Кася вниз глянула, а трава у её ног вся кровью алой залита. В глазах тотчас потемнело, грудь сдавило – не вздохнуть. Так, цепляясь за забор, медленно в ту кровавую траву и съехала.

Встать уже не смогла. Ползком на дорогу выбралась, упала в стылую грязь – авось, кто ехать мимо будет – заметит, поможет. Да кого в эту глушь на ночь глядя понесёт?

Если бы Мачей дома был, отвёз бы её сейчас в деревню. Там и знахарь есть толковый, и повитуха умелая, бабка Ядвига… Там бы помогли, выходили. И её выходили, и дитятко.

А теперь что? Помочь некому. Так и сгинет тут одна. И первенец её света белого не увидит. Горе-то какое! Ведь и не пожила ещё толком.

Кася уже почти не чувствовала боли, лишь ледяной могильный холод, ползущий по ногам и рукам, заполнявший всё тело.

– Мачей! Мачей! – в этот последний безнадёжный крик она вложила все оставшиеся силы.

Где же он?! Когда он так нужен…

Всё из-за него окаянного! На свадьбе клялся, что любить будет, заботиться, что горя с ним не узнает. А как беда пришла, так никого рядом…