— Ага, — кивает Эмма, — Как каракатица неповоротливая… Еще и отеки…

— Ты красивая, — говорю мягко, разминаю пальцами ее шею, — Я поеду, вернусь часов в девять.

— А сколько сейчас? — она напрягается.

— Почти четыре.

— Посиди еще пол часика, — Эмма строит милые глазки.

— Зачем?

— Ну так надо… — отвечает загадочно.

Последний раз, когда было «так надо» случилось очередное неожиданное романтическое свидание, в стиле Инстаграма, а потом этот живот. А до этого неожиданный отпуск на Байкал, и впоследствии — Макс.

— Не пугай меня… — говорю подозрительно.

— А ты не пугайся! — Эмма подхватывает Макса и выходит с ним из-за стола, держа его за руку, — Я потом все разберу.

— Ну скажи, что это? — иду вслед за ними, — Эмма! Не все твои сюрпризы приятные!

На прошлой неделе на нашем участке появилась статуя, как в Лувре. До этого нужно было срочно заменить обои, потому что так диктует ее гормональное настроение. Если выяснится, что она беременна двойней, в принципе — нормально. Но если опять придет какой-нибудь мастер или репетитор китайского — я буду злиться и орать.

— Это сюрприз не для тебя, это сюрприз для Максима, — мадам Бойцова шикает на меня через плечо, — Я подумала, ты захочешь посмотреть.

— Хочу, — меня немного отпускает.

Не успеваем дойти до гостиной — раздается звонок в дверь, и мы всем семейством идем в коридор. К экрану домофона подхожу первым. За забором стоит девушка и тяжело держит в руке большую пластиковую коробку с решеткой. Нажимаю на кнопку, открывая ворота, и вздыхаю. Прекрасно! Эмма окончательно превращает наш дом в зверинец. У Макса уже есть кролик и морская свинка. А судя по переноске, сегодня к нам заезжает еще один зверек. Эмма отодвигает меня от двери, встречает девушку с клеткой, забирает ее, перебрасывается парой слов, широко улыбается и прощается, Макс скачет рядом, пытаясь высмотреть, что же там принесли. Я упираюсь плечом в стену, наблюдаю за тем, как Эмма ставит клетку на пол, отпирает дверцу, и голова Макса тут же лезет внутрь, а потом он счастливо кричит:

— Шабачка! Шабачка!

Клево. Я тоже сдержано улыбаюсь, видя как он радуется. Не знаю, как Эмма на это подписалась. Первое время в доме будут лужи и погрызанная мебель. Из клетки звучит звонкий лай. Совсем тонкий, щенячий. Макс пятится на четвереньках, немного пугаясь. А потом из переноски появляется он. Маленький, черный, с белым пятном на груди. В моей груди тут же сжимается комок. Стафф. Совсем крошка, только забрали от мамы. Я поднимаю глаза на Эмму, она внимательно смотрит, не на щенка, не на Макса, на меня. И сюрприз этот тоже для меня.

Я больше не планировал заводить собак. Никогда. После всего, что случилось. А этот так похож на Лорда, что к горлу опять подкатывает. Щенок выруливает из клетки, обнюхивает пространство, Макс внимательно за ним наблюдает. Эмма двигается ко мне, обнимает и укладывает голову на мое плечо.

— Случайно увидела объявление, — говорит тихо, — Это девочка.

— А со мной вообще будут когда-нибудь советоваться?— произношу с иронией.

— Брось… Столько времени прошло… Я же знаю, что ты хочешь. Пусть растет одновременно с детьми, чтобы точно поладили.

— Стаффы не агрессивны к детям, они воспринимают их как своих, как няньки. Для них вообще все члены семьи — это святое, — говорю с дрожью в голосе, — Но хозяин будет один.

— Тот, кто кормит, или собака сама выбирает?

— Сама выбирает, — неотрывно смотрю, как щенок тщательно обнюхивает Макса, потом несмело идет в сторону Эммы, тычется носом в ее босую ступню и двигается в мою сторону.

Он доходит до моих ног, приподнимает голову и смотрит снизу вверх — этими своими блестящими, доверчивыми глазами. Я опускаюсь на корточки, протягиваю ему руку, а он тянется и обнюхивает мои пальцы. Щенок садится и тюкается головой в мою ладонь, укладывая на нее свою мордочку. А у меня в горле всё тот же ком. Ни один мускул не дергается, но внутри будто что-то рушится. Провожу пальцем по блестящей черной шерсти, щенок лижет мне руку.

— О, да, Бойцов! У нас тут у всех один хозяин! — Эмма говорит с сарказмом.

— Папа, это моя шабачка! Моя! — Макс тут же хмурится.

— Твоя, твоя! — я поднимаю щенка на руки, прижимаю к груди, чувствую как он замирает под моей рукой.

Она. Имя пусть придумывает хозяин Макс. Внимательно ее рассматриваю и медленно плетусь в гостиную. На ходу целую Эмму в щеку, она опять смотрит на меня хитро.

— Ты же на базу собирался, — произносит с улыбкой.

— Завтра, — говорю бегло.

— У меня появилась конкурентка? — она хихикает.

— Нет, Эмма, ты же знаешь, что ты — вне конкуренции!

— И ты меня любишь? — спрашивает подозрительно.

— Конечно, люблю! Что за странные вопросы?

— И ты счастлив?

— Естественно, — я выпучиваю глаза, — Сейчас особенно!

— Это просто замечательно!

Эмма обвивает руками мою шею, целует в губы и прижимается ко мне максимально сильно. Насколько это позволяет ее живот и щенок на моих руках.

— А еще мы все живы и здоровы, — протягивает виновато.

— Что случилось? — сразу меняю тон, цежу сквозь зубы.

— Поцарапала твою машину, — испуганно хмурит брови.

— Сильно?

— Не сильно… Только бампер оторвался… — шепчет со смешным лицом.

Я тяжело вздыхаю, перехватываю щенка одной рукой, второй — прижимаю голову Эммы к своему лбу. Целую в нос. Смеюсь нервно. Макс тут же ревнует, влезает между нами, и теперь становится вообще тесно. Руки Эммы тут же съезжают с моей шеи, чтобы обнять маленького ревнивца. Стоим так недолго. И я реально понимаю, что ни в чем не соврал. Я люблю ее так же сильно. Возможно, даже сильнее, чем раньше.

И я правда счастлив.

Конец ♥️