Разглядывая вывески и фасады домом, Гриша отметил еще одну странность, которая не сразу бросалась в глаза. Несмотря на обилие лавок и вывесок здесь не наблюдалось привычной толчеи. Прохожих вообще было немного, но в лавки они почти не заходили. А в некоторые так не заходили совсем. Удивительно: разгар дня, где-нибудь на Ярмарке иной раз очереди выстраиваются, а здесь — никого. И не сказать, что район не населен. Рядом полнокровная Иркутская улица, чуть дальше Туземный городок. Покупатель есть. А лавки простаивают без клиентов.

Наконец, показался Шивон. Он вышел из дома Бурцева — одного из компанейщиков Ласточкина. Конечно, интерес у индейца мог быть любым — зашел к хозяйской дочке или в поисках подработки. Он мог даже продавать втихаря украденное из Олимпа столовое серебро. Но все прежние подозрения не позволяли выбрать слишком простую версию. Пытливый и мятежный ум Гриши уже встал на тропу поиска истины.

Начальника он нашел в конторе и тот встретил его взглядом полным скорби и раздражения.

— Скоро ужин, а вы только что вернулись с обеда, — произнес Тропинин. — Я нанял вас на работу рассчитывая, что ваша светлая голова всегда будет у меня под рукой. Прямо сейчас мне нужно расчистить расписание для Большого Потлача и найти время спровадить капитана Льюиса к его людям на Змеиной. Но я убей не помню, что у нас запланировано на эти даты. И вот вы, мало того, что увели у француза жену с ребенком, теперь пропадаете у неё целыми днями.

Гриша покраснел. Конечно, Тропинин сильно преувеличивал. На визиты в Сарапульский переулок Гриша много времени не тратил. Успевал обернуться за обеденный перерыв. Лишь сегодня он задержался на лишний час, но вовсе не у Тони, а разбираясь с возможной проблемой. Тем более неприятно оказалось получать выволочку за действия ради общего блага.

— Прошу прощения, Алексей Петрович, но возникла некоторая сложность.

— Сложность какого рода? Надеюсь, ребенок здоров?

— Нет, вернее да, с ребенком и Птичкой всё хорошо. Но… — Гриша и сам не мог пока сформулировать подозрения, поэтому постарался изложить версию наиболее близкую к правде. — Я заподозрил одного человека в том, что он нечист на руку. Однако, доказательств не имею, а обвинять облыжно не хочу. Поэтому прошу, Алексей Петрович, дать мне один день, чтобы пройтись по городу, по торговым рядам, лавкам. Поспрашивать людей.

— Хотите узнать что-то конкретное? — деловито спросил Тропинин. — Зачем тратить на это целый день? Я могу отправить людей порасспрашивать всех лавочников о нужном предмете. Хотя бы парней Шелопухина. Что у вас там пропало? Часы, украшения? Можно нанять мальчишек, они быстро найдут. А ваша голова мне нужна здесь.

— Нет. Прошу отпустить меня самого. И никого больше не впутывать.

— На целый день?

— Полагаю, что так.

Тропинин вздохнул.

— Хорошо. Послезавтра я, пожалуй, смогу обойтись без вас. Буду показывать капитану Льюису наш Олимп. Так что как-нибудь обойдусь.

— Спасибо, Алексей Петрович!

— Не за что. Это же ради дела?

— Да.

— Тогда с вас потом полный отчет.

— Если только я обнаружу то, что ищу.

Алексей Петрович раздраженно махнул рукой.

— Давайте займемся, наконец, делом. Что у нас запланировано на ноябрь?

Заскочив на пару минут к Тоне проведать Птичку и малыша, Гриша вышел на охоту. Первой его целью стала меховая лавка Бурцева. Зачем она вообще нужна? Кто покупает пушнину в лавке? Для этого есть торги куда стекается прорва продавцов и покупатель всегда может найти что-то по сходной цене. Тем более нелепой выглядит лавка в Сибирском переулке, где каждый занят подобным промыслом. Всё равно, что в лесу грибы продавать. Если местные жучилы и торгуют, то огромными партиями и лавка им не нужна. Встречаются в «Императрице», в дорогих трактирах, в крайнем случае дома; обговаривают сделки обстоятельно, с обильными возлияниями и закусками.

Как он и подозревал, в меховую лавку за два часа не зашел ни один покупатель. Гриша стал первым. И похоже единственным.

Приказчик даже испугался, увидев посетителя.

— Ищу что-нибудь на воротник, — сказал Гриша. — Хочу справить легкую куртку на зиму.

— На воротник? — переспросил приказчик, оглядывая полупустые полки с которых свисали меха далеко не первого сорта. Скорее это была залежь, которую даже изгнанный из племени индеец носить постеснялся бы. Зверье в лесу засмеёт.

— Именно на воротник, что посоветуйте? Белку?

— Что ж, если хотите… — неуверенно произнес приказчик.

— Есть ли у вас алтайская белка? — нажал Гриша.

— Сейчас посмотрю в книге…

Приказчик достал гроссбух и довольно долго листал страницы, мусоля палец.

— Нет, к сожалению, — наконец, сказал он. — Алтайской не завезли.

— Я зайду на следующей неделе, — пообещал Гриша. — А вы уж, любезный, позаботьтесь, чтобы было что предложить.

К обеду он больше обычного проголодался. Выслеживание оказалось делом изнурительным, а он по неопытности не прихватил с собой ни бутербродов, ни фляжки с вином. К счастью в Сибирском переулке имелась и небольшая кофейня.

— Заодно и её проверю, — решил Гриша.

Кофейня выглядела заброшенной. На столах лежала пыль, на стойке несколько стаканов с недопитым пойлом. Их, кажется, не мыли целую вечность. Свет неохотно проникал через грязные окна делая картину еще более удручающей.

Хозяин появился через пять минут.

— Прошу прощения, чего изволите?

— Чашку кофе и какой-нибудь пирожок.

— Пирожки вчерашние, не советую. А вот блинов мигом сделаю.

— Давайте блинов.

Хозяин протер тряпкой один из столов и занялся готовкой. Никакого продвинутого оборудования у него не имелось. Ручная меленка для кофе, мутовка для теста. Впрочем он справился с делом довольно быстро, а совмещенная с печкой плита была уже разогрета по случаю осеннего холода.

— Тихо у вас тут, — задумчиво произнес Гриша.

Хозяин поставил перед ним большую чашку кофе и тарелку с блинчиками. Поверх блинчиков медленно таял кусок топленого масла.

— Тихо, — согласился хозяин.

— Дохода видать немного.

— Какой здесь доход, — отмахнулся хозяин. — Одни убытки. Вот церкву достроят, тогда будут заходить люди.

— Так это церковь в конце строят?

— Её самую.

— Дело не быстрое. А вы что же один тут на хозяйстве?

— Не то слово! Ведь я еще за скобяной лавкой присматриваю, а иногда и шурина подменяю в конюшне. Крутимся. Жить-то надо.

Дальнейшие исследования местной экономики заставили Гришу крепко задуматься.

— Ну что, нашли то, что искали? — встретил его Тропинин на следующий день.

— Кое-что удалось разузнать, — уклончиво ответил Гриша. — Но мне нужно будет ваше содействие.

Как глава правления Складчины Тропинин отслеживал много казалось бы мелких вопросов. Внутренний распорядок, организация заседаний, штатное расписание служащих, роспись расходов, реестры. Каждым из вопросов занимался отдельный секретарь, получающий от Складчины зарплату. Проблема заключалась в том, что они не видели картины в целом. Гриша же мог держать в голове всё сразу, сопоставлять и делать выводы. Однако он не имел допуска к документам Складчины, так как числился личным секретарем Тропинина.

— Мне нужен реестр участников Складчины, а также заявления, поданные на участие. Росписи выплат по паям. Протоколы с голосованиями. В общем, любые бумаги.

— Зачем? — спросил начальник и сам же догадался. — Этот ваш случай касается не карманных часов?

— Да. Дело обещает быть крупным.

— Я напишу записку архивариусу, чтобы вам предоставили доступ к бумагам. Но ради бога, не затягивайте. У нас полно дел. И впредь не темните. Как только найдете зацепку, сразу ко мне.

Несколько дней Гриша потратил на поиски в архивах и составлении схемы.