— Это другое.

— Нет, — качаю я головой. — Это то же самое. Для него это выглядело именно так. Его остановили. При нем меня забрали. Ты серьезно думаешь, что он должен был улыбнуться и пожелать нам хорошей дороги?

Горан молчит.

Я вижу, как у него напрягается челюсть.

— Он разозлился, — продолжаю я. — Да. Повел себя глупо? Возможно. Но это не значит, что он опасный.

Я делаю паузу.

— Это значит, что он человек. С эмоциями.

Горан долго смотрит на дорогу.

— Ты его защищаешь, — наконец говорит он.

— Да. потому что он ничего не сделал.

Он резко жмет на тормоз у светофора. Машину слегка качает.

— Мне все равно он не нравится, — говорит он наконец.

— Я поняла, — отвечаю я. — Но давай без… самосуда.

Он фыркает, но тему больше не продолжает.

Его плечи все еще напряжены, но уже не так, как минуту назад.

Я сжимаю пальцы на коленях.

Мне нужно быть внимательнее, вот и все.

— Почему ты за мной поехал? — решаю я сменить тему.

Он не отвечает сразу.

Машина мягко катится по дороге, снег уже не такой плотный, фонари мелькают чаще. Горан смотрит вперед, молчит.

Я уже думаю, что он не собирается отвечать, когда он негромко говорит:

— Я не смог не поехать, Ян.

Я сглатываю непонятно откуда взявшийся болезненный ком в горле.

— Ты меня напугала, — добавляет он тихо.

Я удивленно смотрю на него.

— Напугала? Тебя?

Он коротко кивает.

— Когда ты ушла с ним. Я подумал… — он замолкает. — Ладно. Неважно.

Но это важно.

Я это чувствую.

Я жду, что он продолжит, но он молчит. Тогда говорю я:

— Я… не понимаю. Ты ведешь себя так, словно тебе не все равно, хотя я знаю, что это не так и…

— Ничего ты не знаешь, — мягко перебивает он меня.

Я моргаю.

— В смысле? Чего я не знаю?

Машина тормозит на светофоре.

Горан поворачивается ко мне, смотрит каким-то странным взглядом, от которого внутри все обмирает.

Его лицо, с отблесками красного света, кажется мне сейчас незнакомым, будто я первый раз его вижу.

Он протягивает руку и убирает локон мне за ухо.

От этого нежного прикосновения внутри все дергается от какого-то дурацкого неуместного чувства.

— Ты меня не знаешь, Ян, — он делает паузу. — Ты никогда меня по-настоящему не знала.

Я хмурюсь, не понимая о чем он.

Что он хотел этим сказать? Что значит — я его не знала?

Горан отворачивается и вновь смотрит на дорогу. Свет сменяется на зеленый, и машина трогается с места.

Я закусываю губу.

А, ну в принципе, все логично. Я думала, что он меня любит, а он нашел другую и ушел, заявив, что я ему не подхожу.

Так что да, ошибалась я насчет него.

Но все же интересно, что он имел в виду.

— О чем ты… — начинаю я, но не успеваю закончить вопрос.

— Приехали, — говорит он, сворачивая с дороги.

Я удивленно смотрю в окно. Мы, оказывается, уже приехали, а я даже не заметила.

Ночной двор пустой, снег хрустит под колесами, фонари отбрасывают желтые пятна на асфальт.

Горан останавливается у подъезда, глушит двигатель, но не выходит.

— Спокойной ночи, Яна, — тихо произносит он.

— Спокойной ночи, — бурчу я и тянусь к ручке двери.

Я выхожу, холод тут же пробирается под пальто. Иду к дому.

Оборачиваюсь — Горан все еще сидит за рулем, смотрит мне вслед, пока я иду к подъезду.

Только когда я открываю дверь и захожу внутрь, слышу, как машина трогается с места.

Он уезжает лишь убедившись, что я внутри.

Почему-то от этого становится… тепло. И тревожно одновременно.

В понедельник офис живет в каком-то полусне.

Рабочий день вроде бы есть, но его как будто никто не воспринимает всерьез.

До Нового года — считанные дни, и это чувствуется во всем. На перегородки намотаны гирлянды, в воздухе витает запах мандаринов, а кофе пьется медленнее обычного.

Люди болтают, смеются, обсуждают планы, отпуска, подарки. Кто-то уже в свитере с оленями. Кто-то вообще работает из рук вон плохо и даже не пытается это скрывать.

Я вхожу в здание и иду по коридору к своему кабинету.

И почти сразу натыкаюсь на Валю.

Она стоит у окна, листает что-то в телефоне, но, заметив меня, тут же поднимает взгляд. Улыбка у нее натянутая, холодная.

У меня внутри автоматически поднимается волна неприязни.

После всего, что было, видеть ее сейчас особенно неприятно.

Но устраивать разборки не собираюсь. Просто киваю и хочу пройти мимо как ни в чем не бывало.

— Эй, — окликает она. — Ты чего это лицо кривишь?

Я останавливаюсь. Медленно оборачиваюсь.

— Я не кривлю лицо, — спокойно отвечаю я. — Просто иду на работу.

— У тебя ко мне какие-то претензии? — прищуривается Валя.

Вот ведь.

— Нет, — говорю я ровно. — Ты взрослый человек. Поступаешь как считаешь нужным.

Она явно ждала другого ответа.

— Тогда в чем проблема? — усмехается она.

Я делаю короткую паузу. Потом все же говорю:

— Проблема в том, что ты сказала мне неверное время сбора, Валя. Это, как минимум, было не слишком красиво с твоей стороны.

Ее брови взлетают вверх.

— Пффф!.. — фыркает она. — В таком деле каждый сам за себя. А уж про нечестную игру — так кто бы говорил!

— О чем ты? — холодно спрашиваю я.

Валя улыбается шире. Слишком широко.

— Да брось, Яна, — Валя делает вид, что смеется. — Ты же всегда изображала из себя такую… вне всего этого. Будто тебе вообще неинтересен начальник. А сама?

— Что сама?

— А сама все время рядом, — пожимает плечами Валя. — Так и вьешься. Где начальник — там и ты. Всем давно уже видно, что между вами что-то есть. Зачем было делать вид, что тебе все равно?

У меня внутри неприятно екает.

— Ты сейчас серьезно? — спрашиваю я. — А ты, значит, ничего не изображала?

Она поджимает губы.

— А я никогда и не отрицала, просто прикалывалась над нашими курами, — говорит она. — А ты — в белом пальто.

Мне вдруг становится не по себе.

От Вали я этого не ожидала.

От Гали — да. От кого угодно. Но не от нее. Она всегда казалась… другой. Спокойной. Уравновешенной. Без вот этой мелкой, злой зависти.

Я уже было открываю рот, и в этот момент за нашими спинами хлопает дверь бухгалтерии.

— О-о-о, — тянет знакомый голос. — А тут, я смотрю, клуб по интересам.

Мы оборачиваемся.

В холл выходят Галя и Лера. Обе с кофе, обе с выражением лица "мы сейчас все поняли".

— Так-так-так… — Галя окидывает нас оценивающим взглядом. — А мы-то думали, что у нас тут все уже распределено.

‍— Да, — подхватывает Лера, усмехаясь. — А оказывается, конкуренция расширяется. Одна в VIP зону за начальником идет, вторая с ним в лесу "застревает"...

— Ага, две новые претендентки, — хмыкает Галя. — Нужно уточнить, там еще Елена Викторовна в гонке не собирается участвовать?..

Лера прыскает:

— У нее ведь внуки уже!

— Ну и что? В этом деле явно возраст не помеха, — говорит Галя, косясь на Валю.

Валя делает вид, что не заметила шпильку в свой адрес.

Лера усмехается:

— Слушайте, может, очередь заведем? А то как-то неудобно получается. Один мужчина — и столько желающих.

— Остыньте, девочки, он — мой, — Валя смотрит на нас свысока.

Ее губы изогнуты в насмешливой улыбке, но глаза при этом совершенно серьезны.

Галя хлопает в ладоши.

— Вот это поворот!

— Девочки, — Лера делает глоток кофе, — я вас обожаю. Такой спектакль с утра!

Я уже собираюсь что-то сказать — и вдруг…

Дзынь.

Открываются двери лифта.

Мы все оборачиваемся одновременно.

Из лифта выходит женщина.

Красивая стройная брюнетка.

Она не торопится. Делает шаг, потом еще один. Каблуки тихо стучат по полу.