Не так, как в фантазиях о культивации с внезапно свалившейся мощью, не вспышкой ци, открытием внутреннего света. Но маленькие сдвиги, дыхание глубже, выносливость выше, ноги болят меньше после долгих подъёмов, голова яснее после медитаций.

— Может, это и есть подготовка тела к пробуждению Искры… -размышлял он. — Если ци вообще существует, ее может управлять только организм, который готов к изменениям. Может быть, лунные цветы просто немного улучшают сам организм, как витамины, только в десять раз сильнее.

Ему нравилось думать так. это было логично и давало смысл его усилиям. Олег продолжал экспериментировать с медитациями. У ручья, когда хотел поймать «„вибрации“» воды. На вершине горы чтобы поймать воздух.

На влажной земле и у костра. Каждый раз — те же свои ощущения:

что-то есть, но упорно скрывается. Словно бы мир сам выстраивает тонкую завесу между ним и ци, дразнит, но не подпускает. Но теперь Олег воспринимал это спокойнее. Он жил, развивался и не боялся будущего…

Утро выдалось тихим. Ручей журчал так, будто и сам ещё не проснулся. Олег шёл знакомой тропой, держа самодельную бамбуковую флягу в руке и лениво размышляя о том, что сегодня попробует медитировать на голой скале в полдень, это могло дать другой отклик в теле. Он зевнул, откинул ветку и застыл. У ручья кто-то был. Зверь или охотники. Но реальность оказалась совсем иной.

Трое существ стояли прямо у воды, наклонившись, словно собирали что-то со дна. Они были маленькими, метр ростом, не больше. Коренастые, с короткими руками и ногами, покрытыми тёмно-зелёной чешуей. Лица приплюснутые, пасти широкие, но зубы мелкие и острые, как у рыбы. Огромные уши торчали в стороны, как два острых листа. Красные зенки с вертикальными зрачками, совсем нечеловеческие. У Олега в голове автоматически возникло слово: гоблины. А у Кана всплыла детская страшилка про мелких ушастых ягуаев, что крадут детей и тащат в свои норы. Но взрослые всегда говорили, что это глупости, что низшие ягуаи опасны только стаями, да и то обычно довольствуются мусором и остатками еды вокруг деревень. Вредители, не монстры. Но сейчас они были не на помойке у тропы, не в деревне, а прямо перед ним, в горах, где людей почти не бывает. Троица одновременно повернула головы в его сторону. Морды вытянулись, уши встали торчком. Один ткнул другого локтем.

— О, людик! — пискляво выкрикнул он на вполне понятном языке. Второй тут же подхватил:

— Людик! Людик пришёл!

Третий засмеялся пронзительным, неприятным смешком и полез за пояс, Олег увидел тупые, ржавые, но все же представлявшие опасность ножи. Он автоматически шагнул назад, но не побежал. В голове вспыхнуло сразу два потока мыслей: Олега и Кана.

Кан предлагал в панике бежать. Олег холодно рассудил, что ему вполне по силам справиться с тремя мелкими коротышками. Гоблины переглянулись и начали расходиться полукругом, как будто делали это не в первый раз.

Кан внутри задрожал, но Олег стоял и не шелохнулся.

— Эй! -сказал он громко. — Не надо.

Твари его не поняли или сделали вид, что не поняли. Первый, самый крупный, рявкнул:

— Людик — мясо!

— Мясо! -пискнули остальные и кинулись вперёд. Олег резким ударом ноги в лоб нокаутировал лидера банды, даже как-то слишком легко это удалось. Раздался звук, будто кто-то хлопнул по пустой тыкве. Зелёный верзила, который секунду назад воинственно орал, пролетел метра полтора назад, перевернулся в воздухе и грохнулся на спину, раскинув конечности, как дохлая жаба.

Пара подручных малявок замерла, опасаясь получить вслед за вожаком.

— Ну и кто тут мясо? -торжествующе произнес парень, поднимая примитивный гоблинский ножик.

— Слишком большой верзила! -пискнул левый нелюдь.

— Валим? -уточнил правый.

— А как же вожак? -насмешливо уточнил Олег.

— Гух больше не вожак! Я вожак!

Левый гоблин повернул башку к правому.

— С какого хера ты вожак, а не я?

— Потому что я первый сказал!

— Я те ухи отрежу, сопля вонючая!

Гоблины, позабыв о Олеге, устроили драку между собой. Что характерно, они не резали друг друга ножами, а били маленькими кулачками по мордам, дергали за уши, кусались, сопели и визжали. Парень с злобной ухмылкой несколько минут наблюдал за сварой нелюдей, пока те по причине усталости не прекратили.

Оба противника пошатнулись и упали на задницы, грозно сопя и пытаясь отдышаться. В этот момент очнулся старый «„вожак“» Он сел, потряс головой, посмотрел на Олега, потом на дерущихся подручных… и выдал:

— Гух сильный! Гух вожак!

Левый устало поднял руку:

— Ты вожак пока не спишь. Ты спал. Всё. Закон.

Правый кивнул, важно поджав губы:

— Гух плохой вожак. Мы без мяса домой придём, шаман прыщами покроет! Болючими

Гоблины поежились. Олег тут же насторожился.

«„Шаман? Вот это уже интересно. “»

— Шаман, значит? -спросил он как можно спокойнее. — Тот, что вас накажет?

Гоблины дружно закивали. Гух заговорил громче всех, видимо пытаясь вернуть авторитет:

— Шаман злой! Если мяса нет, делает кожу бугристой! Чешется! Больно! Я не хочу прыщи!

Ушастый расплакался. Взаправду. Олег выдохнул. Да, это были не хищники и не демоны. Это были… гоблины и вели они себя как гоблины. Но за словом «„шаман“» скрывалось то, что ему сейчас нужно сильнее еды и сна. Учитель. Колдун. Тот, кто знает хоть что-то о магии ци… Если люди его не научат, значит научат гоблины! Олег не страдал никакими предрассудками. Цель у него одна — сила, путь и методы не столь важны, лишь бы не откровенная чернуха с поеданием младенцев. Парень встал, подошёл к Гуху, наклонился так, чтобы смотреть ему в глаза, и сказал:

— А если я… вступлю в вашу банду?

Гоблины замерли, просто зависли, будто их мозг пытался перезагрузиться. Левый широко раскрыл пасть, правый уронил нож. Гух моргал так часто, что казался мигающим фонарём.

— Ты че сказал? -изумленно переспросил Гух.

— Хочу вступить в вашу банду. Здоровяк вроде меня вам пригодится. А взамен я вам дам… настоящее мясо. Нормальное.

Он показал жестом, будто держит на руках тушу кролика. Трое гоблинов одновременно визгнули от восторга.

— Мясо! Настоящее мясо!

— Большой людик даёт мясо!

— Мы богаты будем! Шаман не будет злиться!

Олег ухмыльнулся. Гух, собравшие остатки достоинства, кивнул важно:

— В принципе… можно. Ты большой. Ты драться умеешь. Но надо перетереть с шаманом. Шаман главное слово говорит.

Олег потер руки:

— Отлично. Ведите.

Гоблины прыгали вокруг него, пищали, что-то доказывали друг другу, кто первый приведёт, кто будет рядом идти, кто новый «„вожак“», хотя через минуту они уже снова спорили об этом между собой и забыли, что Олег чуть раньше чуть не свернул им шеи. Олег смотрел на них и задумчиво отметил:

«„Разумные? Да. Логичные? По-своему. Опасные? По-своему. Но главное — непредвзятые. Их можно убедить. Договориться. Использовать. “»

Гоблины слопали жареную рыбу и тушку кролика с таким восторгом, будто Олег устроил им настоящий пир. Они визжали, пихались локтями, спорили, кому достанется хвост, кому внутренности, кому обглоданная кость. Когда последний кусок исчез в их зубастых пастях, троица синхронно выдала удовлетворённый, почти мурлыкающий звук.

— Лучший людик! -заявил Левый.

— Очень лучший! -добавил Правый.

Гух гордо провозгласил:

— Я приглашаю людика в банду. Гух хороший вожак. Все идут с Гухом!

Через минуту левый пнул его под зад.

— Я вожак! Я первый сказал!

Правый тут же встрял:

— Нет! Я! У меня уши больше, значит умнее!

Олег наблюдал за этим без всяких эмоций. За два часа он уже понял: гоблинов нельзя мерять человеческими категориями.

Их путь в горы начался с шумного спора, кто должен идти впереди.

— Твои портаки воняют! -заявил Левый, недовольно морщась.

— Сам ты воняешь, тупица! -огрызнулся Правый.

Гух, желая вмешаться авторитетно, сказал: