Марианна, извинившись, отошла поприветствовать новых гостей.

Риченда кивнула полковнику Мевену и ещё паре знакомых и заметила, как из дальней стороны гостиной к ней направляется Лионель Савиньяк.

Губы девушки дрогнули в преддверии дежурной улыбки. После смерти Дорака они виделись лишь пару раз и никогда не поднимали опасную тему. Савиньяк по-прежнему держался с ней очень сдержанно, словно их и не связывала страшная тайна.

— Добрый вечер, сударыня, — приблизившись, поклонился новый кансилльер.

— Здравствуйте, граф.

«Если он здесь, то тогда где и с кем сейчас Рокэ?» — огорчилась Риченда.

— Герцог к нам не присоединится? — словно читая её мысли, поинтересовался Лионель.

— Герцог, очевидно, нашёл для себя более интересное времяпрепровождение, — не без сарказма вымолвила Риченда, стараясь скрыть тем самым вспыхнувшую злость, но обмануть проницательного Савиньяка не удалось.

Граф приподнял бровь, и Риченда поняла, что сказала лишнего. Девушка поспешно отвернулась к окну, пряча увлажнившиеся глаза. Как стыдно. Она не только была незаслуженно резка с Лионелем, но ещё и выставила напоказ свои чувства. Теперь он решит, что она истеричная ревнивица.

— Уверен, вам не о чем беспокоиться, Риченда, — негромко сказал Савиньяк, вдруг отбросив свою обычную манеру речи, будто маску снял.

Слова Лионеля прозвучали так неожиданно, что Риченда с удивлением вскинула на мужчину взор, хотя для этого ей пришлось запрокинуть голову, и встретилась с внимательным и всё понимающим взглядом тёмных глаз, в которых разглядела если не сочувствие, то и не осуждение.

— Если вы позволите так себя называть, — добавил Савиньяк, и Риченда растерянно кивнула, пытаясь отыскать правильные слова.

— Я… да, разумеется.

Лионель коротко ей улыбнулся и обернулся к подошедшему к ним Марселю Валме.

— Добрый вечер, герцогиня. Граф.

— Рада видеть вас, виконт, — как можно искренне улыбнулась ему Риченда.

Валме выглядел изрядно похудевшим и похорошевшим. Военный вояж в Ургот с Рокэ явно пошёл ему на пользу.

— Сударыня, я не забыл о вашем обещании. Дать мне шанс отыграться, — серые глаза блеснули азартным вызовом, который Риченда не смогла не принять.

— С удовольствием, виконт, — согласилась Риченда и повернулась к Савиньяку: — Присоединитесь к нам, Лионель?

— Почту за честь, — опережая Марселя, Савиньяк предложил ей руку, чтобы проводить к карточному столу.

Риченде даже показалось, что Лионель будто бы считает себя обязанным в отсутствие друга присматривать за ней. Савиньяк сел справа он Риченды, Валме — слева, и им осталось найти лишь четвёртого участника.

— Господа, — громко объявил Валме. — Кто-нибудь желает составить нам партию?

Гости переглянулись, но желающих не нашлось.

— Сударыня, похоже, садиться с вами за карты все опасаются, — рассмеялся Марсель.

— Позвольте мне, — знакомый скучающий голос неожиданно раздался за её спиной, и Риченда поспешила изобразить радость. Не стоит демонстрировать на публике их отношения.

Рокэ поздоровался с гостеприимными хозяевами и занял оставшееся за столом место. Одного взгляда на мужа Риченде было достаточно, чтобы понять, что он так и не забыл об утреннем инциденте. А она-то наивно полагала, что скоро всё уладится.

Безнадёжно испорченный вечер Риченда решила скрасить игрой. Партия для герцогини началась успешно, первый кон остался за ней, а вот виконт вскоре вновь проиграл.

— Господа, прошу вашего внимания! — громко объявил Валме, поднимаясь из-за стола. — Если я ещё когда-нибудь решу сесть за карты с герцогиней Алва — немедленно остановите меня! Сударыня, желаю вам удачи, — Марсель поцеловал ей руку и покинул гостиную. Проиграть ей второй раз кряду в его планы явно не входило.

Сама же Риченда желала иного реванша. Но для того, чтобы остаться за столом один на один с Рокэ, сначала следовало выбить из игры Лионеля.

Только вот во вьехарроне граф оказался весьма неплох. Пока тот сдавал карты, Риченда украдкой взглянула на мужа в надежде на то, что он подыграет ей. Рокэ и бровью не повёл, но спустя четверть часа Лионель бросил карты на зелёное сукно.

— Сдаюсь. Шанс обыграть вас есть, но не пока вывместе…— сказал Савиньяк, особо выделив последнее слово. То ли разгадал их план, то ли призывал помириться. — Прости, Рокэ, но удачи я желаю герцогине.

— Предатель, — шутливо упрекнул друга Алва и повернулся к Риченде.

Несколько долгих секунд они молча смотрели друг на друга, разделённые столом, новой колодой карт и висевшей между ними неловкостью. Затем Рокэ медленно опустил бокал, который успел поднести к губам, и учтиво, совсем как в прошлую их игру, произнёс:

— Сударыня, продолжим?

Риченда одарила его красноречивым взглядом и тем же, что и в прошлый раз, ответом:

— С удовольствием, герцог.

Робер в одиночестве стоял у камина, наблюдая, как Риченда и Рокэ не на шутку схлестнулись за карточным столом.

В Риченде он видел ту же доброту и прелесть, которые очаровали его с первой встречи. Но сейчас к ним прибавились цветущий румянец щёк и счастливый блеск глаз. Она будто светилась изнутри, и оттого её лицо стало ещё красивее, чем когда-либо. Стоило Роберу понять, что Риченда не нуждается в его защите, более того, счастлива с Алвой, у него будто с души упал тяжёлый груз.

Робер и в мыслях не предполагал такого развития событий, но, к его удивлению, глядя на чужое счастье, он, кажется, даже не испытывал ревности. Скорее, сожаление, что в его жизни ничего подобного никогда не было и, вероятно, уже не будет.

— Удивительная женщина — герцогиня, — неожиданно выдернул его из мыслей мягкий бархатистый голос, прозвучавший совсем рядом.

Робер едва заметно вздрогнул и поспешно обернулся. Баронесса Капуль-Гизайль встретила его взгляд золотистым переливом карих глаз и широкой алой улыбкой.

— Удивительная, — согласился Эпинэ.

Марианна стояла совсем близко, так, что подол её изумрудного платья касался его ног, и Робера окутал цветочно-фруктовый аромат её кожи и волос — нежность чайной розы и сладость персика.

— Давно вы знакомы?

— Мы познакомились в Агарисе, — Робер не понимал, к чему эти расспросы. Риченда была дружна с баронессой и наверняка уже поведала подруге их историю.

— Она очень преданный друг, — заметила Марианна, и Робер кивнул, вновь взглянув туда, где Риченда и Рокэ разыгрывали очередную сдачу. — Красивая пара, вы не находите? — выдержав паузу, спросила баронесса.

— Безусловно.

— Говорят, в Варасте вы дрались на дуэли с Алвой? — поинтересовалась Марианна.

— Я бы не назвал это дуэлью, сударыня.

— Возможность избавиться от соперника и…

— Алва мне не соперник, — прервал её Робер, вскинул голову и заставил себя посмотреть в лицо Марианны. — Он её муж.

— Вы сожалеете об этом? — баронесса посмотрела на него очень внимательно, как-то прицельно и будто желая заглянуть в самую душу.

— Это её выбор, и я желаю ей счастья, — не изворачиваясь, ответил Робер, отмечая, как легко далось ему это признание.

— Такие слова делают вам честь, герцог, — Марианна склонила голову набок, тонко улыбнувшись. Глаза её блеснули уже знакомым золотистым переливом, и Роберу показалось, что это была искренняя улыбка.

Её лицо было так близко, что он мог заметить, как от густых чёрных ресниц на бледные щёки падают полумесяцы теней, видел медовые прожилки в её карих глазах и размытую линию внутри её губ, там, где заканчивался алый кармин и начиналась розовая влажность незакрашенной плоти.

Робер вдруг понял, что бесстыдно рассматривает едва знакомую женщину, и, смутившись, торопливо опустил взгляд в свой бокал.

— Герцог, вы всегда столь серьёзны? — усмехнулась баронесса, легонько хлопнув по его плечу пышным веером.

Он заставил себя поднять взгляд, и, натолкнувшись на обращенную к нему улыбку Марианны, сам подарил ту в ответ: