- Принято, босс. Три бойца прикроют вас до посадки, остальных тотчас распределю.

Я и одиннадцать человек моих парней, без каких-либо помех и обнаружения посторонних людей поблизости, покинули домик в горах и взяли курс на Стамбул.

Через семь часов, сложенных из пути до международного аэропорта и последующего перелета чартером до пакистанской Кветты, мы разместились в трех арендованных внедорожниках, чтобы добраться до условленного места встречи с курьером недалеко от границы с Афганистаном.

По дороге я получил звонок с анонимного номера:

- Дядя, курьер намекнул мне, что он не последний в передаче товара. Пакистанец догадался, что нас пасут и дал понять, что концы уходят в Афганистан, а то и дальше.

- Пайам, ответь мне честно на вопрос: сколько девочек вывезли из Эсватини?

- Не понял! Одну!

- Имя?

- Нолихву, чернокожую...

- Не ври!

- Дядя, о чем речь?

Меня насторожили интонации племянника.

Прёт и не свернет! Слишком быстро отвечает. Будто готовился к подобным вопросам. Словно за этой историей стоят или более крупные суммы, чем он провел по черной бухгалтерии, или на него уже вышли и давят другие серьезные люди.

Что-то нечисто с доказательствами.

- Я получил предъяву, в которой указаны две дочки типа, устроившего нам всем войну. Его киллеры убили Махди.

- Ох! Махди? Но я знаю только о той, что мы передали покупателю... Или кто-то играет свою игру за нашими спинами. Ведь три года никто никого не искал! Что теперь будет?

- Ничего хорошего, Пайам, смени весь гардероб и обувь. Разденься наголо. Понял? В твоих шмотках жучки. Купи новые сим-карты. Как сделаешь, исчезни. А пока, до следующей связи, как условлено.

Положил трубку, но отвлечься не смог. На автомате стал прокручивать ответы племянника. Зачем ему врать? Напрягла фраза, будто выдавшая его: "Кто-то играет свою игру за нашими спинами"...

Я не сомкнул глаз ни во время перелета в Кветту, ни по дороге до селения, где мы должны были встретиться и поговорить с пакистанским курьером.

Не забыл имя этого человека. Потому что Камрана знаю более десяти лет и не сомневался в том, что он выложит без утайки всю известную ему информацию о дальнейшей судьбе похищенной свазилендки. Вернее, хотя бы об одной из них.

Но стресс и нервозность взяли свое.

Я отключился, закрыв глаза буквально на несколько минут, и мне привиделась Михаэля.

Коротко.

В знакомом до боли сне. Я его уже видел!

И её - мою женщину.

Как наяву!

В длинном медового цвета шифоновом платье, что я подарил ей во время отпуска в Марокко, с неприкрытыми волосами, без хиджаба.

Хотел обнять ее и даже сделал несколько шагов навстречу, но вдруг передо мною возникло море.

Глубокое.

Как мои чувства, которые не исчерпать.

Любимая, как птица, вспорхнула в своем разлетающемся на ветру платье.

"Там чужой берег моря любви", - прошептал кто-то.

Последнее, поразившее меня в этом сновидении - необыкновенно длинные пшеничные волосы, развивающиеся на ветру.

Как паутины бабьего лета.

Без начала и конца.

Над лазурной гладью такого же безграничного моря.

Летели. Летели.

От меня.

Удалялись.

"Хоть бы не навсегда, Всевышний!" - взмолился и почувствовал влагу в глазах...

- Мы прибыли, господин. - повторил второй раз сидящий рядом Ашкан.

Я вздрогнул и проснулся, тут же вытирая мокрое от слез лицо.

На зазвонившем айфоне высветилось имя: Делшад.

- Есть предположение, что деньги были переведены не через пакистанский, а афганский банковский аккаунт. Айтишник нашел кодовые слова на их диалекте пушту, сейчас работает над именем и адресом владельца счета. Так мы вычислим покупателя!

- Хорошо. Но рано расслабляться. Последний может оказаться промежуточным звеном, а не покупателем. Когда ты смотрел то, что я тебе поручил?

- Перед звонком вам. По этому вопросу стабильно. Адрес тот же.

- Понял. Если заметишь малейшие изменения, сообщи в любое время суток. С этой минуты переходим на почасовое наблюдение.

- Хорошо, босс.

- Жду следующих результатов по банку. Отбой.

- Босс, пойдете в дом или нам привести Камрана к вам? - поинтересовался Ашан.

- Не будем терять времени, идем все. Чем скорее узнаем, кому передан был товар, тем быстрее найдем африканку, договоримся по цене выкупа и отправим на родину... Еще бы вторую отыскать.

- Оружие при вас?

- Думаешь, нас ждет сюрприз?

- Как-то очень спокойно все тут, народу вообще не видно на улице...

Я вышел и огляделся. По неровной, без какого-либо покрытия, улице с кое-где глиняными, саманными, а чаще кирпичными домами гулял ветер. Из узкой канавы, прорезанной сбоку в каменистой почве, парило вонючим и едким.

Послеобеденное время. Правда, солнце печет неимоверно.

Где жители села? Или у них сейчас время молитвы? Почему даже детишек не видно?

- Здесь. Рассредоточились! - скомандовал Ашан, продвигаясь к халупе из красного кирпича под плоской крышей.

Я смотрел и удивлялся нищете. Ни забора, ни ворот. Куры, ходящие вразброд рядом, роясь в пересохшей от жары земле, поднимают пыль. Их оперение припорошено серым слоем грязи.

- Неужели посредник здесь живет? - пробормотал я, предполагая, что средств, которые Камран зарабатывает при доставке живого товара, должно с лихвой хватать на небедное существование.

Через глазницы небольших окон из-за сдвинутых плотно каких-то старых покрывал или отслуживших свое женских шалей, но не привычных занавесок, не говоря уже - штор, ничего нельзя было рассмотреть.

По мере приближения к входу, трое верных секьюрити еще теснее взяли меня в кольцо.

- Не так близко. - поморщился от чьего-то запаха пота.

Неудивительно. Воздух и все вокруг плавились от зноя под сорок.

Из дома навстречу к нам вышел Камран.

- As-Salаmu `alaykumu (*мир вам).

После приветствия хозяин дома пригласил нас войти.

По незаметному кивку Ашана за посредником сначала последовали двое наших бойцов. Когда в проеме двери показалась рука одного из них, показывающая жестом, что можно войти всем, я и трое моих парней протиснулись в узкую арку, прикрытую несвежей гардиной.

- Ты здесь давно живешь? - спросил, усаживаясь напротив Камрана.

- Нет.Вообще не мой дом. Дальняя родня - племянница троюродного брата живет здесь с мужем и пятью детьми. Я использую их гостеприимство во время рабочих поездок в этот район. Заодно и проведываю, помогаю материально.

- Понятно. - кивнул, оценив сразу слишком незначительные денежные вливания для поддержки многодетной родни.

Нищета сквозит из каждого угла помещения без мебели, с истертыми ковриками на полу и подушками, вместо стульев.

- Угощайтесь, свежая домашняя прата* и чай для вас (*пакистан. лепешка, испеченная в масле), племянница и ее дочки приготовили.

Из уважения я отломил кусок и попробовал немного хрустящую, вкусную и сытную выпечку.

Камран положил на стол небольшой листок сероватой бумаги.

- Здесь имя и адрес человека, с которым я работаю шесть лет и пока никаких проблем у нас не возникало. Как только понял, что вы ищите след африканки, разыскал через моего подельника всю информацию. Да поможет вам Аллах!

- Пусть поможет, - согласился я, читая написанное и тут же позвал Ашана.

- Возьми. Отправь сразу туда одну машину с четырьмя бойцами. Мы выедем следом. Пусть парни найдут и охраняют курьера, пока мы не прибудем на место. А пока, воспользуемся твоей гостеприимностью, Камран. Что еще ты можешь мне рассказать о той чернокожей девушке?

- Чтобы вы не сомневались, покажу вам в своем айфоне фотографию. - сказал курьер, нажимая на значок камеры в телефоне. - Всегда фиксирую передачу товара. Смотрите - это она рядом с курьером, его лицо не снимал, а она - в целости и сохранности.

- Скинь мне на мобильный. Вот номер, - попросил его.

Получив сообщение, я коротко взглянул на лицо проданной африканки и завис.