— А правда, что Тен Чон Су совершал все эти преступления из-за женщины? — спросила черноволосая, любопытно сверкая глазками из-за кружки с горячим ромашковый чаем?

Я пожала плечами, не желая обсуждать данную тему.

Наивность и юношеский максимализм могут сыграть с девочками дурную шутку. И их желание причинить миру немного справедливости обернётся, прежде всего, против них самих. Этого мне не хотелось.

Есть люди, которые мнят себя главными героями своей жизни. Реальный мир, как правило, под их желания не сильно подстраивается. Что не мешает им пребывать иллюзии. Ведь вера в собственную исключительность не требует доказательств. На то она и вера.

Но этот конкретный мир, к сожалению, всё-таки считает Ли Акеми своим главным героем. А с главными героями не может произойти ничего плохого. Вот и сейчас красавица со взором раненого оленёнка проронила пару слезинок на камеру и миллионы её поклонников завалили соцсети уверениями, что она — самая главная жертва Тен Чон Су и все ей ужасно сочувствуют.

Как же. Оказывается, он прикрываясь маской друга, много лет её сталкерил. Следил за ней и контролировал её жизнь с помощью нападений на тех несчастных девушек.

А так как обе семьи: Пак и Ли имели отношение к медиасфере, общественности скормили сказку о молодой женщине, воплощающей все мыслимые и немыслимые достоинства, которая лишь чудом избежала смерти от рук безумного маньяка. Ведь всем известно, что объект идеализации сумасшедшего всегда подвергается нападению за то, что не оправдала его ожиданий. И ей, просто, повезло, что полиция поймала преступника раньше, чем тот нанёс свой смертельный удар. Если бы не такая удача, её несчастный сын остался бы сиротой.

Полиция ей, тоже, поверила безоговорочно. Нет, конечно, они проверили её переписку с Чон Су и телефонные звонки. Только, Ли Акеми была хитрой изворотливой тварью с максимально прокачанным навыком "манипуляции" и никогда не просила ни о чём напрямую. Зачем, если Тен Чон Су понимал её с полуслова?

Это всё, кстати, было очень и очень плохо. И, даже, не от того, что хищница в очередной раз выходила сухой из воды. А потому что уже через несколько лет такой же главной героиней этого мира станет Чхве Арин. Наглой и уверенной в собственной безнаказанности. Потому что, если у тебя с детства всё получается, а люди, словно марионетки, выполняют любой твой каприз стоит только намекнуть, это развращает.

Несложно превратиться в монстра, когда окружающие относятся к тебе с неизменной добротой и любовью, как бы ты себя не вела с ними.

А вдруг мой сын вне зависимости от того, что я вкладываю в его воспитание, поддастся какому-то паранормальному влиянию Арин и полюбит её, просто, потому что это соответствует сюжету?

Нет-нет, я не должна думать так.

Со Хён справится. И, даже, если он попадёт в тот нездоровый любовный треугольник, главное — другое. Когда Чхве Арин и Пак Джи Мин наиграются в жертву и её спасителя, мой ребёнок сможет включить критическое мышление и перевернуть страницу, оставив эту ненормальную любовь в прошлом.

Входная дверь хлопнула, и я услышала голос Со Джуна, который должен был забрать нашего сына и Сон Дже после завершения праздника:

— Принцесса[23], мы дома. Иди сюда. Тебя ждёт сюрприз.

— У нас гости, — обозначаю наличие в квартире посторонних, но иду в коридор.

Девушки, пробормотав смущённое: "Ой, как поздно. Нам уже пора. Простите, что так надолго отвлекли. Спасибо, что уделили нам время" сгребли в сумочки блокноты с автоматическими карандашами, которыми делали пометки и засеменили за мной, как два цыплёнка за мамой-курицей. Коротко поздоровались, стараясь не поднимать глаз на Со Джуна. Встретили один недоуменный взгляд и два любопытных от детей. Обулись и сбежали в темноту вечера.

После чего с дружным воплем: "Сюрприз" — мне вручили тканевую переноску с чем-то маленьким и пушистым внутри.

"Хоть бы не собака" — промелькнуло у меня в голове. И я подумала, что, если это всё-таки щенок, Со Джун сегодня же переедет к нам, чтобы воспитывать свой сюрприз.

Идея переезда мне, кстати, понравилась.

Очень понравилась.

И я решила воплотить её в жизнь вне зависимости от того, кто там в переноске.

Это, кстати оказался котенок рэгдолла с удивительной красоты голубыми глазами.

— Этот окрас называется Миттед, — начал рассказывать Со Хён. — Смотри! Темное тельце. Белые "носочки" на лапках и малый подбородок. Правда, милая? Её зовут Соми[24].

А я даже представить боялась, сколько стоит такое чудо природы. Не меньше четырёх миллионов вон, точно. А может, и все шесть. Потому что окрас малышки был идеально симметричным. Даже "носочки" одной длины.

— Лоток нужен, — отрываясь от созерцания этого пушистого очарования говорю Со Джуну. — И наполнитель для лотка. И корм. Её же покормить надо!

— Всё это в машине, — улыбается мужчина. — Я сейчас всё принесу. Не беспокойся.

Мальчики забрали у меня Соми и отправились показывать которебёнку её новый дом.

А потом я убирала лужу.

Потому что автоматический лоток своим гудением испугал малышку, и она сделала все свои дела в ужасе глядя на механического монстра.

Со Джун же поехал в ближайший зоомагазин за парочкой самых обычных пластиковых лотков с низкими бортиками.

В деле приучения котёнка к туалету лучше, чтобы туалеты были в каждой комнате. Потому что терпеть малыши долго не умеют. И если лотка нет в прямой видимости велик шанс получить лужу в непредназначенном для этого месте, что Соми нам уже продемонстрировала.

Кошечка была чудесная. Очень ласковая и общительная. Правда, немного пугливая. Она с большой осторожностью обследовала квартиру, стараясь не терять из виду людей. А услышав громкий звук бегом мчалась к Со Хёну.

К игрушкам, коих у нее имелось целых двадцать пять штук — мой ребёнок, при полном попустительстве отца, скупил весь ассортимент зоомагазина, Соми относилась настороженно. Несмотря на это, мальчики предлагали ей всё новые и новые мячики, мышки, пружинки, рыбки и дразнилки с перьями. Отчего глаза у бедного животного нервно тряся маленький хвостик.

— Всё! — сказала я в девять вечера. — Всем спать. Соми ещё очень маленькая. Ей нужно отдыхать. Да, и у вас день был очень насыщенным.

Взяла пушистую кроху и спрятала её под свою кофту. В тепле и темноте кошка, даже, не мурчала, а мгновенно уснула. Замучили её дети своей любовью.

Мальчики категорически не согласные с тем, что веселье кончилось, начали выпрашивать ещё пять минуточек.

— Я понимаю, что вы хотите ещё поиграть. Но Соми не хочет играть. Она устала. Котёнок должен спать по восемнадцать часов в сутки, чтобы расти здоровым. Вы же не хотите, чтобы она заболела? Ну, и прекрасно. Чистить зубы и по кроватям. Бегом!

У Сон Дже тут не так давно появилась своя кровать. То есть, не совсем появилась. Она тут уже была, когда мы въехали. Просто, я думала, что это такое уродливое дизайнерское кресло, а оказалось, оно раскладывается. Тяжёлое. Пришлось просить Со Джуна перенести его в детскую. Место там стало меньше, но зато укладывать сорванцов спать стало в разы проще.

— Как у тебя получается? — спросил Со Джун, когда мы остались на кухне вдвоём.

— Что получается? — не поняла я вопроса.

— Ты не делаешь различий между Со Хёном и Сон Дже. Относишься к ним одинаково.

Я внимательно посмотрела на мужчину, а потом спросила:

— Мне тарелки супа должно быть жалко? Или не нужно было ему зубную щётку покупать? Разве можно относиться к одному из детей хуже, только потому что он не твой?

— Нет, но...

— Никаких "но". Даже, если они у тебя есть, лучше забудь о них. К друзьям нашего сына мы будем относиться точно так же, как к нему самому. Потом что друзья — это семья, которую человек выбирает сам. А мы не должны лишать нашего ребёнка близких людей. Жизнь бывает очень жестокой. И порой из глубин отчаяния тебя вытаскивают, именно, те люди, с которыми ты связан узами посильнее кровных. Поэтому, когда летом повезёшь, как и обещал, Со Хёна на рыбалку в Инчхон[25], Сон Дже поедет с вами и ты их обоих будешь учить обращаться с удочками. И, когда соберёшься пойти с сыном на футбол, тебе лучше иметь при себе лишний билет. А теперь о нас с тобой. Хочешь остаться здесь, с нами? Насовсем.