты так решила, потому что я люблю чёрное? – подмигнул весело Айден.

– Исключительно поэтому, – рассмеялась Кора.

Они больше почти не разговаривали, пока спускались по склону вниз – приходилось смотреть лишь под ноги и думать о том, как бы не упасть на опасных ступенях. Айден шёл чуть впереди, подстраховывая её, и держал за руку.

И Кора с удивлением осознавала, что ей не хочется выдёргивать свою руку из его тёплой ладони – было в этой заботливой поддержке, в том, как крепко, но бережно он сжимал её пальцы, нечто такое надёжное, настоящее, основательное. Будто Айден снова укутал её в мягкое покрывало, от всяких неприятностей спрятал.

Как ему это удаётся?

Его близость почти перестала пугать Кору.

Вот, пожалуй, только сегодня у бассейна она оказалась не готова к тому, как он на неё смотрел. Но ведь не тронул! А взгляд… это только взгляд. Иногда её собственные глаза тоже не подчинялись хозяйке.