Экран жил. Не мёртвая полоска с цифрами, к каким привыкла страна, а настоящее окошко: краски, значки, чья‑то фотография – море, солнце, смеющиеся лица, схваченные так резко и чисто, что хотелось потрогать волну.

Тайрон повидал на веку немало дорогих вещей. Но эта не кичилась ценой. Она попросту была из другого времени, из завтрашнего дня, что каким‑то образом лёг ему в ладонь сегодня. Держишь такую – и всё вокруг разом выцветает, стареет, обращается в прошлое.

Впечатление он спрятал за ровным лицом. Почти.

– С моей стороны будет наглостью, – произнёс он, взвешивая аппарат на ладони, – попросить одолжить его на пару часов? Мои люди напишут о нём подробную статью. Хорошую, тёплую. Сделаем Виктору подарок.

Карла приподняла бровь.

Тайрон уже потирал ладони. План складывался сам собой. Он был грязным и грубым, но рабочим.

Карла разрушила это одним движением губ.

– Да, конечно, – сказала она, и в голосе прорезалась виноватая мягкость, насквозь притворная. – Сейчас только позвоню Виктору и уточню.

Улыбка у неё была любезная. А вот глаза – холодные и внимательные, и в них ясно читалось: она поняла. Не поверила ни в подарок, ни в тёплую статью, ни в отцовскую гордость, и теперь спокойно ждала, что он станет делать дальше.

– В таком случае не нужно. – Тайрон вернул аппарат так небрежно, будто тот сию секунду перестал его занимать. – Не хочу беспокоить мальчика по пустякам. Дождусь своего экземпляра. Тем более что и «Эвенто» уже принялись петь ему дифирамбы.

Он качнул чужой газетой.

– Ну‑ну, – Карла улыбнулась шире и убрала телефон.

– Не трать время на старика, лети отдыхать. – Тайрон разом сделался бодр и радушен. – Всё, видеть вас не желаю. И привези маме подарок, слышишь? Обязательно. Ты же знаешь, как она любит океан.

– Конечно. – Джозеф с чувством пожал отцу руку, и оба вышли.

Тайрон забарабанил пальцами по столешнице. Что‑то в нём уже решилось. Он взял свой телефон и набрал номер.

– Здравствуй, – сказал он расслабленно, когда на том конце ответили. – Как южный климат?

– Добрый день, – отозвалась Катрин. – Всё отлично. Какие‑то проблемы?

– Нет, что ты. – Тайрон улыбнулся в трубку. – Работа, что ты выстроила в отделе, просто поражает. Ты заслужила отдых. Я по другому поводу.

– Чем могу помочь? – с готовностью ответила невестка.

– Хочу сделать Виктору подарок. Он ведь участвует в проекте по Вифону, ты наверняка слышала. Можешь прислать мне устройство? Очереди у магазинов дикие, а самого Виктора дёргать не хочу. Он и так занят по горло.

– Сделаю, – по‑военному коротко ответила Катрин.

– Умница. С меня причитается.

Тайрон опустил трубку и с минуту смотрел на собственный телефон. Ещё вчера аппарат казался ему вещью солидной, под стать хозяину. Теперь, после того, что он подержал в руках, эта чёрная коробка с кнопками выглядела грубой поделкой раннего человечества – из тех времён, когда люди жили в пещерах и подтирались листьями.

Он брезгливо отодвинул её на дальний край стола и нажал селектор.

– Игнасио. Ко мне.

Редактор явился через пару минут.

– Живо пошли кого‑нибудь на Корсу, – распорядился Тайрон, не поднимая головы от бумаг. – Госпожа Алонсо передаст новый Вифон. А ты пока займись другим. Статья должна выйти с несколькими деталями, и до выхода о ней не должна знать ни одна живая душа. Ни в редакции, ни за её стенами.

Игнасио замер.

Тайрон заговорил тише, ровнее, и принялся раскладывать перед редактором будущую полосу, штрих за штрихом. Не хвалебный очерк, какой обещали Карле. Совсем не тот.

«Периодика» первой в стране назовёт то, что «Эвенто» лишь обошло по краю. Удар в одно утро, наотмашь, чтобы вся Валентия захлебнулась разом, а «Эвенто» осталось глотать пыль в своей очереди.

Лицо Игнасио менялось на глазах. Удивление сползало, уступая место тревоге.

– Вы уверены, сеньор? – решился он. – Это же ваш сын.

– Хочешь это обсудить? – холодно спросил Тайрон.

Игнасио молчал. Опустил глаза.

– Так я и думал. – Тайрон снова склонился к экрану. – Выполняй.

– Можно с тобой? – спросила Катрин, когда я вернулся из душа.

Девушка встала и потянулась, одетая только в лучи полуденного солнца.

– Куда? – уточнил я.

– Мне интересно всё, – решительно заявила Катрин. – Мы так долго были на расстоянии, что я не уверена, что знаю тебя.

– Почему нет, покажу не всё, но кое‑что интересно определенно увидеть удастся, – согласился я. – Позавтракаем в городе?

– Давай, – согласилась девушка и пошла в ванную.

Я стал надевать шорты. Но заметил, как Катрин остановилась в дверях, а когда заметила мой взгляд, скрылась внутри.

Посмотрев на одежду, пахнущую гелем для стирки и заботливо поглаженную Эстеллой, решил, что завтрак подождёт.

Душ в мастер спальне был отличным, тропическим, с видом на зеленый склон. А так же здесь была приличных размеров ванная, больше похожая на джакузи.

Мы с Катрин перемещались по ванной, как ураган. Мысли покинули тело, уступая животным инстинктам. Я зверем охотился за вишенками её сосков на аккуратной увесистой груди. Брал в сонную, пахнущую теплом девушку, а она медленно просыпалась, наращивая громкость. Её прерывистое дыхание ласкало уши. Густой стон разливался по каменной ванной, отражаясь от стен.

Она словно задалась целью выпить все соки, несколько раз доводя моё тело до истощения, облизывалась словно кошка и не унималась, жадно объезжая меня, чуть ли не до мыльных хлопьев.

Когда мы закончили, завтрак требовался внутривенно.

Тем не менее, я собрался с силами и привёл себя в порядок, оделся, пока журчала вода в душе.

Катрин собралась на удивление быстро, видимо сказывался военный опыт.

Вышла как ни в чем не бывало, заставляя завидовать физической подготовке.

– Спасибо, ты был хорош, – она сгребла мои щёки тонкими длинными пальчиками и чмокнула меня в губы.

М‑да. И ты ещё скажешь, что поимел её? Вряд‑ли.

Хавьера нашёл упражняющимся на заднем дворе. Он упорно тренировался, покрытый бисером пота, что при его стихии льда было сродни чему‑то невероятному.

– Езжайте без меня, господин, – отрешенно сказал он. – С Катрин вам ничего не угрожает. Если случится что‑то с чем не справится капитан, я точно не помогу.

– Хорошо, – пожал плечами я. – Хочешь несколько выходных? Катрин приехала больше чем на пару дней.

Телохранитель задумался.

– Нет, но вы можете меня отправить на усиление, завод, займусь охраной, могу подобрать пару кадров.

– Сильно выручишь, – кивнул я.

– Займусь, – с готовностью отозвался Хавьер.

Забравшись во внедорожник, включил кондиционер и вывернул на улицу.

Катрин расположилась рядом. Сидела и что‑то мурлыкала под нос, едва ли не высунув голову в окно. Но в теле застыла тревога.

– Постарайся расслабится, – посоветовал я. – Как только появляются мысли о работе, тут же дави их. Иначе не получится.

Она удивленно на меня посмотрела.

– Как ты догадался?

– Сам такой, – коротко ответил я, удостоившись ироничного взгляда.

Доказывать ничего не спешил.

– Какие ещё способы знаешь? – спросила девушка спустя минуту.

– Я и это то не знаю, за что купил за то и продаю, психолог когда‑то посоветовал, – честно ответил я.

– Как же ты тогда расслабляешься?

Катрин саркастично улыбнулась.

– А я и не расслабляюсь, – опустил уголки губ и пожал плечами я. – Некогда.

– Советчик, – фыркнула эта кошка.

– Какой есть, – в тон ей ответил я.

Катрин мне явно не поверила. Поверить мажору, который при ней спускал годовые зарплаты обычных граждан, просто оплатив ужин. Сам бы не поверил такому как я.

Тем не менее цели убеждать не было. Я и правда научился со временем расслабляться. Пробовал многое, сначала был алкоголь. Затем психологи. Всё закончилось на простой мысли. Себя не поменять. Есть напряжение? Есть контакт. Значит живой.