Вокруг — кишащий тварями Лабиринт, но обоим не хватало здравого смысла остановиться. И всё же Рокэ первым оторвался от её губ и, освободившись из цепкого плена её рук, заглянув Риченде в глаза, спросил:

— Как ты здесь оказалась?

— Не знаю. Мне будто снится кошмар, но он такой реальный…

— Возвращайся, — в решительной настойчивости сказал он. — Тебе нельзя здесь находиться.

— Нет, — качнула головой Риченда. — Я никуда без тебя не уйду. Я твой проводник.

— О, боги… — полувздох-полустон сорвался с губ Рокэ. — В пресловутой Гальтаре считали, что после смерти всем полагается спутник, а вот какой, зависит от заслуг покойного.

— Значит, ты меня заслужил, — робко улыбнулась Риченда. Думать о смерти не хотелось. — Вместе мы найдём выход.

— Его нет. Я блуждаю здесь уже… — Рокэ замолчал, пытаясь вспомнить, сколько времени уже провёл в Лабиринте.

— Почти три месяца, — озвучила страшную цифру Риченду.

Рокэ выглядел изумлённым.

— Будто три дня. Время здесь течёт и ощущается по-другому.

— Мы должны идти, — сказала Риченда. — Можешь встать? Обопрись на моё плечо.

Она помогла ему подняться, Рокэ качнулся, но на ногах устоял.

— Нужно найти воду, — сказал он. — Она приведёт нас на поверхность.

— Ты прав, — Риченда коснулась ладонями каменных стен, стараясь сосредоточиться на ощущениях. — По Лабиринту меня вели камни. Здесь я чувствую их как никогда раньше. Они помогут.

— Что ж… — кажется, Рокэ уже ничего не удивляло. Он знакомо усмехнулся и сказал: — Веди нас, дочь Скал.

Шаг за шагом, хорну за хорной вдоль окаменевшей тьмы, которой, казалось, не было конца. Риченда практически выбилась из сил, но, стиснув зубы, двигалась вперёд, слушая камни и показывая дорогу. Рокэ — за ней, отставая на полшага. Он всё чаще держался за стены, хромал и периодически покачивался. Риченда слышала его рваное дыхание. Учитывая, сколько времени он уже провёл в Лабиринте, то, что он всё ещё стоял на ногах, было чудом.

— Давай немного отдохнём, — предложила Риченда, привалившись спиной к стене и без сил сползая по ней вниз.

Рокэ опустился рядом, правой рукой обнял за плечи и привлёк к себе:

— Замёрзла?

— Немного, — ответила Риченда, теснее прижимаясь к мужу. — Так странно… — сказала она после недолгой паузы. — Здесь не испытываешь ни жажды, ни голода, но усталость такая, что хочется лечь и больше не двигаться. Как ты выдержал столько времени?

— Я обещал тебе вернуться, — просто ответил он.

Риченда уткнулась носом в его шею, скользнула ладонью по груди, нежно касаясь пальцами, которые, наткнувшись на грубое месиво кровоточащей плоти, словно споткнувшись, замерли. Глаза взволнованно распахнулись:

— Что это?

— Ничего страшного.

Риченда не поверила ему, отвела ворот рубашки в сторону и застыла: на плече Рокэ чётко различались следы от клыков, из рваной раны сочилась кровь, оставляя на пальцах липкие следы.

Проследив за её взглядом, Рокэ посмотрел на разодранное плечо ничего не выражающим взглядом.

— Всё нормально, — отмахнулся он, но от неё не укрылось то, как он сжал побелевшие губы.

— Нужно перевязать.

— Крови совсем немного, остановится и так.

— Перестань геройствовать! — в сердцах вырвалось у неё. — Хочешь истечь кровью? — Приподняв подол платья, она изо всех сил рванула тонкий кружевной батист нижней юбки. Оторвав по кругу широкий лоскут белой мягкой ткани и взяв концы образовавшейся ленты в обе руки, не терпящим возражения тоном сказала: — Подайся вперёд.

Его спина медленно оторвалась от прохладной поверхности камня, и Риченда осторожно протиснула ленту позади Рокэ, а затем достаточно плотно дважды обернула лоскут вокруг его плеча, прижав кровоточащую рану.

Рокэ застыл, молча наблюдая за её действиями, и, пока она занималась перевязкой, не издал ни звука. Лицо его сделалось ещё белее, и Риченда испугалась, что он сейчас потеряет сознание.

— Тебе нужно поспать.

— Здесь нельзя спать, — пережидая вспышку боли, ответил Рокэ.

— Изначальные твари? — поняла Риченда.

— Не помню, скольких я уже убил. Иногда они приходят в облике тех, кого я знал. Братья, мать… как живые и это было жутко.

— Я видела одну в облике Катарины и убила её твоим мечом. Рокэ, отдохни, я подежурю. Пожалуйста, не упорствуй. Если ты не восстановишь силы, мы не сможем двигаться дальше.

— Хорошо, — нехотя уступил он. — Разбуди меня при малейшем шорохе.

— Конечно.

Рокэ лёг на землю, положил голову ей на колени и закрыл глаза. Одной рукой Риченда осторожно поглаживала его волосы, другая лежала на рукояти меча, чтобы при малейшей опасности быть наготове.

Она не знала, сколько времени сидела вот так, вслушиваясь в тишину, стараясь уловить любые настораживающие движения или звуки. Время и правда ощущалась здесь по-иному, и Риченда не понимала, сколько его прошло: несколько минут или часов.

Потом они снова долго шли по подземельям, несколько раз из тьмы появлялись Изначальные твари, и, вжавшись в стену, Риченда с замирающим от страха сердцем смотрела на то, как Рокэ расправлялся с ними.

Он одерживал победу в каждой схватке, но противостояния с чудовищами отнимало у него всё больше сил. Риченда молила камни о помощи, и когда она почти потеряла надежду, они услышали её.

Девушка остановилась. Откуда-то издалека еле слышно доносилось слабое журчание.

— Слышишь?

Рокэ кивнул, и, воспрянув духом, они двинулись дальше. С каждым шагом уверенности прибавлялось — шум воды нарастал, а не становился насмешкой отчаянья над обострившимся слухом. Через несколько минут шум воды сделался и вовсе отчётливым, но они никак не могли выйти к его источнику.

— Не понимаю, — сказала Риченда, остановившись. — Нет никаких сомнений — он совсем рядом. Почему мы не видим его?

— Потому что он под нами, — догадался Рокэ. — Подземная река.

— Но как… мы туда спустимся? — растерялась Риченда.

— Должен быть проход на нижний уровень.

Они обнаружили его за следующим поворотом. Углубление в земле, напоминающее колодец. Рокэ опустился на колени и прислушался:

— Там быстро текущая вода.

— Глубоко? — спросила Риченда.

Рокэ поднял камень размером с кулак и бросил вниз.

— Не меньше пятнадцати бье, — ответил он, после того как раздался приглушённый всплеск. — Но не ясна глубина, на которую придётся нырнуть, чтобы проплыть вместе с потоками воды.

Рокэ был отменным пловцом, и Риченда видела, что он размышлял над возможностью погрузиться в чрево колодца. Сама она, глядя на долгожданный путь на свободу, сомневалась.

— А если там, где водный поток выплёскивается в реку или озеро на поверхности, будет недостаточно широко для того, чтобы через него можно было протиснуться?

Рокэ встал и положил руки Риченде на плечи:

— Я знаю, тебе страшно, но это наш единственный шанс.

Риченда молчала, оттягивая момент принятия решения о прыжке в тёмные воды колодца.

— Всё будет хорошо, — пообещал Рокэ. — Я пойду первым, ты сразу за мной. Я поймаю тебя внизу, но, если течение окажется слишком сильным, плыви по нему и оно вынесет тебя на поверхность.

Риченда кивнула, ладошки вспотели, по спине пробежал липкий страх.

— Ничего не бойся. Я люблю тебя.

Рокэ коротко поцеловал её и, не оставляя ей выбора, шагнул в зияющую черноту колодца. Риченда, глубоко вдохнув, прыгнула следом.

Падение оказалось коротким, тело с шумом врезалось в водную гладь, ледяной холод окутал до последней косточки.