И в промежутках между ними, вот этот— дебил. Одна случайная ночь и ошибка, которая теперь попьет моей кровушки. Нашелся бандит! Как из дешевых фильмов без бюджета, честное слово. Кожанка, из-за которой выглядывает кобура, наглая, надменная морда и речь, от которой волосы встают дыбом. Ты не с того начала базар.

Что я вообще пила в тот вечер? Может, он мне что-то подсыпал? Я не помню, чтобы в ту ночь он так разговаривал. В памяти это осталось моим единственным в жизни сумасшедшим воспоминанием. О безрассудности, о порыве, о страсти, когда вместо мозгов работают гормоны, и ты хочешь поддаться этому моменту. Либо со мной что-то не так, либо память— вещь, которой теперь нельзя доверять. Потому что мне казалось, что тот секс, случайный, спонтанный и распутный— был лучшим в моей жизни.

Сейчас я бы такого не сделала ни за что. Представляю себя и его, и мороз по коже. Бррр… Чудовище из подворотни. Гнилой базар. Молчи, когда я говорю. Деревня! Разговоры по понятиям! Женщина— второй сорт и прислуга. Могу поклясться, что его можно уничтожить одной фразой, спросить, насколько низко в постели спускались его губы, и этот местный криминальный авторитет тут же взорвется от возмущения. Если еще раз его увижу— так и сделаю! Хотя, лучше не рисковать, не удивлюсь, если лупить женщин— для него дело привычное.

Вернувшись в номер, сразу валюсь в кровать. Еще долго психую и ворочаюсь, никак не могу уснуть. За день я сделала одну единственную полезную вещь— восстановила свидетельство о браке и заплатила штраф за то, что вовремя не сменила фамилию. Взяла все таки. Пьяная дура!

Не хочет решать вопрос по-человечески, придется раскошелиться. Завтра же пойду к адвокату, напишу на него доверенность, поручу заниматься этим вопросом и уеду. Пусть высылает мне готовое свидетельство о разводе. А Артему придется наболтать, что хочу устроить свадьбу осенью или зимой, чтобы быть не как все. Уверенная в успехе своей идеи, все таки засыпаю.

Утром я просыпаюсь рано, слишком рано для того, чтобы выспаться, но слишком поздно, чтобы попытаться заснуть. Город за окном будто притаился— такой же серый и знакомый, как в моих воспоминаниях. Семь лет — довольно приличный срок. И всё равно здесь ничего не изменилось.

Я собираюсь тщательно. Волосы в лёгкие локоны, лёгкий тон, немного хайлайтера, много туши, блеск на губы. Надеваю пальто, узкие джинсы, белые кроссовки и кучу бижутерии — «случайный лук», который на деле продуман до мелочей.

Плетусь в кафе, в трех домах от моей гостиницы. Здесь пахнет подгоревшим тостом и старым ковролином. Но я всё равно заказываю блинчики с вареньем и чай с лимоном.

Когда заказ приносят, скрупулезно расставляю приборы, поправляю салфетку, выдвигаю чашку под правильным углом, снимаю на телефон. Несколько кадров сверху, пара сбоку, делаю селфи с надкушенным блинчиком, прищурившись, как будто всё это спонтанно и по-домашнему. Открываю Инстаграм, выкладываю. Надо не забывать, что я все еще на работе и моим подписчикам интересно, как начинается мой день.

Завтрак от любимой мамы.

Сердечко. И смайлик с блином. Пусть думают, что я дома, на кухне у мамы, с видом на сад. А не в облезлом кафе в городе, откуда мечтала уехать навсегда.

Пока жую, наблюдаю за людьми. Кто-то заходит взять кофе с собой, кто-то сидит, листает новости. Один школьник на выходе задерживается, рассматривает меня, но тут же уводит взгляд, как будто боится ошибиться. Приятно. Немного странно, что здесь меня не узнают так, как в Москве. Возможно, стесняются подходить, или не пользуются интернетом. Или просто… меня здесь не знают. И это почему-то жалит сильнее, чем я ожидала.

После завтрака я вызываю такси и еду в центр — в ту самую юридическую контору, которую нашла пока ела блины. Я не хочу разбираться в этих бумагах, бегать по инстанциям, стоять в очередях. Я хочу, чтобы наш случайный брак просто исчез. Быстро, грамотно, без моего участия.

Контора в приличном для здешних мест бизнес-центре. Просторный кабинет, кожаные кресла, кофе из хорошей машины — меня встречает приятный, уверенный в себе мужчина лет сорока с лишним. Адвокат. У него умные глаза и слегка усталая улыбка, он держится деликатно, даже галантно.

Мы обсуждаем ситуацию. Я честно рассказываю, что произошло, не вдаваясь в романтические детали, конечно. Он задаёт пару уточняющих вопросов, кивает, говорит, что такие дела бывают, и он всё уладит. Он забирает мой дубликат и делает скан паспорта, потом берёт мой номер, обещает держать в курсе, и я подписываю договор об оказании услуг. Всё идеально.

Я выхожу на улицу с лёгкой улыбкой. Облегчение. Два квартала — и я свободна. Мысленно планирую, где бы выпить кофе и, может быть, пройтись по магазинам. Но телефон в кармане вибрирует.

— Да? — отвечаю, не глядя на номер.

— Эмма Бойцова? Это Игорь Викторович, адвокат. Вы только что у меня были…

— Вообще-то, Постовская… ну да ладно…

— Простите, но я не смогу взяться за ваше дело.

Я замираю.

— Что?

— Я... скажем так, у нас есть определённые внутренние ограничения. Не могу объяснять, но настоятельно рекомендую вам поискать другого специалиста. Простите за неудобства.

Связь обрывается.

Я стою посреди улицы, держа в руках папку с договором, и вдруг всё кажется каким-то глупым и сюрреалистичным.

Что, чёрт возьми, здесь происходит?

Я злюсь, мёрзну и яростно набираю в поиске: адвокат развод срочно. Городской суд — самое логичное место для охоты. Рядом сразу две конторы, обе с рейтингом выше четырёх. Пять минут на такси и я уже у первого здания.

Офис на втором этаже, поднимаюсь по крутой лестнице. Табличка «Право и порядок», стеклянная дверь. Захожу внутрь — рецепции нет, но из дальней комнаты выходит молодая секретарша в очках. Вижу по глазам: узнала.

— Здравствуйте, — говорю с профессиональной улыбкой. — Я хотела бы проконсультироваться по вопросу развода.

— Простите, — перебивает она слишком быстро. — Мы сейчас очень загружены. Новых клиентов не берём.

Она смотрит мимо меня. Даже не пытается выслушать.

— Понимаю, но может быть… — смотрю на нее с надеждой.

— Всего хорошего, — холодно отвечает секретарша и проходит мимо меня.

Вываливаюсь на улицу. Ладно. Вторая контора — через дорогу. Здание постарше, обшарпанное, но табличка солидная: «Адвокатская коллегия Федоров и партнёры». Захожу, толкаю тяжёлую дверь. Тёплый свет, запах кофе. Уже тянусь к ручке внутренней двери, как в коридор выходит мужчина в пиджаке. Смотрит на меня оценивающе, а потом поджимает губы.

— Извините, мы закрыты, — говорит он. — У нас ремонт.

— Вы серьёзно? — вырывается у меня.

— Абсолютно, — он нервно улыбается одними уголками рта, почти извиняюще и закрывает дверь прямо перед моим носом.

Я остаюсь в пустом коридоре, со злостью смотрю на закрытую дверь, потом на экран телефона. На каблуках, в дорогом пальто, с идеально уложенными волосами. И вдруг чувствую себя какой-то глупой.

Что здесь происходит? Почему никто не хочет связываться с моим делом? Я не верю в совпадения. В мистику — может быть. В судьбу — иногда. Но в совпадения — нет.

Я иду по улице в бешенстве. Каблуки цокают по асфальту, в сумке звенят духи — я чуть не разбила их, когда рванула из офиса. Холодно, ветер лезет под пальто, макияж уже не кажется таким идеальным, как утром.

И вот опять. Вижу краем глаза — белая тачка. С тонировкой. Медленно, как черепаха, катится по той же стороне улицы. Уже третий раз за сегодня я замечаю её. До этого думала, что мне просто показалось.

На повороте резко оборачиваюсь. Машина тоже тормозит, будто случайно.

— Ну всё, хватит, — шепчу себе, разворачиваюсь и иду прямо к ней. Сердце бьётся в горле. Глупо, может, и опасно, но я слишком зла, чтобы бояться.

Стук по стеклу. Оно медленно опускается. За рулём — пацан лет двадцати двух, если не младше. Щёки розовые, кепка, жвачка, глазки бегают.