Яна

— Грин, можно я с тобой в архив? — спросила своего оборотня.

— Конечно, — с этими словами мужчина крепко прижал меня к себе. — Переживала? — спросил ласково.

— Ещё как! — призналась честно. — Это же Жерсан!

— Теперь это имя больше не должно тебя пугать, — успокоил меня Гринальд.

— Очень надеюсь! — протянула я и содрогнулась, вспомнив, как Жерсан домогался меня, усевшись сверху и лишив возможности двигаться. — Оказывается, эта сволочь опасна даже в постели, — добавила с отвращением.

— Да уж, — презрительно бросил принц. — Такое даже представить трудно.

— Странно, что пострадала только королева, — заметила я.

— После того случая, думаю, он стал вести себя с партнёршами осторожнее, — сказал Грин. — По крайней мере, из дворца больше никто бесследно не исчезал. Ладно, пошли в архив, — он выпустил меня из объятий и за руку потянул к выходу.

В архиве мы провели около получаса. Гринальд долго перебирал пожелтевшие учётные журналы, пока наконец не наткнулся на нужную запись. Там действительно было написано, что горничная Сильма Ронс уволилась со службы спустя двадцать пять дней после исчезновения её величества Дойвират.

После мы заглянули в гостевое крыло – в те покои, где произошла трагедия. На камине действительно обнаружилась миниатюра – изображение на ней совпадало с описанным Сильмой. Надо же – за столько времени её так никто и не умыкнул. Что ж, порядочная прислуга – это безусловный плюс.

Ну а уж спальню я хорошо помнила – именно в ней просидела полтора часа, зажмурившись и зажав руками уши.

Вернувшись в покои, обнаружили там Рильду. Через четверть часа подтянулись Станворд, Арвизар и Кальвисса. В глазах всех троих по-прежнему сверкали молнии, из чего напрашивался вывод, что сладко Жерсану не пришлось.

— Он сознался? — спросил Гринальд.

— Пока нет, — зло мотнул головой Станворд.

— Что будем с ним делать? — последовал другой, не менее важный вопрос.

— Хоть жертвой и стала королева, — начал рассуждать его величество, — убийство непреднамеренное, поэтому наказание в виде казни Жерсан не заслужил. А вот пожизненное заключение – очень даже. Но у него будет возможность сократить себе срок. Во-первых, если он признается в преступлении и покажет, где спрятал тело. Во-вторых, если передаст нам в руки все нити своей агентурной паутины. В совокупности же послабление наказания будет весьма ощутимым. Собственно, всё это я ему уже изложил.

— Согласна с твоим решением, — сказала Рильда.

— Я тоже, — кивнул Гринальд.

Ну и я ничего не имела против. Правда, вслух говорить этого не стала. Кто я такая, чтобы давать оценку решениям короля?

— Яна, а ты как считаешь? — вдруг поинтересовался моим мнением Гринальд.

Ну ничего ж себе!

— Поддерживаю, — ответила смело.

Могла бы конечно, вспомнить ещё и о своём похищении, но в сравнении с убийством королевы это такой пустяк. Хотя тогда, в подземелье, мне сие пустяком не казалось. Да и вообще, если посмотреть с другой стороны, это была поимка вражеского лазутчика. Но в любом случае, предъявить Жерсану подобное обвинение, это, считай, публично раскрыть своё существование, чего делать никак нельзя.

— Кстати, — в глазах Арвизара вдруг вспыхнул нехороший огонёк. — А мы... — он бросил взгляд на сестру, а потом перевёл его на отца. — Мы точно твои дети?

— Точно! — с уверенностью кивнул тот. — Уж я-то родную кровь в вас чувствую.

— Ну что, на этой оптимистичной ноте закончим на сегодня? — обратилась ко всем Рильда. — Вроде всё важное обсудили.

— Пожалуй, — согласился Станворд и устремил выразительный взгляд на старшего сына: — А тебя, Зар, я попрошу остаться.

— Тогда уж и мы останемся, — с вызовом произнёс Гринальд.

— Ладно, — кивнул король, подумав пару секунд, и сосредоточился на Арвизаре. — Как прошла экскурсия? — полюбопытствовал он тоном, от которого потягивало холодом.

— Замечательно, — ответил наследный принц. — Наши друзья узнали город ещё лучше.

— На чём вы, как я полагаю, распрощались? — спросил его величество утвердительным тоном.

— Не со всеми, — сказал Зар. — Мендина с Лайгертом действительно уехали домой, а вот Веллиорана осталась погостить в столице.

— Погостить ли? — отчеканивая каждый слог, уточнил король.

— Ты что-то имеешь против? — вскинул бровь принц.

— Смотря, насколько далеко зайдут ваши отношения!

— Мне казалось, что оборотни не входят в список твоих антипатий, — парировал Арвизар. — А кровь, как ты сам понимаешь, у неё королевская.

— Между прочим, уникальным сочетанием королевской и оборотнической крови до сих пор мог похвастаться лишь один человек в мире, — заметила Рильда, с улыбкой посмотрев на Гринальда. — Вернее, оборотень, но не суть важно. И это не какой-то там повод для бравады – что Грин сильнее Зара в магии, для тебя не секрет.

— Да и то это лишь приятное и полезное приложение к главному, — подчеркнул Зар. — Счастливый сын – это для тебя вообще ничего не значит?

— Конечно, значит, — кивнул Станворд. — Но ты же прекрасно понимаешь, кто мы. И наша политическая репутация складывается не только из того, что мы делаем и с кем дружим. Прежде всего, я имею в виду репутацию внутри королевства. Хуже того, этим мезальянсом мы настроим против себя далеко не один влиятельный лантанский род. А уж если станет известно, что Веллиорана – оборотень...

— Об этом никто не должен узнать! — выступила Кальвисса, которая, как и все, кроме его величества, была на стороне Арвизара.

— Вряд ли это получится скрыть, — возразил король. — Внимание всей страны сосредоточится на её родителях. А если вспомнить, на кого очень похожа мать Веллиораны, потрясение прокатится уже по всему миру.

— Мать Веллиораны зовут Рильда, и точка, — заявила её величество. — Ну похожа она на королеву, и что? В жизни всякое бывает. Пожелай Морсиус посмотреть на неё – пускай приезжает, подменю с удовольствием.

— Придумай мне историю их семьи – достоверную, убедительную. Тогда и поговорим, — постановил Станворд.

— Помнишь графа Барлиота, который выступал против войны с оборотнями? — кажется, уже что-то придумала Рильда. — Твой отец лишил его титула, сослал на север, а в его замке устроил базу снабжения для армии.

— Помню, — закивал монарх. — Он потом сбежал в Дэлави и стал жить там под другим именем, а через несколько лет умер от какой-то болезни.

— Тем более, — оживилась Рильда. — Почему бы не выдать Лайгерта за потомка Барлиота? У него, если не ошибаюсь, сын был.

—Не маг, как и его родители, — заметил Станворд.

— Да, это плохо, — осознала проблему королева.

— Это не плохо, а никуда не годится, — забраковал идею его величество.

— Значит, будем думать дальше, — твёрдо произнесла Рильда.

***

На следующий день, где-то между завтраком и обедом, король вновь пожелал увидеть Арвизара. А поскольку тот был у нас, пошли все вместе.

— Что это?! — Станворд потряс газетой перед носом старшего сына.

— А что там? — в свою очередь поинтересовался принц, пытаясь прочесть название статьи.

— «Наследный принц замечен на улицах Талиссы в обществе неизвестной девушки», — сделал это за него отец.

— Да, мы вчера не только ездили, но и гуляли, — невозмутимо заявил Зар.

— Какого демона?! — рыкнул его величество. — Теперь по стране поползут слухи! Неужели нельзя было не маячить на глазах у людей?!

— Значит, обратного пути уже нет, — ответствовал принц.

— Так ты только за этим потащился на прогулку?! — накинулся на него Станворд, сдавив в кулаке газету.

В следующую секунду он выпустил её из пальцев. Бумага полыхнула, пепел осыпался на пол.