— Я просто хотел погулять с девушкой, которая мне нравится! — не сдавался сын.

— А о последствиях не подумал! — продолжал бушевать король.

— Извини, не подумал, — произнёс Арвизар. — Надеюсь, ты не заставишь меня выдумывать опровержение?

— А вот надо бы! — процедил Станворд, но тут же немного смягчился: — Ну и что будем с этим делать?

— Да пусть обсуждают, — отмахнулся принц. — Пошумят и затихнут.

— Это обыватели пошумят и затихнут, — возразил его величество. — А у знати могут возникнуть совершенно не нужные нам вопросы.

— Нам на эти вопросы отвечать не нужно? — спросил его Зар. — Не нужно. Вот и не будем раздувать из этого проблему.

— Смело, — ухмыльнулся король. — Но предупреждаю – после следующей статьи разговор будет другим.

— Понял тебя, — пообещал наследный принц сохранять конспирацию.

— Кстати, Жерсан пошёл на сотрудничество, — сообщил Станворд, когда мы уже собрались уходить.

— По всем пунктам? — уточнил Гринальд.

— Да, — кивнул его величество. — Так что завтра тебе придётся провести денёк в его обществе. — А сегодня, Зар, мы с тобой едем туда, где он спрятал тело Дойвират. Ты готов?

— Готов, — решительно ответил сын.

— Тогда собирайся. Кстати, Луссию кто-нибудь сегодня видел? А то она на завтрак не пришла.

Все помотали головами – королева-мать действительно с самого утра не выходила из покоев.

— Мы с Яной заглянем к ней, — сказал Грин и кивнул мне, мол, пойдём.

Идти недалеко, поэтому через полминуты мы уже заходили к Луссии. Покои были заперты, но она открыла нам (вернее, Грину) дверь, после чего вернулась в кресло и замерла в нём с отрешённым видом.

Королева-мать выглядела ещё хуже, чем вчера. Под глазами были мешки – кажется, она совсем сегодня не спала. Морщины на лице стали пугающе глубокими.

— Бабуль, тебе нужно подышать воздухом, — посоветовал принц, присев перед ней на корточки.

Я скромно встала в сторонке.

— Подышала уже, — буркнула Луссия, глядя в одну точку.

Очевидно, под этим она подразумевала поездку в Медвежьи горы.

— Забудь об этом, — произнёс Гринальд, на первый взгляд, странную, но на самом деле, осмысленную и провокационную фразу.

— Не могу, — бросила её величество, однако тут же осознала, что ляпнула не то, что следовало. Но раз уж сказала «а», решила добавить и «б»: — Уже ничего не исправить, понимаешь?

— Ты даже не пробовала, — возразил внук.

— Да чего там пробовать, когда всё бесповоротно испорчено, — безжизненным тоном промолвила Луссия.

— Я бы не был столь категоричен, — заверил её Грин.

— Ты молодой, у тебя всё легко, — вздохнула бабушка. — Однажды ошибся, в другой раз умнее будешь. А в моём возрасте ошибка равносильна катастрофе.

— Ну, если ничего сделать уже нельзя, то да, — согласился принц. — Но в данном случае шанс есть, и ты это прекрасно знаешь. Всё в твоих руках.

Луссия устремила на него пристальный и безумно грустный взгляд.

— Всё, Гринальд, ступай, — сказала она. — Хочу побыть одна.

Принц молча кивнул, поднялся и, бросив взгляд туда, где стояла я, направился к двери. Я, неслышно уступая по ковру, присоединилась к нему и вышла в коридор первой.

— Всё, как и предсказывал отец, — констатировал мой оборотень, когда мы вернулись в свои покои. — Бабуля не может даже помыслить о том, чтобы самой ехать к Гертмуру и попытаться всё объяснить, извиниться. Это против её принципов.

— А он, кстати, простит её? — засомневалась я. — А то мы тут мечтаем, мечтаем, а Гертмур как возьмёт, да пошлёт её куда подальше.

— Ну, это смотря, что она ему скажет, — произнёс Гринальд. — Не исключено, что бабуля при встрече всё окончательно испортит. Впрочем, это действительно лишь мечты, потому что ехать она, кажется, никуда не собирается.

***

Прошло три дня

Сегодня королевская семья захоронила на фамильном кладбище останки её величества Дойвират. Событие не стали предавать огласке – церемония прошла в узком семейном кругу.

По идее, королеве полагалось место в родовой усыпальнице, но Станворд решил, что Дойвират не заслуживает столь почётного пристанища и должна быть погребена среди не самых близких родственников.

Это был единственный раз за последние дни, когда королева-мать появилась на людях. На трапезы в столовую она не приходила. Где и как питалась, никто не знал. Возможно, вообще голодала. Но когда ей рассказали про Жерсана и Дойвират, Луссия на время ожила и на траурную церемонию пришла.

Кстати, Гринальд поведал мне, что бабушка пребывала в уверенности, что к исчезновению невестки приложили руку оборотни. И каково же было её удивление, когда выяснилось, кто повинен на самом деле. Может быть, из-за этого королева-мать на удивление спокойно проглотила вскрывшуюся правду об измене Дойвират.

Одним словом, отстояв недолгую панихиду, Луссия вернулась в свои покои и не выходила оттуда до самого вечера.

А вечером...

Мы, в смысле, я, Гринальд, Арвизар и Кальвисса сидели в наших покоях, обсуждая последние события. Я была в платье и туфлях, поэтому, когда к нам постучалась Луссия, мне пришлось срочно раздеваться и присутствовать при разговоре инкогнито.

Каждый про себя гадал, с какой целью пожаловала её величество. Никто не понимал, к кому именно она пришла. Покои вроде как Гринальда, но Луссии мог понадобиться и Арвизар, которого она, например, не застала у себя. То, что ей нужна Кальви, был наименее вероятный вариант.

Обведя всех нас (по мне просто скользнула глазами) каким-то трагическим взглядом, королева-мать села в кресло и вздохнула.

— Ребята, — обратилась она сразу ко всем. — Мне нужна ваша помощь.

— Внимательно тебя слушаем, — произнёс Арвизар.

Некоторое время Луссия молчала, словно слова застряли у неё в горле.

— Поможете мне найти Гертмура? — спросила она... с мольбой в глазах. Да-да, с мольбой. — Мне нужно узнать, где он живёт. Станворда я не хочу отвлекать от дел, поэтому и пришла к вам.

Лично мне показалось, что она просто стыдиться обращаться к сыну с подобной просьбой. Возможно, и вовсе думает, что он осудит её стремление разыскать оборотня.

— Конечно, поможем, — охотно согласился Арвизар.

— Обязательно! — пообещал и Грин.

Кальвисса же закивала с видом человека, который почуял, что намечается нечто интересное.

— О Гертмуре известно совсем немного, — продолжила королева-мать. — Он владеет мебельной мануфактурой. Вдовец, есть двое детей – сын и дочь.

— На самом деле, это не так уж мало, — заметил Гринальд. — Особенно информация о мебельной мануфактуре.

— Думаешь? — Луссия устремила на младшего внука полный надежды взгляд.

— Угу, — улыбнулся мой оборотень и едва заметно подмигнул брату.

Что, он знает Гертмура? Знаком с ним?

— Уверен, результаты будут уже скоро, — произнёс Арвизар, глядя на бабушку.

— Вот спасибо-то! — королева-мать улыбнулась – лично при мне сие было впервые.

Но почти тут же она снова стала серьёзной и сосредоточенной.

— Тогда я пойду, пожалуй, — засобиралась резко. — Вы, как только что-нибудь выясните, дайте мне знать.

— Непременно! — пообещал Зар.

Поднявшись с кресла, Луссия ещё раз поблагодарила внуков и отправилась к себе.

— Как говорят у нас, лёд тронулся, — заметила я с усмешкой.

— Ты его знаешь?! — насел на брата Зар.

— Лично я с ним незнаком, — ответил Грин. — А вот маме Герт хорошо известен – он из её клана.

— Так что ж вы молчали-то?! — возмутился наследный принц.

— Так никто и не спрашивал, — ненавязчиво прокомментировал мой оборотень.

— Вот не знал-то, что спрашивать надо! — протянул Арвизар, закатив глаза.