— Почему ты спрашиваешь?

— Нельзя спросить? — удивляюсь теперь я.

— Я имею в виду, ты ведь это уже делала. Ты уже поменяла стихию земли на стихию воды, ты лучше меня должна знать, как это делается.

— Нет-нет, я имею в виду другое. Не сменить одну стихию на вторую, а пробудить вторую так, чтобы они с первой уживались вместе.

Диара распахивает глаза:

— Никак.

— Что значит никак?

— Нельзя одновременно пользоваться двумя стихиями. Они просто разорвут тебя на части.

Я холодею.

— Ты уверена?

Диара жмет плечами:

— Это основы. Чтобы сменить одну стихию на другую, надо сначала «отключить» первую, а потом будить вторую. Но вместе они никогда не уживутся, потому что человеческое тело — слишком слабый сосуд для того, чтобы вмещать в себя такую силу.

Аппетит пропадает. Я вяло ковыряюсь в тарелке. Значит, совмещать две стихии нельзя? И тот мой провал в Саморрии вовсе не провал, а благо? Одна моя стихия блокировала другую, чтобы я не умерла? Но если так, неужели саллары ошибались? Неужели я не решение их проблемы?..

Настроение пропадает. Я погружаюсь в себя — и выныриваю в реальность только тогда, когда вижу перед собой Арсаха.

— Ты? — удивляюсь я. — Что ты тут делаешь?

Мы с Диарой сидим рядом с прудом и готовимся к завтрашним урокам. На сегодня занятия окончены.

— Пришел помочь, — улыбается одними глазами саллар, — можно?

— Конечно, — я хлопаю по земле рядом с собой, — садись.

Диара смотрит на нас квадратными глазами. Понимаю, как это может выглядеть для нее: всего несколько дней назад я плевалась ядом и требовала, чтобы Атрин оставил меня в покое — а сегодня мы с ним мило разговариваем, улыбаемся друг другу и я даже приглашаю его присоединиться к нашей компании.

— Мы… уладили наши разногласия, — поясняю я, — и теперь мы — друзья. Ты ведь не против, чтобы он к нам присоединился?

Диара неуверенно качает головой.

— О, кстати, — вспоминаю я, — он в курсе поливаек. И с этим он нам тоже будет помогать. Можешь пока ввести его в курс дела? Хочу размять ноги.

Размять ноги — причина побыть одной. Мне нужно подумать, в каком направлении двигаться дальше, раз уж затея с двумя стихиями провалилась с таким треском. Вода всегда придавала мне сил, надеюсь, прогулка вдоль пруда подскажет мне решение проблемы.

Вот только она не только не помогает, но наоборот, приносит мне дополнительную головную боль, ибо только отдалившись от Арсаха и Диары на приличное расстояние, я замечаю, как навстречу мне мрачно и грозно движется… Руввана. Проклятье. Только его мне тут не хватало.

Скрещиваю на груди руки, делаю независимый вид и надеюсь, что это поможет проскочить мимо. Черта с два. Дракон останавливается, перегораживая мне дорогу. Мы не гордые, можем обойти. Делаю шаг вправо. Он — влево, и я едва не врезаюсь ему в грудь головой.

— Чего тебе? — шиплю я раздосадованно. — Не видишь, я гуляю?

Руввана опасно щурится.

— Что это было? — спрашивает он требовательно. — Сегодня утром?

— Сегодня утром? — я округляю глаза. — Откуда ты… Ах, точно… Ты ведь тоже огневик, — я цыкаю, — значит, сам видел.

Вроде бы не сказала ничего обидного, но Руввану это почему-то задевает: зрачки его не просто сужаются, но становятся… вертикальными.

— Ух ты… — обалдело выдыхаю я, глядя в его глаза, — а можешь сделать их желтыми?

Атмосфера накаляется. Уже загривком чувствую, что перехожу границы. Не стоит дразнить дракона, ох, не стоит!

— В любом случае, — я делаю шаг назад, — это больше не твое дело. Дастан снимает с тебя обещание защищать меня. Теперь это будет делать Атрин.

Вроде бы все четко и понятно. Вот только воздух между нами становится тяжелым и вязким. Это Руввана. Он наклоняется и, глядя мне в глаза, говорит с интересом и злом:

— Мне все интересно… Кто из вас двоих настоящая? Та влюбленная девочка, что хвостом бегала за мной — или эта самоуверенная девчонка, что вертит мужчинами, как хочет?

Я даже фыркаю: так нелепо это звучит. Но дракон серьезен, и я все же хохочу в голос.

— Спасибо, — говорю сквозь смех, — рассмешил. Мне как раз этого не хватало.

А в следующее мгновение происходят две вещи сразу: Руввана преодолевает то мизерное расстояние, что нас разделяло — черт его знает зачем! — и в тот же миг в него летит мощный заряд магии. Это саллар, решив, что на меня нападают, поспешил мне на помощь. Будь у меня больше времени, я бы посмеялась из-за того, как поменялась ситуация. Но у меня только и есть секунда, чтобы нелепо хлопнуть ресницами и смотреть, как моментально дракон выставляет воздушный щит. Сила заряда саллара настолько велика, что щит трескается — а дракона оттаскивает от меня магией на несколько метров.

И именно трещина на щите вызывает во мне ярость. Такую, что я готова схватить обоих мужчин и выкинуть прямо в пруд.

— Вы… — выдыхаю я в напряженной тишине, — вы — два идиота! Вы хоть понимаете, что творите?! Ты, — я поворачиваюсь к саллару. Заряд огня в его руке уже готов к запуску, глаза светят ярко, и я знаю, что ему ничего не стоит запустить второй снаряд. — Ты забыл, почему ты здесь?

Арсах переводит взгляд на меня. О да, я использую грязный прием — но он работает. Огонь в его ладони дрожит, и я добиваю:

— Если не умеешь контролировать себя — проваливай из Академии немедленно!

Чувствую недоумение за своей спиной, там, где стоит Руввана. Дракон не может понять, почему я бросаюсь такими резкими словами. И почему Атрин, поколебавшись, гасит огонь и отвечает:

— Я научусь держать себя в руках.

— Тогда начинай прямо сейчас! — бросаю я ему в сердцах. Затем поворачиваюсь уже к дракону. — А ты… У тебя есть два варианта. Раз ты сам теперь липнешь ко мне, хорошо. Можешь быть в нашей компании и помогать. Но при условии, что ты тоже будешь держать себя в руках и не начнешь переступать границы. Но если же ты не хозяин собственной спеси, то вон. Даже не приближайся ко мне.

Это ультиматум. И достаточно жесткий. Знаю, не мне его ставить — но как иначе? Я уже дважды до сегодняшнего дня пыталась усмирить их просто словами, и это не сработало. Значит, остается только шантаж. Если они оба хотят быть рядом со мной — значит, им обоим надо научиться себя сдерживать. Арсах дал слово. Но что насчет Рувваны?

Дракон кривит губы в ухмылке:

— Думаешь, ты этого стоишь? Чтобы я проглатывал оскорбления и нападения других просто для того, чтобы ты позволила мне быть рядом с тобой?

— Атрин уже сказал, что больше не будет нападать, хотя ты сам дал повод, — но решать тебе. Хочешь быть моим другом, — я намеренно выделяю последнее слово, — тогда тебе придется уважать других моих друзей.

Руввана склоняет голову, смотрит на меня с усмешкой:

— Не знаю, что ты сделала с ним, что он превратился в твоего цепного пса, но я… Я не собираюсь выполнять твои условия, Эрра.

— В таком случае прощай, Шиэрр Руввана.

Я разворачиваюсь и, подхватив под локоть Арсаха и отсвечивающую на заднем фоне бледную Диару, веду их прочь от пруда.

— С этого момента, — говорю я, когда мы оказываемся у общежития, — мы с вами работает вместе над одним проектом. Это раз. И второй пункт только для тебя, Атрин: я сама могу себя защитить. Не надо бросаться мне на помощь, игнорируй Руввану, — я понимаю, какую глупость я сморозила, предложив саллару игнорировать дракона, поэтому добавляю уже мягче, — знаю, что это сложно, просто… помни, что стоит на кону.

И тут саллар удивляет меня еще раз.

— Мы не испытываем ненависти к драконам, — говорит он, — ни я, ни кто-нибудь другой из моего… окружения. Мы знаем, что они оказались такими же заложниками ситуации, как и мы — поэтому можешь не бояться, что я буду его ненавидеть.

Удивленно вскидываю брови. Арияр, ты хорошо воспитал сын. Или это была Аэра? Да, скорее всего. В миролюбии Арсаха чувствуется женская рука. Отец воспитал из него воина, мать научила различать черное и белое… Ох, Арсах, ты настоящее чудо. И из тебя выйдет замечательный правитель. Ты получишь свои поливайки, уведешь салларов на юг и вы начнете новую жизнь.