Тайрон поднял бровь.

– Надо поговорить. После форума, – веско сказал Габриэль, отвечая на незаданный вопрос.

– Карла, нам надо поговорить, – пытаясь сдержать раздражение, произнёс Джозеф.

– Не сейчас, Джо, – мило улыбнувшись, ответила Карла.

– Когда? – уточнил брат.

– Думаю, у меня появится время через неделю‑другую, – легкомысленно ответила Карла.

– Скоро начнутся презентации. Виктор, ты занял место? – уточнил Габриэль, меняя тему. – Может, сядешь с нами в первом ряду?

– Конечно, спасибо, – искренне поблагодарил я.

– Ну, мы пойдём, – заключил Габриэль.

У Джозефа дёрнулась щека.

– Идёмте. Надеюсь, будет что‑нибудь любопытное, – согласился Тайрон.

Мы допили кофе. Я оставил на подносе пару сотенных купюр, и мы двинулись между рядами кресел.

– Надеюсь, твоя презентация будет не скучной, – со вздохом сказала Карла, когда мы немного отстали. – Я здесь только из‑за неё.

– Тебе совсем не интересно, что расскажут другие? – спросил я, просто чтобы поддержать беседу.

– Будто я не знаю, – отмахнулась Карла. – Эрреро расскажут, какой низкий урожай хлопка собрали на этой стороне пролива, а затем будут пенять министру на то, что наши войска слишком рано вывели из Мавритании. Андраде попросят снизить ключевую ставку. Их банки сейчас под давлением. Слышала, фин‑мин ведёт переговоры о партнёрстве с банками Америки. Андраде не нравится, что они теряют монополию, но насытить Валентию иностранной валютой они не могут. Зарубежные компании не хотят работать с ними, им привычнее банки своих стран. Гомес снова будут лоббировать законопроект о частной собственности. Слишком много земли оказалось у частных фермеров, внутри страны им становится тесно, а на чужие рынки их не пускают.

– Почему не пускают? Если есть земля за пределами Валентии, её можно купить или взять в аренду.

– Ближайшие земли с удобной логистикой находятся под контролем других стран, а государства третьего мира нестабильны. Без поддержки местных властей, их законов и армии Гомесам не обойтись, – Карла со скучающим видом осмотрелась и продолжила: – Им требуется построить порт, но охранять его слишком накладно. Они который год ищут партнёров для альянса, однако никто не хочет рисковать. А цены тем временем растут.

Я был приятно удивлён. Карла оказалась серьёзно подкована в подковёрной возне корпораций.

– Что? – иронично посмотрела она на меня, уловив моё настроение. – Думал, в этой головушке нет ничего, кроме платьев?

Она легонько стукнула себя кулачком по голове.

– Кто ты, девушка, и куда ты дела Карлу? Она в багажнике? – отшутился я.

– Я могу тебе рассказать, – серьёзно сказала Карла. – Но после этого тебе придётся на мне жениться.

Мы посмотрели друг на друга и рассмеялись.

Устроившись рядом с Габриэлем, я приготовился слушать о том, что принёс новый день в деловую жизнь Валентии.

Свет приглушили, над сценой разгорелась фамилия Эрреро.

Следующие два часа прошли именно так, как описывала Карла. Слово в слово. Я невольно проникся уважением к девушке.

Сама Карла дремала на моём плече ровно до того момента, когда на сцену вышел Тайрон.

– Здравствуйте, сеньоры и сеньориты, – с харизматичной улыбкой произнёс он. – Как часто говорят, семья – это самое важное.

Зал немного оживился. Все знали, что «Периодика» оказалась втянута в серию скандалов именно из‑за семейных разногласий. Поэтому всем было интересно, что расскажет Тайрон.

Зрители одобрительно закивали.

– Мы не должны следовать давно проторёнными дорогами, а тем более заставлять наших близких идти за нами, – продолжил Тайрон. – Порой истина находится где‑то посередине. Именно внимание к внутрисемейным проблемам натолкнуло меня на интересную мысль. Мой сын Виктор выбрал собственный путь. Он инвестировал в молодой рынок телекоммуникаций и информации. Мне хотелось бы видеть его среди руководителей семейного бизнеса, однако я уважаю его решение. Более того, я решил его поддержать.

– О каком проекте идёт речь? – спросил кто‑то из зала.

– Речь идёт о «Виде». Виктор помог провинциальному юноше создать нечто большее, чем тот мог мечтать. Сегодня Виктор здесь, и я уверен, что он ответит на все интересующие вас вопросы. Но мы отклонились от темы…

Тайрон отпил воды, выдерживая театральную паузу.

– Я решил, что подход моего сына перспективен. «Периодика» должна быть услышана везде: как в реальном мире, так и в виртуальном. Поэтому я приобрёл самую популярную на данный момент социальную сеть – «Семвик». Но этим планы «Периодики» не ограничиваются. С радостью готов представить наш новый амбициозный проект, а именно…

Зал затих.

Тайрон снова выдержал паузу. За его спиной на экране разгорелась падающая звезда. Изображение было чётким и крупным.

– Я представляю вам телефон нового поколения – Peritel!

Звезда позади него превратилась в устройство, похожее на мой Вифон. Отличалось оно в первую очередь исполнением и выглядело заметно премиальнее.

Это не радовало.

Ну‑ну. Пока всего лишь концепт. Посмотрим, что получится на выходе.

Тем не менее я почувствовал, как по спине пробежал табун мурашек.

Спокойно, Вик. Ты знал, что так будет. Ничего сверх того, что ты планировал, не произошло.

– О, беру свои слова назад. В вашей семье не только ты умеешь шокировать публику, – покачала головой Карла.

Я был неприятно удивлён. Тайрон ударил по всем фронтам. За короткий срок разработал концепт нового телефона, начал перестройку «Семвика», а теперь ещё и презентовал всё это публике.

– Peritel – устройство, готовое не просто возглавить рынок, но и стать примером для всей индустрии, – уверенно сказал Тайрон, когда аплодисменты утихли. – Никто не владеет информацией так, как это делает «Периодика» на протяжении многих десятилетий. Кому, как не нам, задавать вектор развития новой ниши? Уже осенью мы будем готовы приступить к серийному производству. Peritel позволит людям выходить в интернет без ограничений, пользоваться «Семвиком», которому уже тесно в рамках обычного сайта, а также сделает новости доступнее, быстрее и актуальнее. Вы вступаете в новую эру, дамы и господа! «Периодика» гостеприимно распахивает двери…

Зал снова зааплодировал.

Тайрон вышел из‑за стойки и поклонился. Аплодисменты усилились.

– Готов ответить на ваши вопросы, – сказал Тайрон, расстёгивая пуговицу пиджака и опускаясь в кресло на сцене.

Десятки журналистов, телевизионщиков и обычных энтузиастов облепили подмостки.

Тайрон сиял белозубой улыбкой и громко отвечал всем заинтересованным.

– Сеньор, как вы оцениваете риски? Как вы правильно заметили, это молодая индустрия!

– Дэ Фуэго ничего не делают, если не уверены в результате.

– Сеньор, по косвенным данным, «Вида» очень скоро сравняется с «Семвиком» по количеству пользователей. Вы готовы к этому? «Семвик», напротив, стагнирует.

– Я владею «Семвиком» две недели, а управляю им всего четыре дня. Пока рано говорить о его росте.

– Сеньор дэ Фуэго, вы много говорите о семье, но создаёте прямого конкурента проекту, в котором участвует ваш сын. Как это вяжется с вашими словами о взаимопонимании внутри семьи?

Журналистка, задавшая вопрос, носила бейджик «Мундо».

Отлично. Эмануэль и здесь подоспел. Сам не пришёл, зато его издание работает.

– Это бизнес, – развёл руками Тайрон. – Конкуренция здесь не просто важна, она полезна. Рынок укрепился. Теперь он похож на пирог, и каждому достанется кусок, соответствующий вложенному труду.

– С чем связаны ваши нападки в прессе? Это тоже часть конкуренции? Открыто критиковать успехи собственного сына, – продолжала журналистка.

– К сожалению, это моё упущение, – грустно покачал головой Тайрон. – После смены генерального директора, я не успеваю следить за всем. Статья вышла без моего участия, сотрудники не подозревали о том, что Виктор является инвестором компании Вида. Все причастные уже осведомлены об ошибке.